Чтение онлайн

— Зачем ты сюда пришел?

В ответ барс дважды потерся мордой о мой живот и выжидательно уставился на меня, словно ждал ответа.

— Знаешь, я считаю, это была плохая идея. Неспроста же твой отец говорил, что я должна жить одна, подальше от вас обоих, на женской половине.

Барс закатил глаза, словно человек, которому в сотый раз читают скучные нравоучения.

— Так зачем ты здесь?

Кошак сузил голубые глаза, глядя мне в лицо, и медленно пополз по мне выше. За миг до того, как шеи коснулась хитрая мохнатая морда, я успела прикрыть ее ладонью.

— Метку мне захотел поставить! Нет уж!

Я отпихнула морду барса второй рукой, и, на удивление, он мне это позволил. Лизнул ладонь раз, другой, а когда оттолкнула его снова, расстроенно мяукнул и, сделав обиженные глаза, отвернулся.

— Отлично, теперь ты знаешь, что я не согласна, чтобы меня кусали. Может, теперь, наконец, уйдешь?

Кошак поднял голову с одеяла, укоризненно посмотрел на меня и демонстративно свернулся клубком у меня в ногах. От вида этой искренней кошачьей обиды меня даже потянуло погладить мохнатого красавца, но я остановила свою руку на полпути к цели: пока не знаю, кто именно влез в мою постель, не следует делать лишних движений.

Рассудив, что выгнать вредного зверя мне не удастся, а спать все-таки хочется, дотянулась до тонкого длинного полотенца, висящего на кровати, и несколько раз обмотала им шею, спрятав свободные концы под платье, мысленно сетуя, что сегодня придется спать одетой.

Лоренсо

Как я и ожидал, отец не стал говорить всего при дворе. После ухода фейской моли и королевы альфа пригласил меня и Фелиса в свой кабинет, велев также позвать к нему и младшего сына — Уго.

Однако, когда мы втроем расположились в креслах перед столом отца, альфа начал речь совсем не с того, что я ожидал:

— Мне донесли, что у тоннеля, что связывает нашу территорию с землями нагов, царит некое оживление. Думаю, с появлением тоннеля ползучих все больше интересуют наши шахты. Я желаю проверить все лично. Сколько времени займет моя вылазка — не знаю. Для всех я отправляюсь ко двору императора драконов, и только вы трое будете знать истинную цель моей поездки. Ты, Лоренсо, на время моего отсутствия будешь заменять меня. Ты, Фелис, завтра же отправишься инспектировать алмазные месторождения. В последнее время там творится что-то неладное. Мне кажется, род Кастай прикарманивает большее количество камней, чем обычно. Разберись с этим. Ты, Уго, уже три дня просишь моей аудиенции. Если тебе все еще есть что сказать, сейчас я готов выслушать тебя.

Я мысленно улыбнулся: мне демонстрируют доверие, оставляя главным в отсутствие повелителя, а второго принца усылают подальше от моей невесты, чтобы дать мне фору в завоевании ее маленького трусливого сердца. Это радует. И все же странно… я слышал про Азалию, что она горделивая, порой жестокая и бесстрашная фея. Та же Азалия, которую знаю я, лишена всех этих черт.

Она неосознанно прижималась ко мне, когда мы ехали по самым узким тропам над бездонными ущельями и когда толпа смотрела на нее так, словно готовилась закидать камнями. Как смиренно она склоняла колени перед альфой и с какой похвальной осторожностью вела разговор с матушкой… Неужели молва бывает настолько слепой? Нужно поговорить с королевой. Намекнуть, что я надеюсь на то, что фея все-таки сможет снять проклятие. Пусть это будет ложью, но, по крайней мере, удержит мать от убийства. Я не хочу ее смерти. Пусть мучается от бесчестья, когда сменится луна и я начну обхаживать новую истинную. Но она не должна умирать, пусть живет и страдает так, как страдал я.

Углубившись в свои мысли, я упустил, о чем отчаянно спорит с отцом младший брат, и превратился в слух.

