Чтение онлайн

А еще, я понимала, что они не успеют меня остановить. Не потому, что не хотят. Потому что не могут. Монстры облепили их, тьма вцепилась, не давая приблизиться. Айс попытался рвануться ко мне — я увидела это краем глаза — но его снова сбили, снова прижали к земле.

Я шла дальше.

И странное дело — мне не было страшно.

Я ведь правда хотела жить. Я любила жизнь. Я любила утро, тепло, их руки, их голоса, даже наши ссоры… Все это сейчас казалось таким милым и далеким одновременно.

Я была уверена, что в этот момент мне станет невыносимо. Что ноги подкосятся. Что я закричу. Что разум взбунтуется.

Но нет.

Во мне было тихо и спокойно. Никаких сомнений. Может не тот лексир мне дал Коул? Мысль развеселила. Так неуместно.

Я остановилась у самой расщелины. Тьма колыхалась передо мной, шептала, тянулась, но не пугала. Я обернулась — всего на секунду.

И увидела их.

Трёх драконов — невероятных, прекрасных, чудовищных и таких… моих. В огне, льду и ветре. В ярости и любви. В попытке спасти мир — и меня.

И тогда я поняла ещё кое-что.

Шарх был прав.

Я их полюбила.

Не хотела. Не планировала. Но всё равно полюбила.

И от этого вдруг стало светло и радостно, так странно радостно, что хотелось улыбнуться. Что говорят на прощание? Что-то наверное говорят, но у меня все равно нет голоса.

Я шагнула вперёд.

Тьма сомкнулась вокруг — и взорвалась светом.

Я не знаю, как это произошло. Не знаю, что именно сработало. Но я знала точно — так же ясно, как знала своё имя.

Разлом закроется.

Навсегда.

Я спасла мир. Звучит так величественно. Но на самом деле нет. Или да, не знаю. Да и не узнаю уже никогда.

Меня больше не было. Не было тела. Не было времени. Не было боли.

Только ровная, прозрачная пустота — тишина, в которой не существовало ничего, что могло бы причинить вред или вызывать улыбку. Сначала я подумала, что это и есть смерть. Такая спокойная, мягкая, как будто мир больше ничего от меня не требует. Но, если это смерть, почему я себя… помню?

Вокруг меня не было ничего и меня не было нигде, но я была. Странно звучит и ощущается тоже. У меня нет тела, у меня нет ничего. Но я есть. Вот она тут… или там. Где же я?

Эта убаюкивающая пустота раздражала. Хотелось вернуться в тело, хотелось вернуться к ним. К моим чудовищам. Эта мысль казалось странной и приятной одновременно. Я отчаянно напоминала себе, что надо хотеть вернуться в совершенно другой мир. Тот, где я Наташа, а не Катрина. В мой спокойный, нормальный, обычный мир.

Не тот, где есть драконы. Мои… драконы. Нет. Не мои. И я не их. И меня вообще нет! Я не могу вернуться куда либо. Я даже не знаю где я.

Хотелось закрыть глаза, но их у меня тоже не было. Очень странное ощущение. Оно по-настоящему оставляет меня наедине с собственными мыслями, потому что, кажется, это вообще единственное, что у меня есть.

Принимать свое такое странное существование не хотелось. Казалось, так я сойду с ума. А, может, уже сошла. Но, что мне оставалось? Ничего…

Или?

Тишина была странной. Не пустой — слишком плотной для пустоты. Она будто меняла форму, сжималась и растягивалась, и в какой-то момент я поняла, что это не тишина вовсе. Это ожидание.

А потом меня позвали.

Не звуком. Мыслью. Чужой — и до боли знакомой.

«Катрина…»

Имя коснулось меня осторожно, будто боялись спугнуть. Я даже растерялась — настолько оно было… не моё.

— Я не Катрина, — ответила я, сама не зная, как вообще возможно говорить там, где нет ни тела, ни рта.

На той стороне возникла пауза. С замешательством.

«…Что?»

— Я не Катрина, — повторила я увереннее. — Меня зовут Наташа.

Тишина дрогнула.

«Наташа?..»

В этом вопросе было сомнение, будто кто-то перебирал варианты и не находил нужного.

И вдруг — другой поток.

Резкий. Тёплый. Нахальный до невозможности.

«Иди сюда, наша Наташа».

Я даже не успела подумать — меня словно дёрнули за что-то внутри. К этому голосу хотелось прикоснуться. Прижаться. Улыбнуться.

— Я не могу, — сказала я честно. — Я не знаю, где я. Я вообще не понимаю, где нахожусь.

«Просто иди ко мне, девочка. Давай».

Он говорил так, будто это самое простое решение на свете. Будто расстояния не существовало. Будто всё остальное — не важно.

— Кто ты? — спросила я, уже зная ответ.

В ответ — смешок. Тот самый. Узнаваемый до мурашек.

— Шарх…

Я не знала, как это возможно. Он не мог быть здесь. Не должен. Но сомнений не было ни на секунду. Это был он. Такой же, как всегда — уверенный, тянущий за собой, не допускающий мысли, что можно не прийти.

«Иди к нам».

Теперь голосов стало больше.

Три волны мыслей сплелись в одну. Они тянули, обвивали. Затягивали в себя, как поток, которому невозможно сопротивляться.

Я больше не стояла на месте.

Я летела.

Не телом — чем-то большим. Тем, что осталось от меня настоящей. Я летела сквозь этот мысленный водоворот, чувствуя, как он ускоряется, как свет сгущается впереди, как всё вокруг начинает вибрировать от напряжения.

Я лечу. Лечу. Лечу…

И вдруг — удар.

Яркий. Белый. Ослепительный.

Свет хлынул в меня так резко, что я не выдержала — и мир вспыхнул, переворачиваясь.

Первым ощущением была не боль и не страх — а мягкость. Слишком настоящая, чтобы быть сном. Тяжёлое одеяло давило на ноги, тепло окутывало со всех сторон, а в воздухе смешивались запахи, которые я узнала бы где угодно: огонь, холодный снег и свежий ветер.

Я ещё не открыла глаза, но уже слышала их.

— Она совсем другая, — голос Коула был напряжённым, хриплым, словно он говорил после долгого крика.