Чтение онлайн

— Когда я выехала из города, какой-то газ заполнил мою машину. Он был странным. Ничего подобного я раньше не чувствовала. У меня сильно закружилась голова, и я остановилась на обочине. Но не успела я выйти из машины, как потеряла сознание. А когда очнулась, то оказалась снова в черте города, а это было в моей машине.

Взяв у Мали другой листок бумаги, она передает его Кэму.

— У тебя была возможность уйти, но ты вернулась. Теперь никуда не деться. Добро пожаловать в твой ночной кошмар, — читает Кэм вслух. — Твою мать…

Если бы я думал, что это какая-то уловка или попытка оправдать ее уход и вернуть меня, я бы ее за это осуждал. Но она ни за что не стала бы врать. Не тогда, когда я видел чистый ужас в ее глазах. Черт, я даже видел его, когда она показала мне запись за пару ночей до своего ухода. Я просто подумал, что это из-за меня. Потому что она считала меня чудовищем.

Я никогда не думал, что это из-за кого-то другого.

— У тебя есть с собой оригинал фото? — спрашивает Кэм. — То, на котором, как ты сказала, есть доказательства?

Лейкин качает головой. — Он дома.

Дома. Это слово не должно иметь для меня значения. Где она живет — это ее решение. Но то, что она говорит это так, как будто где-либо, кроме этого места, может быть ее дом, задевает за живое. Если спросите меня, то это единственное место, которое когда-либо будет ее гребаным домом.

Я встаю, не в силах больше оставаться здесь. — Я ухожу.

Кэм нахмуривает брови. — Прямо сейчас? Ты не хочешь помочь мне разобраться в этом?

Мой взгляд встречается с его, и это единственный раз, когда я позволяю себе проявить уязвимость в присутствии Лейкин. — Я не могу. Не сегодня.

Он понимающе кивает, в то время как голова Лейкин падает обратно на диван, и она снова начинает плакать. Какой-то голос внутри меня говорит мне, что я должен пойти к ней, чтобы все снова стало хорошо, но я знаю, что не могу этого сделать.

Я больше не могу ее спасать. Она отняла у меня эту способность. Вырвала ее прямо из моих рук, когда выходила за дверь. Я не могу сделать для нее ничего такого, от чего мне не захотелось бы убежать в горы.

Она сделала свой выбор, а теперь пришло время мне сделать свой.

Было чуть больше двух часов ночи, когда я наконец вернулся в бар. Зная, что в баре наверняка еще витает запах секса, я решил немного посидеть у входа. Обычно это хорошее место, для того, чтобы разобраться со своими мыслями. Но не сегодня.

Поверьте, мне бы очень хотелось вернуться в ночь перед ее отъездом и умолять ее не уезжать. Запретить ей уезжать вообще и пообещать, что, что бы ни подкинула нам жизнь, мы справимся. Но самое поганое в жизни то, что в ней нет кнопки «повторить». Нельзя отмотать назад. Нельзя вернуться назад. Все, что вы можете сделать, — это утонуть в последствиях сделанного выбора, даже если он был не ваш собственный.

Сунув ключ в замок, я поворачиваю его и открываю дверь. Но не успеваю сделать и двух шагов, как останавливаюсь.

Здесь кто-то был.

Я не могу разобрать, что это, но на стенах что-то висит. Я тянусь к выключателю, чтобы включить свет, но ничего не происходит. Электричество отключили, и все осталось в полной темноте.

Я выхожу на улицу и звоню Кэму.

— Чувак, ты знаешь, который сейчас час? — ворчит он.

Я вздыхаю. — Да, Спящая Красавица, но мне нужно, чтобы ты приехал сюда. Я не думаю, что этот мудак остановился на том, чтобы поиздеваться над Лейкин сегодня ночью.

Его дыхание сбивается, и он резко просыпается. — Я сейчас буду.

Я жду в своем грузовике, чтобы избежать прохладного ночного воздуха. Если бы я не находился на пляже, это было бы не так страшно, но ветер, который дует с океана, делает ночь холодной. И, по крайней мере, в запертой машине никто не сможет подкрасться ко мне.

Когда Кэм заезжает на стоянку, я выхожу, но у меня сводит живот, когда я понимаю, что Лейкин с ним.

— Зачем ты взял ее с собой? — спрашиваю я, стараясь не показаться придурком, но я не знаю, есть ли кто-то внутри.

Он бросает взгляд на Лейкин, которая смотрит вниз, а потом снова на меня. — Она ночует у меня, и я не собирался оставлять ее одну. Не после того, что она пережила сегодня.

Это разумное объяснение. Я бы тоже был в шоке, если бы кто-то вырубил мою задницу и переставил мою машину со мной внутри. Но это не значит, что я рад, что она здесь. Не тогда, когда опасность все еще может быть внутри.

— У тебя есть фонарик? — Он кивает и передает его мне. — Хорошо, вы двое оставайтесь здесь, пока я убеждаюсь, что внутри никого нет.

Кэм качает головой. — Ни за что. А вдруг кто-то ждет, чтобы напасть на тебя или еще что-нибудь?

Тьфу. — Ладно. Но оставайся за дверью.

Мы втроем заходим в бар, и я включаю фонарик, направляясь прямо к задней двери, где находится электрический щиток. По крайней мере, с включенным светом мы лучше подготовлены. К счастью, они не стали полностью отключать электричество — просто выключили его на главном выключателе. И хотя я немного беспокоюсь за пиво, хранящееся в холодильнике, меня больше волнует вопрос, почему кто-то вообще оказался здесь.

Я снова включаю электричество и тут же слышу, как Лейкин резко вздыхает.

Даже неловко, как быстро я выбегаю обратно в зал, беспокоясь, что с ней что-то случилось. И если бы она не была так сосредоточена на всем, что ее окружает, она, возможно, заметила бы это. Но она слишком занята разглядыванием стен.

— Боже мой!

Стены от пола до потолка увешаны листовками об исчезновении Монти. Нет ни одного свободного дюйма стены, а если на этом месте что-то и висит, то они просто наклеили листовку поверх.

Одно дело — слышать, через что прошел Лейкин, и даже видеть две записки с сегодняшнего вечера, но, стоя здесь и глядя на это, я знаю, кто бы это ни был, он не шутит.

Кто-то знает, что мы сделали той ночью, и теперь жаждет крови.

— Это, должно быть, заняло несколько часов, — пробормотал Кэм.

Мой взгляд перемещается по комнате, пока я все это воспринимаю. — Если только их не больше одного.

— Два человека, которые знают? — Он качает головой. — Я сомневаюсь в этом. Прошло почти два года. Одному из них уже должно было надоесть.