— Если магией срезать вершину Сарадунши, образовав идеально ровное плато, можно установить там свои порталы. Мы получим свой канал сбыта в центр Эрилиры и не будем зависеть ни от фей, ни от нагов. Можно будет завалить тоннель к змеям и прижать Вивьен, заставив выкупать лунные сапфиры по полной стоимости!

— Твой план имеет массу недостатков, сын. Доподлинно не известно, как протекают магические потоки на такой высоте, не будет ли иметь последствий такое перемещение для живых существ. И к слову: как ты намерен срезать гору магией и создать плато?

— Я высчитал течение магических потоков, это реально, отец! А плато создать вообще проще простого! Я знаю восемь точек, куда нужно ударить магией, чтобы снести вершину и…

— И в какую сторону она упадет? На западном склоне на разной высоте расположены четыре поселения и один город. Я не могу подвергать опасности свой народ из-за твоих магических выкладок. К тому же, если ничего не получится или если кто-то пострадает, мне этого не простят. Я не буду рисковать так.

— Но, отец, я все просчитал! Все сработает как надо!

— Хватит, Уго! Пусть твои изобретения порой пригождаются в хозяйстве, но до того, чтобы заниматься большими проектами, ты еще не дорос.

— Тогда отпусти меня в столицу Эрилиры! Я покажу свои выкладки лучшим архимагам, чтобы ты мог удостовериться, что они верны.

— Все. Вопрос закрыт. Если это единственная причина, по которой ты решил отнять мое время, то давай закончим это обсуждение.

Уго огорченно замолк, угрюмо уткнувшись в свиток с расчетами. Фелис же досадливо поглядывал то на отца, то на меня. Удостоверился наконец, что альфа встанет на мою сторону, чтобы не нарушать договора с феями. Однако упрямый огонек, мелькнувший в его взгляде, не на шутку встревожил меня. Он явно хочет что-то предпринять до завтрашнего отъезда. Учитывая, что фея наверняка уже спит в своих покоях, он попытается пробраться туда. Нужно обязательно его опередить! Эта вельхотари моя!

— Отец, прости, я должен откланяться, — поднялся я с места. — Завтра меня ждет напряженный день.

— Конечно, иди, Лоренсо. Завтра мой секретарь введет тебя в курс дел.

— С твоего позволения, я тоже пойду, отец! — тут же поднялся Фелис, но был остановлен жестом альфы, который определенно подыгрывал мне как мог.

— А ты останься, у меня тут все отчеты по добыче алмазов. Я укажу, что именно вызвало у меня подозрения, чтобы на месте ты не тратил на разбирательства лишнее время и сразу взялся за проверку. Уго, ты тоже можешь быть свободен.

— Да, отец, — буркнул младший и вышел из кабинета вслед за мной. — А ты тоже мне не веришь, Лоренсо?

— Верю, но соглашусь с отцом: слишком рискованно.

— Но если бы великие маги прошлого не рисковали, разве были бы у нас те огромные мосты, которыми мы сейчас пользуемся? Разве отапливали бы дворец горячие источники? Любой прогресс — это риск!

— Прости, брат, я охотно бы выслушал тебя, но мне нужно идти.

— Что, пойдешь охранять сон невесты?

— Точно!

— Она не пустит тебя. Я видел, как она на тебя смотрит. Между вами точно нет лада.

— Ей не нравится мое человеческое обличье, но мой кот ей пришелся по душе.

— Что правда, то правда, женщины любят все пушистое.

Под заклятьем невидимости я прокрался на женскую половину. Лорд Мейррхаун на совесть учил своих адептов прятаться, и за это я был ему сейчас весьма благодарен. Меня не учуяли носы стражников, мои шаги не возмутили их острый слух, я был полностью невидим благодаря искусно примененной магии.

Уже на женской половине я сбросил невидимость и перешел в кошачью форму. Слова брата о том, что женщины любят все пушистое, никак не шли из моей головы. Что, если договориться со своим котом, что мы укусим истинную в кошачьем обличье?