Чтение онлайн

В поисках воздухоплавцев разведчицы впервые забрались так далеко на юг. На левом берегу реки они видели лишь дикие необжитые леса, а вот на правом, в отдалении виднелись скопления невысоких домов. Их окружали огромные насаждения деревьев с корой белого цвета. Эти растения, в отличии от дикой чащи, росли ровными рядами, что выдавало их принадлежность к сельскому хозяйству.

Сады белотелых древ доходили до речных вод, а в западном направлении простирались аж за горизонт. Все насаждения зрительно делились на квадраты. В одних подрастали совсем молодые деревца, в других располагались растения постарше, в третьих деревья срубили и от них остались одни пни. Во всех случаях было заметно, что за участками ухаживают: выкорчёвывают кусты и пропалывают от бурьяна.

На правом берегу, вблизи водного потока осы также повстречали одинокую хижину. Судя по состоянию огорода возле жилища, в нём кто-то обитал…

Вдалеке большая река постепенно заворачивала на запад, и где-то там, возле горизонта, по какой-то причине, резко расширялась. Больше информации с такого расстояния разведчицы разглядеть не могли.

Пару раз насекомые обнаруживали группу парящих точек, но оба раза это оказывались стаи гусей. Парнишка не отчаивался и продолжал поиски. В итоге, двулапых монстров он нашёл уже не в воздухе, а на земле. Партия жителей гор и их питомцев в полном составе разместились на берегу небольшого озерца, в тридцати километрах южнее речной деревни.

Мантикоры пили воду из водоёма, купались, вычищая лапами перья, поедали кусты с ягодами и трусили яблони, дабы с них осыпались плоды. Всадники в меховых костюмах расселись на траве и вкушали пищу, которую доставали из кожаных сумок. Кроме привычных метательных дротиков, гуманоиды были вооружены луками и стрелами.

Также осам удалось разглядеть среди их клади большие плетённые корзины, в которых стояли глиняные кувшины. Ремни крепящиеся к корзинам казались похожими на лямки рюкзака.

Действия мантикоровцев выглядели максимально подозрительно, и Фёдор, естественно, счёл необходимым установить за ними слежку. Двадцать отряженных ос приступили к выполнению шпионской миссии…

* * *

Пиявка забравшаяся при помощи сородичей на высокий уступ, зажгла подкожное сияние и осмотрела место, в которое попала. Очередная глухая стена предстала взору шести глаз. Фёдору захотелось взбеситься, — неужели все старания были зря?! — но окончательно вскипеть он не успел. В конце уступа, за кустом кристаллов, парень разглядел начало какой-то полости. Подползя поближе, червь очутился перед зияющей в стене дырой, диаметром около тридцати сантиметров. Значит с этим рукавом пещеры ещё не покончено. Придётся двигаться дальше, в неизвестность, и хранить в душе чаяние на обнаружение чего-то значимого.

Слуга забрался в тёмное жерло и потолкал себя вглубь туннеля. Продолговатое эластичное тело отлично подходило для перемещения по тесной каменной кишке. Оказывается пиявка не только скоростной плавун, но ещё и спелеолог-экстремал. Сложно было представить, чтобы с таким гибким корпусом она где-то застряла.

Триста метров туннель не менялся в ширине и витиевато вилял, рассекая земную твердь. С последнего приёма пищи прошло много времени, а затраты сил были велики, поэтому дитя Роя почувствовало голод. С низким показателем сытости у червя не только кружилась голова, но ещё и пропадала способность производить капсулы. Впрочем, до полного истощения слуги было ещё далеко.

Фёдор обрадовался, когда увидел впереди выход в полость побольше. Правда, восторг его длился не долго. Пещера значительно расширилась, но осталась такой же низкой, не более тридцати сантиметров в высоту. Другие величины этого пространства определить было невозможно из-за вездесущих кристаллов, торчащих по три куста на квадратный метр.

