Чтение онлайн

Приятель предложил Титу взять металл взаймы у его знакомого, чтобы не идти за ссудой к ростовщикам с их грабительскими процентами, дескать тот знакомый возьмёт долю в почти в полтора раза меньше менял. Получалось, что за пять недель — а именно столько времени, предполагал Негиний, ему хватит, чтобы сделать всю работу и получить заработанное — он переплатит за материал всего полторы тысячи оборов, что кратно должно было перекрыться полученной прибылью.

В общем, с тем знакомым Орва Линта Тит ударил по рукам, подписал договор займа, забрал серебро, порубил его на пластины нужного размера и стал ждать заказа и имена с должностями, которые нужно было нанести на металл. Однако, время шло, а приятель всё кормил его обещаниями, пока наконец не сообщил, что ничего не получилось, все работы будут проводиться другими гравировщиками, даже те, которые необходимы здешней префектуре. Так мастер Негиний и остался с кучей материала на руках и большим, растущим долгом.

Андрей чуть не рассмеялся над примитивностью мошеннической схемы, в которую попался его бывший соратник. Сохранил серьёзность, потому что тому и так было тяжело, к тому же, для средневекового мира афера являлась вполне себе новаторской и продуманной.

— Я ведь, когда думал, что всё уже решено, ещё и двух подмастерьев нанял. — грустно вздохнул Тит. — Чтобы серебро в листы раскатывать и нарезать. Когда с ними рассчитался, у меня свободных средств оказалось меньше шестисот оборов. Рабов своих и лучшую мебель пришлось продать, и всё одно нужного количества денег не набрал. Материал-то я вернул, Линт договорился, чтобы за его порчу дополнительно с меня его приятель не брал…

— Добрые люди. — с серьёзным видом произнёс адепт восьми стихий.

— Не очень добрые, ол Анд, — не понял сарказма почтенный Негиний. — Проценты так и не простили, да ещё ведь и новые набегают. Придётся дом продавать, пока до долговой темницы не дошло.

— Новые-то откуда взялись? — не сразу понял Андрей, впрочем сразу же сообразил — проценты на невыплаченные вовремя проценты. — Не говори, я уже понял. Эх, Тит, алчность губит многих людей, даже таких хороших как ты. Мне-то чего весточку не прислал? Знаешь ведь, что я не последний человек в королевстве.

— Знаю. — опустил голову гравировщик. — Поэтому и не писал. Кто вы, а кто я.

— А кто мы? — Андрей поставил опустевшую кружку на стол. — Мы с тобой старые боевые товарищи. Или забыл, как мы у южных складов, а потом в порту нииторских пиратов громили?

— Не забыл. — на круглом лице почтенного Негиния промелькнула улыбка. — Разве такое забудешь? До сих пор нет-нет да и вспоминаем с мужиками, когда встречаемся. Это ведь вы тогда обеспечили нам…

— Сейчас не об этом. — остановил хозяина дома землянин, испугавшись, что придётся слушать очередные славословия в свой адрес. — Сейчас мы говорим о твоей проблеме и о твоей двойной глупости. Дурак, что мне не сообщил, и дурак, что дал себя обмануть. Ты хоть сейчас-то понимаешь, что казначей со своим приятелем заодно?

— Понимаю. — Тит склонил голову почти до груди.

— Ну, а раз понимаешь, то вставай, приоденься и пойдём навестим твоего Орва Линта. Вернёмся, я тебе другую работу найду. Веришь, что в этот раз всё будет без обмана? Заодно сегодня прогуляешься путём тени. Не вздрагивай, дружище, это не страшно. Понравится даже.

Авенолия заранее начала плакать от облегчения и с надеждой, что уж теперь-то всё образуется, раз никто иной, а сам член клуба высокоранговых магов королевства взял судьбу семьи Негиниев в свои руки. И в общем-то ога была права. Сарк с Иволом смотрели на гостя как на высшую сущность и за всё время не осмелились произнести при нём ни слова.

