Чтение онлайн

Единственное, что я сейчас по-настоящему хотел, это лечь, на крайний случай, присесть, но, надо было держать марку, поэтому я выказывал слабости, да и та с каждой секундой отходила — сказывается подпитка энергией Жизни. Плюс к этому, расслабиться не даёт напряжённая тишина, накрывшая двор. Ситуацию разрядил Стан.

— Ха, а Пёс-то оказался вовсе и не псом, а так… щенком, просто очень злобным. — в Круге раздались, сначала неуверенные, а потом вполне себе радостные смешки, быстро переросшие в хохот. Смеялись даже «дикари» и в их смехе чувствовалось… облегчение. А во мне было совсем не смешно, мне было горько. Ирий открылся мне совсем с другой стороны. Сегодня я узнал то, что не прочитаешь в Сети и первоначальное очарование этого Мира начало куда-то уходить. Да, Ирий достиг определённых успехов в своём развитии и довольно быстро, в чём-то он даже превосходит Землю. Но, это развитие коснулось только научно-технической стороны, а вот сами люди так и остались на уровне средневековья. Не все, конечно, но многие. Сегодня Ирий открылся мне совсем с другой стороны — неприкрытое рабство, дикость, бесправие женщин и… культ силы, дикой, животной силы. Отвлёк меня от невесёлых дум Князь Белозерский.

— Благодарю тебя, Рус. Прости, что сомневался в тебе и… я знаю, о чём ты думаешь, не спеши с выводами. Да, нурманы дики и необразованны, и живут по старым, очень старым обычаям, но и они постепенно развиваются, а мы им в этом, в меру своих сил, помогаем. Вот и ты… помог. Как смог и умел, но помог. Ладно, что будешь делать с наложницами и заложниками? Предупреждаю сразу, если захочешь оставить себе, то многие наши тебя не поймут. По нашей Правде рабство неприемлемо.

— А что мне с ними делать? Дам по десятку золотых, пусть идут по домам — мне они не нужны.

— А вот этого делать не надо — таким поступком ты нанесёшь оскорбление их родичам. Парней отпусти за выкуп, а ведуньи… им и в Роду Белозерских место найдётся. Тем более, что девки молодые, да ладные, воительницы отменные… И это будет по Правде. — я посмотрел на пятёрку Пса, стоящую чуть в стороне от остальных нурманов. Да, женщины молодые и красивые. Красивые и… опасные — настоящие Валькирии. Эта мысль заставила меня невольно улыбнуться. Князь проследил за моим взглядом и тоже улыбнулся.

— Надо тебя побыстрее женить и отправлять в Старшую школу… пока ты всех девок в Княжестве не перепортил. А вот сейчас, ты уж извини, я воспользуюсь плодами твоей победы. — добавил Князь и направился к Княжичу из Рюриковичей.

— Готовься, Рус. — чуть ли не смеясь сказал подошедший Стан, дружески хлопнув меня по плечу.

— К чему? — не сильно-то и скрывая усталость спросил я.

— Князь сейчас с Рюриковичами торговаться станет и, боюсь, что в очень скором времени у тебя появится третья невеста. — просветил меня подошедший Свят. — Главное, чтобы Князь не согласился отдать тебя в Род Рюриковичей. — с долей озабоченности добавил он.

— А что, меня уже никто ни о чём и спросить не хочет, хочу ли я, нет? Я вроде как пока ещё не ваш родич.

— Главное, чтобы Князь об этом вовремя вспомнил. — поддержал меня Стан. — А то может выйти скандал. — и в этот момент Князь обернулся и жестом пригласил меня принять участие в разговоре с Княжичем. Ладно, если предлагают, то почему бы и не поговорить.

Вблизи Княжич выглядел… плохо он выглядел. Такое впечатление, что его, буквально, что-то пожирает изнутри. Так-то Княжичу лет двадцать, а выглядит на все сорок. Чисто рефлекторно перехожу на аурное зрение и… с трудом сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться — аура Княжича… да какая там к чертям аура, одни ошмётки и полдесятка непонятных образований, планомерно пожирающих то, что от неё осталось. Моя реакция не ускользнула от Рюриковича. Вымученная улыбка тут же исчезла с его лица, а вот в глазах вспыхнула надежда, но тут же пропала. Но, наблюдательностью страдает не один Княжич, сопровождающая его целительница тоже обратила внимание на мою реакцию.

— Что ты увидел, чужак? — тихо спросила она.

— Мертвеца, если срочно не помочь. — ответил я так же тихо.

— И сколько же ты мне отмеришь… Рус? — поинтересовался Рюрикович.

