Чтение онлайн

– Пап... спасибо!
– Маленький Виктор был в восторге.
– Это... здорово. Можно я их Вольке покажу?

– Завтра покажешь...
– строго сказала Лаура.

– Иди-иди, покажи, - разрешил Арман.

– Но...

– Пусть идёт. Сегодня всё можно....

– Что-то случилось?
– спросила дочь. Проницательная в маму.

– Папа... уезжает завтра, - тихо сказал Лаура.
– Далеко. Но сегодня он с нами.

– А вы чего хотите?
– спросил Арман дочек, перебивая тревожную паузу.

– Поиграть!
– крикнули девчонки хором.
– В "старый замок"! Можно, а, пап?

Арман эту настольную игру терпеть ненавидел. Но сегодня другое дело. И они играли в неё час или два подряд, пока дети не начали клевать носом. Лаура отправила их наверх. К себе.

Вернулась. Села на колени.

– Виктор всё ещё в гостях. Заигрался, - беспокойно сказала она.

– Ничего, - отмахнулся Арман, - соседи приведут. Не беспокойся.

Лаура прижалась к нему сильнее.

– Я хочу ещё одного ребёнка. Пусть это будет сын. Я назову его Арманом.

– Но традиция...

– Да плевать!
– она распустила волосы.
– Я назову его в твою честь!

Их губы коснулись друг друга.

– А если вдруг дочь, - тихо спросил она

– Тогда... придумаю что-нибудь.

– Эх, своенравная ты женщина!

– Тебе это всегда нравилось.

Он улыбнулся, и они снова слились в поцелуе.

– Привет, Дед!
– в дверях послышался звонкий голос Виктора, и целующиеся супруги вынуждены были прервать своё занятие.
– А папа мне часы подарил!

– И де этот тилигент иху мать, папаша твой?
– гаркнуло в коридоре, и даже вроде потянуло перегаром.

– Гильфи припёрся, - нахмурилась Лаура.
– Выгони его к чёртовой матери!

Дверь в прихожую распахнулась, прежде чем, Лаура успела соскочить с коленей мужа. Супруги встретили гостя в такой вот романтической позиции, глядя на него во все глаза.

Гильфи пришёл "не по гражданке". В латном доспехе, стальном шлеме из которого торчали седые кудри, поигрывая "кошкодёром" в могучей руке. На поясе висели два пистоля и большой кинжал в кожаных ножнах.

Гильфи скептически осмотрел свечи, потом настольную игру и Лауру на коленях у Армана.

– Тю, б... распустил сопли!
– фыркнул он на весь дом.
– Слышь, каменщик, перед смертью не натрахаешься! Это я тебе как специалист говорю.

– Что ты здесь делаешь!
– процедил Арман, убирая Лауру с коленей.

– Жену твою спасаю, - ухмыльнулся Гильфи.
– Я так понял, что Брюннер вызвал тебя лишь за миг до Скиннета? Ты, стало быть, обоих мажорчиков разозлить ухитрился? Молодец! Крючки на заднице калёные.

Арман промолчал. Гильфи с лязгом подошёл ближе

– А знаешь ли ты, что Базз Скиннет мстительный психопат? Он как-то одному чуваку вернул "должок" лет этак через пятнадцать после ссоры. Ударом в спину. То, что Брюннер тебя грохнет, Базза не удовлетворит, и не надейся. Угадай, на ком он сорвёт злость? Подскажу сразу - не на мне. Да он и не знает, кто мы с тобой друг другу.

И подмигнул Лауре.

– Он... не посмеет, - побелел Арман, взглянув на жену.

– С хера ли?
– искренне удивился Гильфи. Кто за неё вступится? Я больше скажу, кто узнает? Отец Базза - городской судья, слыхал о таком? К тому же Лаура никому не скажет, если вдруг чего тут с ней сделают. За детей побоится. Адольф Скиннет умеет затыкать рты.

Арман побелел. Страх за семью разом выдавил липкий ужас, отравляющий ему вечер. Старый пенёк угодил в самое больное место.

– Чего ты хочешь?
– нахмурился Арман.

– Отлупить бы тебя, дурака...
– мечтательно вздохнул Гильфи, но прервался и махнул рукой.
– Ладно, раньше надо было воспитанием заниматься... Короче так, сынок, хочешь защитить жену с детьми, надо будет завтра хорошо поработать. Напоследок. А то батька твой больной и старый. Сам я с бандой Адольфа могу и не совладать.

– С каких пор ты вспомнил о своём сыне?
– нахмурилась Лаура.

– С тех пор как потребовал у него десять процентов доходов за этот и следующий год. За защиту.

Лаура вздрогнула. В конце года Арману должны заплатить за предыдущую работу. И старый лис, похоже, об этом знал.

– Как ты можешь требовать деньги с сына?
– вспылила она.

Арман растерянно открыл рот, пытаясь что-то сказать.

– Ещё как могу!
– гаркнул Гильфи.
– Или чего, женщина? Хочешь испытать жаркую любовь Базза Скиннета. А его дружков? Может, всех сразу? Нет? Тогда сиди и не умничай!

Лаура покраснела как рак.

– Ну... ты... отец, называется, - прошептала она.
– Даже сына... за деньги...

– Зато я живой, - угрюмо ответил Гильфи.
– А твой папаша - мёртвый. И муженёк твой одной ногой там. Благородные б... смотреть тошно!

Лаура вскочила с дивана, лицо её пылало яростью.

– Не смей говорить о...

– Я СОГЛАСЕН, - сказал Арман, жестом приказав жене остановиться.
– Десять процентов. За защиту Лауры и детей. Доволен?

Гильфи ухмыльнулся, помахав "кошкодёром".

– Пошли со мной! Хороший разговор, хорошего места требует.

Перехватив взгляд Армана на Лауру, громко рассмеялся.

– Да успеешь ещё свою бабу отшпилить. До утра далече!

– Хватит хамить, солдафон!
– глухо сказал Арман и взял в руки плащ.

– Уй-ти какие мы не-е-жные! Пошли, давай! Работа не ждёт!
– хохотнул Гильфи и, бряцая доспехами, пошёл к выходу.

Утро

Говорят, перед смертью наступает отрешённость. Человек прощается с жизнью и со всем, что его связывает с этим миром. Но у Армана было не так. С утра ему всё стало интересно. Всё имело значение. И то, как встал с кровати. И каждая штанина, в которую просовывал ноги. И конечно то, как спит Лаура. Она лежала, откинувшись на подушке, разбросав пышные карие волосы. Красивая грудь поднималась и опускалась, под спущенным одеялом.

Осторожно укрыв её, Арман удержался от поцелуя, боясь разбудить. И пошёл собираться.

Зайти что ли к детям? Нет! Почему-то при мысли о детях, он сразу же расклеивался. Помнил видимо того ребёнка, что утирал слёзы над маминой могилой, когда Гильфи носило где-то в дальних краях.

Сегодня не хотелось думать о плохом. Даже, вспомнив о Гильфи, Арман испытал нечто вроде благодарности. За эту ночь старый наёмник вытер ему сопли досуха избавив от опустошающего чувства обречённости.