Попаданка наоборот
Шрифт:
Перед выходом она автоматически проверила самое важное: деньги, телефон, документы, ключи.
После этого дышать стало легче.
Контроль всегда успокаивал.
На улице город уже окончательно проснулся. Люди спешили к остановкам с одинаковыми утренними лицами — усталыми ещё до начала дня. Машины медленно ползли по мокрым улицам. Воздух пах бензином, сыростью и дешёвым кофе из киоска возле метро.
Этот мир всё ещё казался Вейре слишком шумным, слишком быстрым, но уже не таким чужим.
В офисе с утра царил привычный хаос.
Телефоны звонили почти без перерыва. В соседнем отделе кто-то уже спорил с водителем, который «встал на трассе, потому что навигатор повёл не туда». Из бухгалтерии доносились слова «срочно», «штраф» и «кто вообще это подписал», произнесённые с той обречённостью, с какой люди обычно обсуждают стихийные бедствия
Вейра почувствовала знакомое спокойствие.
Когда все вокруг нервничают, достаточно начать думать — и ты уже выглядишь самым компетентным человеком в помещении.
Начальник быстро познакомил её с отделом и почти сразу куда-то исчез, оставив на столе папки, логины от рабочих программ и фразу:
— Если что, спрашивайте у девочек.
«Девочки» выглядели так, словно сами мечтали спросить хоть у кого-нибудь, что здесь вообще происходит.
Рабочее место Марины оказалось завалено бумагами, стикерами и распечатками. На мониторе висело сразу семь открытых таблиц, а рядом лежала кружка с давно засохшим кофе.
Вейра несколько секунд молча смотрела на всё это.
Потом начала разбирать, сначала документы, потом письма, потом таблицы, стикеры и распечатки в ведро.
Очень быстро выяснилось, что половина сотрудников хранит информацию так, будто специально пытается спрятать её даже от себя. Накладные лежали в одной папке, счета — в другой, часть договоров почему-то сохранялась на рабочем столе с названиями вроде «новое новое итог 3», а остатки товара в программе не совпадали с отчётами склада.
У Вейры дёрнулся глаз.
Совсем слегка.
В её мире за такую организацию документооборота некоторых чиновников показательно лишали должностей. Иногда вместе с головой.
Она открыла отчёты по поставкам за последний месяц и начала сверять цифры.
Через двадцать минут стало ясно: проблема не одна.
Во-первых, менеджеры постоянно меняли даты отгрузок вручную, чтобы закрывать просрочки задним числом.
Во-вторых, часть товара регулярно «терялась» между складом и транспортной компанией.
В-третьих, кто-то имел привычку подписывать документы, даже не проверяя содержимое.
Последнее особенно потрясло Вейру.
Люди добровольно ставили подписи под бумагами, которых не читали.
Удивительный мир.
Она составила себе короткий список проблем и пошла разбираться с поставками.
Менеджер по имени Игорь встретил её с выражением человека, которого уже достали чужие вопросы.
— У нас всё нормально, просто склад иногда тупит, — сообщил он ещё до того, как она успела что-то спросить.
— Прекрасно, — спокойно ответила Вейра. — Тогда объясните, почему в документах числится сто двадцать коробок, а по факту клиент получил девяносто восемь.
Игорь замолчал.
Потом уверенно заявил:
— Ну… может, программа ошиблась.
— Двадцать две коробки?
— Иногда бывает сбой.
Вейра несколько секунд смотрела на него.
Спокойно.
Без раздражения.
От этого Игорю почему-то стало заметно не по себе.
— Я правильно понимаю, — ровно уточнила она, — что ваша рабочая версия сейчас строится на том, что компьютер сам украл товар?
В соседнем столе кто-то тихо хрюкнул от смеха.
Игорь покраснел.
— Я не это имел в виду.
— Тогда попробуйте ещё раз.
Через десять минут выяснилось, что часть товара действительно «забыли» внести после возврата, а ещё несколько коробок две недели стояли на промежуточном складе, потому что кто-то неправильно оформил документы.
Никто даже не проверил.
Вейра молча исправила ошибки в отчётах, отправила запрос на склад и составила нормальную таблицу остатков.
Коллеги начали поглядывать на неё внимательнее.
Особенно после того, как она за полчаса нашла проблему, которую отдел обсуждал почти неделю.
Ближе к обеду появилась новая задача.
Клиент прислал претензию: часть товара пришла повреждённой, а транспортная компания отказывалась признавать ответственность.
Менеджеры уже готовились привычно спорить по телефону и перекладывать вину друг на друга, но Вейра попросила все документы: акты, накладные, маршрут.
Она просмотрела бумаги и почти сразу заметила, что в одном из актов водитель расписался не своей подписью, а фамилия при этом была написана с ошибкой.
— Вот здесь, — сказала она, показывая лист. — Они сами подтвердили нарушение передачи груза.
В кабинете повисла пауза.
— Чего?.. — не понял Игорь.
— Документ оформлен неправильно. Если отправить претензию через юристов, транспортная компания проиграет спор.
Коллеги уставились на неё так, словно только что обнаружили в бухгалтерии боевого мага.
К обеду начальник отдела подошёл к её столу уже заметно осторожнее.
— Марина… а вы раньше точно только бухгалтерией занимались?
Вейра подняла взгляд от таблицы.
— Почему вы спрашиваете?
— Вы разговариваете с поставщиками так, будто собираетесь их казнить.
Она ненадолго задумалась.
— Это помогает экономить время.
Начальник нервно усмехнулся.
А к вечеру половина сотрудников уже инстинктивно начинала говорить правду сразу, как только Вейра задавала вопрос.
Глава 13. Моё тело — мой актив
Глава 13. Моё тело — мой актив
К концу первой рабочей недели Вейра поняла сразу две вещи. Во-первых, бухгалтерия логистической компании представляла собой нечто среднее между хаотическим рынком и цирком без дрессировщика, но местные почему-то называли это «рабочим процессом». Во-вторых, её собственное тело всё ещё выглядело и чувствовало себя так, словно оно только вчера вышло из отпуска после месячной катастрофы, а не как обычно — полное энергии.