Тит от волнения всё никак не мог одеться, пока супруга не пришла ему на помощь. Когда же гравировщик приготовился, адепт восьми стихий взял его руку, сообщил, что скоро вернуться, подмигнул юношам, ушёл в сумрак и переместился на площадь перед префектурой.

Здесь тоже всё оставалось, как и в то время, когда землянин со своим приятелем Тимгом вступили в бой с олами северян. Даже виселица на пять свисающих петель была, также как и в тот день, заполнена тремя трупами преступников, разумеется уже другими. Те события Немченко вспомнил, будто старик приключения молодости. Улыбнулся этой мысли и обратился к спутнику, пребывающему сейчас в полной прострации:

— Как выйдешь в реальность, направляйся к своему приятелю. Попробуй ещё раз решить с ним вопрос по человечески, вдруг у него уже совесть проснулась? Я буду рядом с тобой, и если мы с тобой на его счёт не ошиблись, тогда появлюсь, объясню, пристыжу. Надеюсь, у меня лучше получится с ним разговаривать. Готов? Давай, Тит, не бойся, я с тобой.

Воспользовавшись толчеёй на площади и тем, что никто в этот момент не смотрел на крыльцо префектуры, а стоявший там стражник о чём-то любезничал с только что вышедшей из зданию молодой горожанкой, адепт восьми стихий выставил гравировщика из слоя сумрака в реальность.

Тот некоторое время стоял в растерянности, потом всё же взял себя в руки и уверенно направился ко входу.

— Тебе делать что ли нечего, Андрей? — спросила своего адепта появившаяся рядом с ним Тень, одетая в летний сарафан светло-бежевого цвета.

— Почему нечего? — хмыкнул он. — Как раз сейчас я занят очень нужным делом. Кадры решают всё, Таня. Тита я знаю не только как умелого мастера, но и нормального человека. Храброго и относительно честного. Такой отлично подойдёт в качестве руководителя первой в нашем мире типографии.

— Угу, подойдёт. — стихия пошла рядом с зашагавшим вслед за Титом олом Реем. — Он же глупый, я всё слышала.

— Ну, во-первых, от ошибок никто не застрахован, во-вторых, за битого двух небитых дают, ну и, в-третьих, теперь-то он будет работать не на себя, а на меня. Кто рискнёт мошенничать с благородным Андом, дня не проживёт. Ладно, потом поговорим. Хорошо?

— Как скажешь. — Таня исчезла так же внезапно, как и появилась.

Местных чиновников при всём желании бездельниками не назовёшь, в префектуре царила суета и беготня, тут сновали и рассыльные, и посетители, да и сами хозяева кабинетов иногда изволили появляться в коридорах, спеша к начальству по вызову или к коллегам на консультации. Кстати, на кабинетах серебряные таблички, начищаемые, похоже, ежедневно, висели новые.

Кабинет Орва Линта находился на втором этаже в самом конце коридора. К казначею благородный Анд зашёл вслед за своим подопечным. Сидевший за широким столом крупный мужчина, лет сорока как и Тит, круглолицый, лысоватый с мясистым носом, что-то выговаривал склонившейся к нему пожилой сотруднице, постукивая пальцем по лежавшему перед ним листу бумаги. Увидев вошедшего, обрадовался.

— Наконец-то! Дружище, ты всё же нашёл? — показал Титу рукой на приставной стул и отдал бумагу женщине. — Исправь и после принеси. — распорядился ей. — А ты садись, друг. Что-то я не вижу при тебе ни кошеля, ни векселя. Неужели ещё не получается собрать? Я уж думал ты продал свой особнячок и купил что попроще.

Женщина ещё немного потопталась на пороге, любопытство свойственно и гертальскому слабому полу, но увидев жест начальника, всё же ушла и плотно закрыла за собой дверь.

— Не получается пока продать, Орв. — помотал головой почтенный Негиний. — Нормальную цену никто не даёт…

— Так давай я у тебя куплю. — предложил чиновник, на его мясистом лице промелькнула самодовольная улыбка, которую он тут же поспешил спрятать, показав озабоченность. — Помогу уж, раз, получается, я в тебя втянул в неприятности.