— Если ничего не делать, то седмицу, а если твоя целительница продолжит вливать в тебя энергию Жизни, то две, но в таком случае спасать придётся уже её. — тут я ни чуточки не врал, потому как одно из образований уже почти перекочевало в ауру девушки и начало постепенно пожирать уже её ауру. Пока это почти незаметно, но кое-где, по краям, пока совсем незаметные прорехи уже появились.

— Эта целительница — моя сестра Всеслава, сильнейшая целительница нашего Рода. — хмуро ответил Княжич. — Значит седмица… ну что же, время ещё есть. Благодарю, тебя, сестра, за помощь, но я больше в ней не нуждаюсь. — чётко произнёс Рюрикович и чуть помедлив, и грустно улыбнувшись, добавил. — Ты и сама прекрасно знаешь, что меня уже не спасти, а ты нужна Роду. Девушка что-то хотела сказать, но только молча поклонилась, безрезультатно пытаясь скрыть слёзы.

— Я сказал, «если ничего не делать». — все удивлённо посмотрели на меня.

— Ты можешь помочь?! — целительница, буквально, вцепилась в мою руку.

— Могу, если пойму, что именно случилось с твоим братом. — ответил я.

— Зона случилась. — усмехнулся Княжич. — Зона и её выродки… пять лет назад.

— Предлагаю пройти в дом и там вы мне всё расскажете. Вот только… — и я посмотрел на толпу нурманов.

— Боярич, — обратился Княжич к подошедшему Святу, — не откажешь Княжичу из Рода Рюрика в гостеприимстве на несколько дней, тем более, что не так уж много мне и осталось?

— Мой дом — твой дом, Княжич. — поклонившись ответил Свят.

— А на счёт «гостей» не беспокойся, мои люди их проводят и проследят. — обратившись уже ко мне сказал Княжич.

— Я останусь с братом! — воскликнула целительница. Я только пожал плечами.

— Мои жёны будут рады разделить с тобой хлеб, Всеслава. — улыбнувшись ответил девушке Свят.

Княжич подозвал одного из своих людей.

— Ратмир, проводишь нурман, ну и проследишь, чтобы не буянили по дороге.

— А как же ты, Княжич?!

— А я остаюсь в гостях и Святослава вернёшься через седмицу… заберёшь моё тело. Со мной останется Всеслава и пятёрка Мрака.

— Княжич!

— Исполняй, Ратмир! И… передай брату, что я так решил. Видать, Доля и Недоля так спряли нить моей Судьбы.

И тут мне в голову пришла одна дикая мысль.

— Княжич, а ты женат?

— Кто же за такого отдаст свою дочь? — грустно ответил Рюрикович, а я нахмурился — только что одна из моих идей пошла коту под хвост.

— А сколько тебе лет?

— Мне девятнадцать зим, Рус.

— А почему ты спрашиваешь… Рус? — напрягся Ратмир.

— Княжичу может потребоваться женщина, готовая рискнуть своей жизнью. Но, это на самый крайний случай и… без гарантий.

— Надо будет — найдём. — твёрдо ответил Ратмир.

25 глава.

В и так небольшом доме, с появлением новых гостей, стало совсем уж не развернуться. Как говорится, жилищный вопрос встал ребром и чтобы всех разместить, пришлось превращать дом в подобие общежития. Свят, Стан и дед Ядвиги разместились в одной спальне. Марина, Рогнеда, Ядвига и Млада с Яриной заняли хозяйскую спальню, как самую большую. В третьей спальне разместили детей. Мы с Княжичем заняли кабинет. Вот так вот, в тесноте, да не в обиде все и устроились. Боевая пятёрка, сопровождавшая Княжича, разместилась в саду, благо, что лето и на улице достаточно тепло, да и к походной жизни и связанным с ней неожиданностям бойцы оказались готовы, быстро установив пару небольших палаток. Проблема возникла только с Всеславой, сестрой Княжича, которая категорически отказалась покидать брата. Казалось бы, совсем крыша у девки поехала, собирается жить в одной комнате с двумя мужиками, пусть один из них и её брат, но, местные отнеслись к её такому решению с полным пониманием, а на мои возражения и замечания, что я вообще-то мужчина, ответили одной фразой, как будто мне это что-то должно было объяснить — Она Рюриковна и целительница, очень и очень сильная целительница. И даже мои очень толстые намёки, что у каждого есть свои секреты, выдавать которые посторонним, далеко не каждый горит желанием, остались проигнорированы. Я, конечно, понимаю, что у каждой культуры свои правила поведения, традиции и обычаи, но не до такой же степени, чтобы селить незамужнюю девицу с половозрелыми парнями! Смысл происходящего я понял только тогда, когда мы остались в комнате втроём.