Чтение онлайн

— Что, не получается? — хохотал Повелитель, уворачиваясь от моих атак. — Ты навеки мой, раб! Моя Тень! Моя собственность!

Некоторые маги пытались помочь. Я видел, как генерал сражается с тремя стражниками сразу. Как Шейд мечет заклинания в сторонников Повелителя. Но их сила разбивалась о защиту тирана. Он был слишком силен. Слишком долго правил. Слишком много тьмы впитал за эти столетия.

Повелитель теснил меня. Еще немного — и он победит. Я чувствовал, как силы уходят, как магия истощается, как кольцо на его пальце давит на мою волю, сковывает движения, притупляет реакцию.

Тьма сгустилась в его ладони в черное солнце, готовое испепелить меня.

— Прощай, предатель, — прошипел он.

И в этот момент… Тьма поднялась из центра зала. Не та, которой сражались мы с Повелителем. Я обернулся.

Аэлита стояла там. Глаза ее были закрыты, руки раскинуты в стороны. И из нее рвались тени. Они не были хаотичными, как раньше. Они были осознанными. Направленными. Послушными ее воле, как никогда прежде.

Они взлетали к потолку, огибали сражающихся, не задевая никого из своих, и обрушивались на Повелителя. Он защищался, но ее теней было так много, они пульсировали вокруг него, смыкались, образовывали плотную сферу.

— Что?! — захрипел он, пытаясь вырваться, но его уже не было видно. — Ты же всего лишь…

— Человечка? — тихо сказала Аэлита, открывая глаза.

В них пылала ярость, ненависть и обида. Она вытянул руку вперед, как бы направляя тени, и из нее вырвалась тьма, поглотившая весь зал. Горячая, словно смола. Мы все завязли в ней, дышать стало почти невозможно.

Даже я не мог рассеять ее тени, потому что сил моих почти не осталось. Но она обуздала магию, вскоре я смог дышать, сквозь толщу доносились звуки. Тьма рассасывалась.

Но не у трона. В сфере бушевал в ярости Повелитель, но не мог прорваться. Тьма закипела как смола, забулькала. Аэлита все медленно сжимала протянутую руку до тех пор, пока не побелели пальцы кулака.

— Это тебе за мою маму, — сказала она, и ее голос разнесся по залу, чистый и звонкий. — Заточенной в кристалл. За предательство, которого она не совершала. За то, что ты — ее дед — хотел сделать ее своей наложницей.

Когда тени рассосались, Аэлита опустилась на холодный пол на колени. А на месте Повелителя осталась лишь смрадная кроваво-мерзкая лужа.

Я рванул к ней, подхватил, не дал упасть.

— Я справилась, — прошептала она, глядя на меня помутневшими глазами. — Я…

И замерла, прижимая руку к животу. Туда, где росла новая жизнь. Наша жизнь.

Я прижал ее к себе, пряча лицо в ее волосах. Вокруг нас зал медленно оживал — люди поднимались, переглядывались, начинали шептаться. Генерал уже отдавал приказы, уводя сторонников Повелителя.

Но для меня существовала только она.

— Ты справилась, — прошептал я. — Моя истинная. Моя королева.

Она улыбнулась, слабо, устало, и закрыла глаза, позволяя себе провалиться в спасительную темноту.

А я стоял посреди тронного зала, держа на руках свою женщину, и смотрел на останки того, кто правил веками и так позорно закончил.

Все кончилось. Но начиналось новое.

Аэлита

Церемония прошла как в тумане.

Кто-то надел на меня мантию — тяжелую, расшитую золотом и черным шелком. Кто-то поднес корону на бархатной подушке. Кто-то говорил длинные, витиеватые речи, смысл которых ускользал от меня.

Я смотрела на все это и думала только об одном: когда это закончится? Когда я смогу просто выдохнуть?

Руфус стоял рядом. Его присутствие было единственным, что удерживало меня в реальности. Каждый раз, когда паника подступала к горлу, я сжимала его пальцы и он отвечал легким пожатием, словно говорил: Я здесь. Я рядом. Мы справимся.

Корона коснулась моего лба. Холод металла, тяжелый, чужой. Толпа взорвалась ликованием, но я едва слышала.

Руфус поднял руку, призывая к тишине. Люди затихли, ожидая слов нового правителя.

— Отныне, — его голос разнесся под сводами зала, чистый и сильный, — в Темном царстве больше не будет артефактов, дарующих вечную жизнь одному правителю. Не будет магии, подчиняющей волю.

Он подошел к трону и поднял лежащее на нем кольцо — найденное в груде останков, то самое, что не давало ему убить хозяина. Поднял его над головой, потом сжал в кулаке.

Тьма вспыхнула. Кольцо рассыпалось черной пылью, осыпаясь на каменный пол.

Зал ахнул.

Руфус подошел к трону и развернулся к собравшимся.

— Отныне, — провозгласил он, — править будет сильнейший и достойнейший. Не по праву крови, не по древней магии, а по праву силы и мудрости.

Он повернулся ко мне. Протянул руку.

— И править он будет не один.

Я взяла его ладонь, и он притянул меня к себе, обнимая за талию перед всем залом. Громко, чтобы слышали, произнес:

— Моя супруга Аэлита, моя истинная. Я нарекаю ее своей королевой.

После церемонии, когда все уже свободно праздновали, я подошла к моим бывшим сокурсницам.

Наложницы стояли у колонн, сбившись в испуганную стайку. Сиера — в центре, бледная, с мокрыми от слез щеками, но улыбающаяся.

— Сиера, — позвала я.

Она вздрогнула, сделала шаг вперед и вдруг рухнула на колени.

— Ваше Величество…

— Встань, — я рванула к ней, подняла, обняла. — Немедленно встань. Ты с ума сошла?

Она рассмеялась сквозь слезы. Заплакала. Снова рассмеялась.

— Я думала… что беременна… — бормотала она несвязно. — Что останусь с ним навсегда…

— Все кончилось. — Я гладила ее по спине, чувствуя, как она дрожит. — Ты свободна. Вы все свободны.

Я обвела взглядом наложниц. Они смотрели на меня с такой надеждой, что у самой сердце сжималось.

— Оставайтесь в академии, — сказала я. — Учитесь, становитесь магами. Общайтесь, дружите, любите. Больше никаких клеток. Никаких запретов. Вы — не собственность. Вы — люди. Маги и женщины.

Сиера сжала мои руки.

— Я не знаю, как тебя благодарить.

Я посмотрела ей в глаза.