Чтение онлайн

— А что, не похож? — засмеялся адепт восьми стихий. — Привет, Фемпа. Ух, ты. Это твой уже такой? — увидел он подбежавшего к бывшей рабыне годовалого мальчишку, без штанов, но в длинной до колен рубахе из домотканого полотна. — Да уж, по детям лучше всего наблюдается, как время летит. Где муж-то? На работе?

Улочка, где первые месяца своего пребывания проживал попаданец, на первый взгляд совсем не изменилась. Разве что, колодец, из которого он, а потом и Цория, его служанка, носили воду, нуждался в ремонте, кладка стакана была разрушена, а цепь для деревянного ведра проржавела. Андрей увидел это хорошо, потому что после переходе путём сумрака оказался в нескольких шагах от своего бывшего источника воды. Сейчас здесь старый раб наполнял большую бадью, стоявшую на тележке.

В первом собственном жилье землянина теперь обитают другие люди. Чинтер с Цорией давно его продали. За забором Андрей увидел молодую женщину, согнувшуюся над овощной грядкой под присмотром бесштанного, в одной только длинной рубахе, карапуза лет трёх. На крыльце дома сидел парень возраста благородного Анда и строгал длинным ножом какую-то палку.

Небольшой особнячок Сарины Йоттер стоял закрытым и выглядел необитаемым. Мать проказницы Мии не стала его продавать. Сдавала первое время через знакомых, да, видимо, съёмщики съехали, а новые ещё не нашлись. Немченко вспомнил сейчас, как в шутку обозвал Мию, до рождения его собственных детей пока самую младшую в роду Реев, «рыжая-бесстыжая». Девчонка на прошлой неделе безобразно себя вела в школе, на неё наставники пожаловались. Шутка, что называется не прошла, молоденькая ола разревелась. Пришлось сердобольному главе рода, не терпевшему детских слёз, заглаживать свою вину синемой про Чебурашку. Помогло, причём быстро.

Немченко неожиданно для себя испытал лёгкое чувство ностальгии. Даже странно, по прежней жизни в родном мире не тосковал, а тут вдруг накрыло. Подумалось, может быть стоило остаться здесь жить? А что, изготавливать и заряжать спокойно амулеты, получая неплохие доходы, ходить в «Пышку» обедать и ужинать, гулять по портовой набережной. Тут же ответил себе: нет, не вариант. Ещё до встречи с Джисой это можно было рассмотреть, а после никак. Да и без неё, если разобраться, ничего бы не вышло. Не для того стихии затянули к себе сознание иномирянина, чтобы тот здесь прохлаждался.

Он и сейчас появился здесь не для любования знакомыми местами, а с вполне конкретной целью, ему нужно было поговорить с Титом Негинием, мастером-гравировщиком, бывшим своим соседом и товарищем по оружию — тот воевал в ополченческом отряде благородного Анда, когда отражали пиратский налёт нииторцев — чтобы привлечь почтенного Тита к работе на себя.

Нужный ему дом располагался почти ровно напротив его прежнего жилья. Адепт восьми стихий подошёл к калитке и вышел в реальность. Хотел позвать дворового, но того не оказалось. Собаки впрочем тоже, поэтому землянин толкнул покосившуюся дверь и ступил на выложенную камнями дорожку. Прошёл по ней, поднялся на крыльцо и постучал кулаком.

— Эй, есть кто в доме? — громко спросил.

Помимо самого Тита здесь должны, насколько Андрей помнил, обитать его супруга Авенолия, приятная полная женщина лет тридцати пяти — сорока, два их сына Сарк и Ивол, сейчас им должно быть где-то шестнадцать одному и тринадцать второму и четверо слуг, помогавшим как по хозяйству, так и в мастерской, располагавшейся позади дома. Однако двери ему открыла сама хозяйка, а не кто-то из рабов или служанка.

— Ол? Господин? — спросила она прищурившись — лучи послеполуденного солнца били ей прямо в глаза. — Вы к нам?

— Не совсем к тебе, Авена, — улыбнулся попаданец. — скорее, к твоему супругу. Но тебя я тоже рад видеть. Не узнала?

