Чтение онлайн

–  Бонжур мадам, тьфу, мадемуазель. Же не манж па сис жур - и чисто на автомате, заискивающе улыбаясь, добавил - подайте бывшему депутату государственной думы…

Из-за капота вынырнула вихрастая голова пацана лет четырнадцати и он неприязненно глядя на меня, спросил у девчонки:

–  Алекс, чего хочет этот клошар?

На какую то секунду я охренел. Вот те раз! Я что, по-французски врубаюсь, раз понял, о чем он говорит? Но наваждение тут же спало, так как мамзелька удивленно спросила на родном мне языке:

–  Вы что, русский?

Хорошо сидеть чистым, сытым, и довольным жизнью. Особенно когда сидишь возле камина и держа в руке бокал с вином ведешь неспешную беседу. Аристарх Викторович, хозяин этого шато, предложил на выбор разные напитки и я, отвергнув коньяк, остановился на вине, что заставило бывшего белого генерала удивленно покрутить носом. C видом знатока отпив маленький глоточек, я почмокал губами. Вино было действительно вкусное, о чем незамедлительно известил хозяина. Тот хмыкнул, поставил свой бокал на столик и задал следующий вопрос:

–  Так вы Илья Иванович, говорите аж из Италии сюда пришли?

–  Так точно, господин генерал!

–  Очень интересно…

А уж мне то, как интересно чего я еще наплету…

Когда Алекс, она же Шурочка, узнала, что бомжеватый тип, подошедший к ней - русский, причем не местный русский, а настоящий, из тех самых, которые краснопузые, то сильно разволновалась. Пацан, которого звали Петром, вообще глядел восторженно. Ну еще бы! Встретить человека из легендарной армии, которая ненавистных бошей гоняет в хвост и гриву, для мальчишки, было сродни фантастике.

О положении на фронтах они прекрасно знали из заныканого дома радиоприемника, вот пацанчик и проникся… А я то как проникся! С ума сойти - старая Яга, выходит, очень даже верное направление показала, где можно русских найти. Только вот не рассчитывал их прямо на дороге встретить. Но ведь не зря говорят - что не делается, все к лучшему. Сейчас у этих пионэров их политические пристрастия выясню, а там решу - захватывать колеса или ехать с подростками к ним домой.

Ребятишки ударно закончили ремонт и загрузив "настоящего русского" в машину (даже вонь шибающая от реквизированного с пугала пальто их не остановила) и повезли к папе. Правда, услышав про папу я несколько напрягся, но Алекс успокоила сказав, что папА является настоящим патриотом и даже помог спастись одному французскому макизару, который убегая от немцев спрятался недалеко от их шато. Так папА его накормил и даже дал свой "наган", взамен потерянного маки пистолета, когда Жан-Поль уходил обратно к своим. Мда… Я бы такому партизану за утерю оружия в лобешник для профилактики закатал, но здесь блин Европа, и даже бывшие русские генералы, похоже, сильно расслабились. Про то что папик этой парочки царский генерал, мне рассказал Петька, желая показать, что и он тоже имеет некое отношение к армии, пусть хоть и через ближайшего родственника. Кстати упоминание, что папА презирает атамана Краснова, активно сотрудничавшего с фрицами, внушало надежду, что такой человек меня сходу немцам не сдаст. В принципе так и оказалось. Когда машина подъехала к здоровенному двухэтажному, так и хочется сказать поместью, Петруха шмыгнул в дом и, пока Алекс загоняла машину на парковку, меня вышел встречать хозяин. Крепкий высокий старикан, дождавшись пока я кряхтя выберусь из авто, протянул руку представившись:

–  Генерал Кравцов Аристарх Викторович.

Мда, хитрый жук. Надо же, как он по всей форме доложился. Теперь просто именем не обойдешься… Но так как я жениться на генерале не собираюсь, то и представился без особой похвальбы своими подполковничьими погонами:

–  Капитан Лисов Илья Иванович.

Аристарх Викторович удовлетворенно кивнул и глядя на мои покрытые свежей коростой пальцы поинтересовался:

–  Вы не ранены?

–  Нет, только сильно побит, но без особых повреждений.

Потом генерал пригласил в дом, где оценив мой прикид, предложил помыться и переодеться. Я на это с радостью согласился. После водных процедур меня осмотрела какая-то миловидная женщина, бывшая, как она сказала, в далекой юности сестрой милосердия. Выяснилось, что общие повреждения организма оказались несколько сильнее, чем предполагалось. Помимо сотрясения мозга и сильно изрезанных рук, были треснуты или сломаны два ребра. То-то думаю - дышать больно.

