Чтение онлайн

Дракон.

Дракон. Огромный, черный, могучий. Тот самый, чей силуэт я видела на фоне закатного неба, когда он покидал «Каменный Страж». Тогда меня охватил первобытный ужас от самого факта его существования, от осознания, что мужчина, которого я знала, был… этим.

Сейчас ужас был другим. Более глубоким, более личным. Потому что этот дракон, Конард, был ранен. Смертельно ранен, судя по всему.

Я парила невидимой тенью, наблюдая за ним из серого марева Сумрака или из его собственной, колеблющейся от боли тени – я уже не всегда понимала, где заканчивается одно и начинается другое. Он находился на дне какого-то узкого, мрачного ущелья, зажатый между отвесными скалами, которые, казалось, смыкались над ним, готовые похоронить его заживо.

Его черная, как смоль, чешуя была местами содрана, обнажая кровоточащую плоть. Одно крыло неестественно вывернуто, сломано у самого основания, беспомощно волочилось по земле. Второе, хоть и выглядело целым, тоже было повреждено – он не мог им взмахнуть, лишь судорожно подергивал, издавая при этом тихий, страдальческий стон, похожий на скрип старых деревьев.

Он снова и снова пытался выбраться. Вонзал огромные, острые, как кинжалы, когти в каменные уступы, подтягивался всем своим могучим телом, но камни крошились под его весом, и он срывался, тяжело ударяясь о дно ущелья. Каждый такой срыв сопровождался яростным, но полным отчаяния рыком, который отдавался в моей душе тупой, ноющей болью.

В какой-то момент он замер, его огромная голова с пылающими, как угли, глазами медленно повернулась в мою сторону. Я знала, что он не видит меня, но он чувствовал. Чувствовал мое присутствие, мою тень. Во взгляде этих нечеловеческих глаз не было узнавания или гнева, направленного на меня. Только бездонная усталость, боль и какая-то первобытная, звериная тоска. Он тихо, почти скорбно, рыкнул, словно жалуясь на свою судьбу невидимому свидетелю, а потом снова, с новой, отчаянной яростью, бросился на неприступные скалы.

Я смотрела на его тщетные, полные агонии попытки, и сердце сжималось от жалости и ужаса. Он был так силен, так могуществен. И видеть его сейчас таким – беспомощным, раненым, запертым в этой каменной ловушке – было невыносимо.

И тут до меня дошло. Три недели. Прошло три недели с тех пор, как Джад объявил о его «смерти». Три недели он мог быть здесь. Один. Раненый. Без помощи. Отчаянно борясь за жизнь, в то время как я… я оплакивала его, не зная правды. Эта мысль обожгла меня стыдом и новой волной ужаса. Как он выжил? И почему его не нашли враги?

Я продолжала наблюдать, пытаясь понять, что еще его держит, что мешает ему исцелиться – драконы ведь славились своей невероятной регенерацией. И тут я заметила это. В тот момент, когда он в очередной раз неудачно двинул телом, пытаясь найти опору, на его могучей спине, между мощными лопатками, там, где чешуя была особенно толстой, я увидела что-то чужеродное, темное на фоне его черной шкуры.

Присмотревшись внимательнее, я поняла. Это была рукоять. Рукоять кинжала или короткого меча, глубоко вонзенного в его плоть, почти по самый простой металлический эфес. Клинок, должно быть, вошел глубоко, повредив что-то важное, мешая ему двигаться, исцеляться, взлететь.

Но самое страшное было не это. Сама рукоять была инкрустирована несколькими крупными, ограненными камнями. И эти камни… они испускали слабое, но отчетливое, неестественное фиолетовое свечение, которое пульсировало в унисон с его прерывистым, тяжелым дыханием. Этот свет был холодным, зловещим, он словно высасывал жизнь из окружающего пространства, из самого дракона.

Я рухнула в кресло, тяжело дыша, чувствуя, как по спине градом катится холодный пот. Возвращение из… того места, где я видела Конарда, было резким, болезненным, будто меня выдернули из одного мира и грубо швырнули в другой. Анора тут же подскочила ко мне, ее лицо было бледным от беспокойства.

– Леди Тиана! Что вы видели?! Вы в порядке?

Я не могла сразу ответить, слова застревали в горле. Перед глазами все еще стоял он – огромный, черный дракон, запертый в каменной ловушке, его яростный, полный боли рев, и это зловещее фиолетовое свечение от клинка в его спине.

– Он… он жив, Анора, – наконец выдавила я, мой голос дрожал. – Конард жив. Но он… он в ужасном положении. Ранен, очень тяжело. И он… он дракон.

Анора ахнула, прикрыв рот рукой, но в ее глазах не было удивления от его драконьей сущности – видимо, слухи или знание об этом уже были в поместье. Был только страх за него.

– Я видела… он в каком-то ущелье, не может выбраться. И в спине у него… оружие. С камнями, они светятся фиолетовым. Мне кажется, это они его держат, не дают исцелиться.

Я не знала, что делать. Беспомощность навалилась на меня всей своей тяжестью. Я видела его, знала, что он страдает, но как ему помочь? Я – слабая женщина, едва оправившаяся от отравления, с непонятным и опасным даром.

– Нужно… нужно кому-то рассказать, – прошептала я, скорее себе, чем Аноре. – Тем, кто сможет его найти, помочь…

Анора, понимая серьезность ситуации, не стала терять времени. Она быстро позвала Джада и Ваду. Через несколько минут они уже стояли в моей комнате, их лица были напряженными и серьезными.

Я сбивчиво, перескакивая с одного на другое, рассказала им все, что видела. О драконе, об ущелье, о ранах, о страшном клинке с фиолетовыми камнями. Они слушали молча, не перебивая, лишь изредка обмениваясь быстрыми, многозначительными взглядами. Я видела, что они мне верят. Возможно, потому что знали своего лорда лучше, чем я. Возможно, потому что уже сталкивались с подобным.

Когда я закончила, первым заговорил Джад. Его голос, как всегда, был ровным и лишенным эмоций, но я уловила в нем стальные нотки решимости.

– Если лорд Вайрос жив и в таком положении, как вы описываете, леди, то медлить нельзя. Самый верный способ – немедленно доложить обо всем императору. У него достаточно сил и средств, чтобы организовать поиски и спасательную операцию.

– Но кто поверит мне, Джад? – с горечью возразила я. – Я – бывшая жена, которую он сам изгнал, обвинив в измене. Мои слова ничего не значат. А если я расскажу о том, как я это увидела… о своем даре… – Я вспомнила слова из книги, опасения Вады. – Это слишком опасно. Меня могут счесть колдуньей, сумасшедшей… или еще хуже.

Вада, до этого стоявшая молча, скрестив руки на груди, хмуро кивнула.

– Леди права. Ходящие в Тенях… о них всегда ходили недобрые слухи. Их сила пугает, их возможности – безграничны, но и опасны. Их боялись и старались использовать для самой грязной, самой темной работы. А без защиты лорда Вайроса, особенно сейчас, когда все считают его мертвым, открыто заявлять о таком даре – это все равно что самой лезть в петлю.

В комнате повисло тяжелое, гнетущее молчание. Перспектива казалась безрадостной. Но потом Джад решительно поднял голову, его глаза сверкнули холодной сталью.