Женщина приложила к бровям ладонь козырьком, всмотрелась внимательно и оторопела. Понятно, на этой улице все уже давно знали, что их бывший сосед оказался десятиранговым магом, стал членом клуба, да и о его вкладе в победы далиорской армии слухи сюда наверняка просочились. Немченко не удивился такой реакции на своё появление. Это всё равно что в его прошлой жизни к нему в двухкомнатную квартиру заглянул бы на огонёк, если не президент, то кто-нибудь из министров правительства. Впрочем, у финансового аналитика таких важных знакомств отродясь не было, а вот у семьи Негиниев имелось.

— Анд! Ой, простите, господин Анд! Вы?! Но, как?!

— В гости зашёл. — пожал Андрей плечами. — Всё же впустишь, или мне так и стоять на пороге?

— Конечно, конечно, — отскочила женщина внутрь дома, — проходите. — и крикнула, повернув голову: — Тит! Дети! К нам сам благородный ол Рей пришёл!

— Какой ещё ол Рей, Ави? — раздался скрипучий голос. — Тебе что, наш бывший сосед стал мерещиться?

Первым в небольшой прихожей показался не хозяин дома, а его старший сын. Затем из дверного проёма выглянул Ивон, а лишь потом появился и Тит. Его реакция оказалась даже более ошеломительной, чем у жены. Гравировщик принялся хватать ртом воздух и не мог ничего произнести. Зато молодёжь быстро сориентировалась и раскланялась с нежданным гостем.

Уже через несколько минут благородного Анда принялись угощать. Попаданец не стал отказываться, он хотел подтвердить или опровергнуть свои выводы насчёт ситуации, сложившейся у Тита и его семьи. В этом доме олу Рею приходилось бывать всего пару раз, но этого вполне достаточно, чтобы заметить насколько сильно в худшую сторону изменилось положение бывшего соседа. И накрытое угощение — а для столь дорогого гостя не пожалели самого лучшего — подтвердило подозрение землянина. Ещё больше в этом он уверился, когда спросил про их слуг.

— Пришлось продать. — нахмурился Тит. — Ничего, мы как-нибудь справимся.

— А подробней? — поинтересовался гость.

Объедать хозяев он не хотел, поэтому принял только кружку вина, попросив его сильно разбавить. Продукты же — лепёшка, сало, репчатый лук, редис, зелень, полбяная каша — пусть сами съедают.

Они, видать, тоже особо есть не хотели, обед-то уже прошёл, но не оставлять же несъеденным угощение. К тому же, пока ели и пили Тит рассказал высокородному гостю о своих бедах. Его подставили, причём сделал это хороший в прошлом товарищ и на очень большие деньги.

Через почтенного Орва Линта, казначея префектуры, гравировщик часто получал очень выгодные заказы. Вот и три месяца назад приятель-чиновник предложил Титу необычайно выгодную сделку, выходящую за границы района, где Орв Линт ведал финансами.

Кермия ол Ворм, прево Нагабинской провинции, полгода назад после возвращения из столицы, где ей было высказано недовольство темпами подготовки к войне с Миллетом, изысканию продовольствия и фуража для выдвигавшихся к западной границе полков, после устранения причин задержки самым решительным образом вмешалась в дела городского самоуправления. Как бы сказали в родном мире землянина, прошлась по чиновникам асфальтоукладочным катком. Больше половины ратуши потеряли должности, а часть и вовсе была брошена в застенки тайной канцелярии. Правда, никого не казнили, наказали штрафами, но работу те потеряли. нашлись разумеется и те, кто от этого выиграл, сделав по сути неожиданную карьеру.

Как бы то ни было, в большом трёхэтажном здании ратуши и во многих префектурах потребовалось сменить серебряные таблички на новые с другими именами. Вот тут приятель и подсуетился, где-то с кем-то договорившись на один крупный заказ на всю эту предстоящую работу, пообещав почтенному Негинию баснословные прибыли. Тит и повёлся.

У гравировщика конечно же не нашлось такого количества серебра, то что там, у него вообще этого драгоценного металла не имелось в наличии, он ведь работал в основном с бронзой, реже, выполнял штучные заказы нанося рисунки или надписи на принесённые ему в мастерскую серебряную посуду клиентов или перстни. А тут требовался свой материал.