Пиявка направилась в это кристальное царство, ища путь ведущий сквозь заросли бледно-белых многогранников. Вскоре мыслительный центр осознал, что заблудился среди лабиринта из минералов. В какую бы сторону не полз, он видел лишь однообразные кристальные образования, зажатые между потолком и полом пещеры. Помогала связь с матерью, которая позволяла хотя бы определять стороны света и двигаться в одном направлении, а не кружить на месте. Множество раз, дитя заходило в тупик и было вынуждено возвращаться, чтобы попробовать другой поворот. Человеческая память в данном случае никак не помогала, поскольку вариативность маршрутов близилась к бесконечности.

Кристальный Лес — так человеку захотелось наречь сие место — забрал у разведчика три часа жизни. Методом проб и ошибок пиявка наконец вырвалась из плена узкой полости. На выходе из неё туннель стал просторнее и появилась опция просто перелезть через минерал, вместо поиска пути в обход.

Дальше шёл коридор метр в ширину и два в высоту, без каких-либо развилок, так что даже дурак не заплутает. Он то поднимался вверх, ближе к поверхности, то опускался вниз, вглубь планеты, то рисовал вытянутую спираль, длиною в километры. И на всей протяжённости его заполняли однотипные кристаллы, размерами от крохотных, до гигантских.

С момента старта экспедиции прошло более двух суток. Счёт километров до материнского гнезда пошёл на десятки. Но подземелье всё не кончалось, и к тому же не приносило семье новых открытий или полезных находок. Это была обычная, пускай и очень длинная, пещера с кучей кристаллов, которая могла бы заинтересовать своими видами туристов, но не Фёдора в его положении попаданца.

Парнишка для себя решил — если слуга наткнётся на очередной труднопреодолимый участок или на преграду, которая будет не по силам пиявке, он откажется от продолжения разведки. Из-за голода бедный червь мало-помалу засыпал и был готов вот-вот провалиться в анабиоз, лишь бы от него отстали. Подкожный свет он давно потушил и в основном ориентировался на ощупь, включая люминесцентное сияние лишь изредка. Управляющее сознание уже подташнивало от вида кустистых многогранников, и ему хотелось прекратить бессмысленную пытку над собственным дитём.

Будто услышав жалобы перерожденца, природный коридор враз очистился от любого присутствия кристаллов. За последние часов пятьдесят это было что-то новенькое, поэтому Фёдору вернулось немного воодушевления.

Влажность воздуха повысилась, на полу появились лужи, с потолка закапала вода. Это ознаменовало и появление сталактитов. Федор с энтузиазмом повстречал их, как старых друзей, которые радовали глаз, сменив собой противные многогранники.

Туннель значительно расширился. Теперь он был где-то три метра в высоту и четыре в ширину. Вместо абсолютной тишины, до слуховых органов стал доноситься какой-то отдалённый гул.

Через пятьсот метров червь очутился на развилке. Поворот налево уходил на северо-запад, поворот направо вёл на юго-восток. Выбор, куда направиться, для разума Роя был очевиден. В полутора километрах южнее, на поверхности располагался бывший лагерь бандитов. Нынче он был уничтожен бандой Меча и Факела, но поползти Фёдору захотелось именно туда.

Пиявка продвигалась по выбранному туннелю, пока не наткнулась на просторную нишу в правой стене. Чтобы обследовать её пришлось зажечь подкожное сияние, на которое у слуги почти не оставалось сил.

Свет червя проработал пол секунды и тут же погас. То, что узрели глаза плавуна за этот короткий промежуток времени не укладывалось в голове. Фёдор подумал, что ему почудилось, и из-за сильного голода пиявка уже видит галлюцинации…

Комната шириной до десяти метров и глубиной до восьми была рассечена тремя перегородками из сталактитов. По центру стоял раскладной алюминиевый стол, а нём размещались три пластиковых кейса на защёлках. Сбоку от стола валялась огромная цилиндрическая капсула, состоящая целиком из металла, кроме откидной стеклянной дверцы.