До этого рассчитывал, что это просто ушиб, но видно об ту хреновину под водой приложило так удачно, что ребра хрупнули. Мда… Только все равно - легко отделался. В МИ-6 из русского офицера, вообще отбивную бы сделали, а так всего пара костей пострадала. Потом, наложив на грудь тугую повязку, мне дали чистую одежду. Размера на два больше, но это фигня. Отдернув пиджак, я сбил невидимую пылинку с лацкана и улыбнувшись, поблагодарил бывшую медичку. Она улыбнулась в ответ, поправила мне воротник и препроводила в столовую, где за столом сидела вся немалая семья Кравцова. Помимо генерала, там были его жена, муж сестры ( кстати именно сестра хозяина меня и перевязывала), Алекс с Петькой и еще один мужик, который был представлен как боевой товарищ Кравцова. Для полного комплекта не хватало только старшего сына с племянником, которые умотали по делам в Лион. Правда, надо отдать должное Аристарху Викторовичу, поесть дали спокойно. Во всяком случае, вопросов почти не было. Петруха было сунулся, но отец на него только шикнул и на этом все поползновения узнать, как тут оказался "настоящий русский" закончились. Зато после обеда незваный гость был приглашен в кабинет и тут началось…

Пока трясся в машине, я продумал линию поведения вместе с легендой. Лучше всего было выдать себя за пленного, бежавшего из концентрационного лагеря. Но даже толком не жрамши два дня, тушка Лисова никак не тянула на дистрофичного лагерника. Да и лагерного номера у меня нет… Поэтому ударился в экзотику.

Дескать, попал во Францию из Италии. А в Италию из Югославии, но только не по своей воле. Будучи Советским инструктором в одном из отрядов Тито - угодил в плен. По какой-то причине меня вывезли к макаронникам. А так как Италия, страна непуганых идиотов, то удалось сбежать. Возвращаться в Югославию было слишком далеко, в Швейцарии меня никто не ждал, да и через горы топать как-то не с руки, поэтому двинул во Францию, рассчитывая в Марселе или Тулоне найти судно, которое идет в Задар. Документы тоже думал раздобыть по пути. Нет, эти повреждения получил не во время бегства. Просто позавчера на меня напали четверо придурков, дали по голове, ограбили и бросили в канаве. Собеседники (а помимо хозяина в комнате был и его друг и муж сестры) засыпали вопросами, спрашивая и переспрашивая но, похоже верили. Слишком уж фантастически для вранья все выглядело. Зато в процессе беседы узнал, где я нахожусь. В долине реки Луары, а ближайшее селенье за виноградниками, называется Сент-Антуан. До Марселя чуть меньше трехсот километров, но меня, пока не полечусь, никуда не отпустят.

Мда… Где-то так и думал, что два дня назад, километров на триста отвезли, не дальше. Автобанов здесь еще нет, а тот "Фиат" максимум километров под пятьдесят мог идти. И то, если в нем водила хороший был. Везли всю ночь. Вот и выходит - двести пятьдесят - триста километров. Было б весело, если бы англичане меня в сторону Ла-Рошеля везли. Вот бы хозяева удивились, что я такие круги по Франции наматываю. А у ребят, пока ехали, спросить где нахожусь не додумался, больше озабоченный вопросом выяснения личности их папаши. …- Очень интересно, господин капитан. Или вам больше привычней - товарищ?

Да хоть горшком называй, мне по барабану. Сейчас главное отсидеться несколько дней, пока в себя не приду, а как при этом будут называть - дело десятое. Но Кравцову судя по всему, было не все равно. Генерал хоть и доброжелательно, но с ехидцей смотрел в мою сторону, ожидая ответа. Поэтому я тоже поставил свой бокал на стол, взглядом попросив разрешения взял из коробки сигару, обкусил щипчиками кончик и закурив ответил:

–  Господин генерал, разумеется, мне привычней быть товарищем. Но вы можете называть как вам удобнее.

Аристарх Викторович откинувшись на спинку кресла, с деланным удивлением сказал своим друзьям:

–  Удивительное дело господа, или за эти двадцать лет коммунисты стали гораздо более терпимы, или нам повезло встретить несколько необычный экземпляр совдеповского командира.

–  Офицера.

–  Что?

–  Офицера Красной Армии. Вы господин генерал можете дальше продолжать развлекаться в остроумии, но хочу заметить - когда вы во Францию лыжи вострили, я еще под стол пешком ходил. Соответственно к разборкам гражданской войны, отношение никак не мог иметь, поэтому ваш сарказм непонятен. А сейчас я являюсь капитаном той армии, которая единственная из всех мировых держав бьет германцев по всему фронту. И горжусь этой принадлежностью… Да, еще небольшое замечание - неприлично говорить о человеке в третьем лице, когда он сидит перед вами.

Хе! Уел генерала! Он видно хотел вспомнить молодость и слегка тонко покуражиться над лапотником, а тут такой облом! Собеседник покраснел, закашлялся, и мельком глянув на своих прячущих улыбки друзей, извинился. А потом, немного оправившись, решил поинтересоваться родителями, рассчитывая видно, что мое возможное высокое происхождение, несколько сгладит неловкость от его промаха. Но и тут оказался в пролете. Я ответил, что происхождение у советского капитана самое что ни наесть рабоче-крестьянское. А образование очень даже среднее - школа восьмилетка и пехотное училище. Аристарх Викторович несколько усомнился в моих словах. Мол, слишком правильно предложения строю и беседу веду.