Порода волчья
Шрифт:
***
– Подъём, салага!
– гаркнул над ухом Гильфи.
– Чего нюни распустил? Тоже мне...
Арман с большим трудом встал, виновато глядя на отца. Лицо старого наёмника разгладилось, взгляд стал насмешливым.
– Что, мальчик? Чуть не обоссался, а? План хороший придумал, молодец. Но с Брюннером ты конечно облажался!
Арман виновато пожал плечами.
– Кто ж знал, что... он тоже сын... Адольфа...
– Да!
– протянул Гильфи.
– С Гаем Брюннером бодаться не то, что этого дурачка резать! Зато есть теперь чем гордиться, а?
Арман неохотно кивнул.
– Пистоль верни!
– приказал Гильфи.
– Во!... Теперь дай обниму тебя, чёрта. Прижав сына к себе, Гильфи тихо прошептал ему на ухо.
– Десять процентов! Два миллиончика. И ещё сто тысяч Кобальту, за то, что побыл секундантом. Данилу не забудь... мастеровитый у тебя друг. Эх, нам бы такую машину раньше, стрелков слепить.
– Не волнуйся, отец!
– выдохнул Арман в стальных объятиях, - я всегда плачу по счетам.
– Всё-таки моя порода!
– довольно крякнул Гильфи.
– А я всё боялся, что нагуляла тебя матушка, упокой Господь её душу. Ну, лады. Пойду ка я к себе. Пивнушку открывать пора.
Арман выпрямился и отсалютовал бывшему наёмнику. Тот подмигнул и, прихрамывая двинул к своей лошади.
Потом пришёл Данила, поздравил с победой. Он лучился счастьем.
– Ты представляешь, я эту штуку за ночь сделал!
– Ты не ори-то...
– тихо сказал Арман.
– Давай потом поговорим, ладно?
Данила кивнул, поздравил его ещё раз и пошёл проситься к кому-нибудь доехать до города, чтобы нанять телеги и перевезти Автожука в ангар.
Арман остался один.
***
Это началось зимой.
Крупный подряд на строительство моста уплыл от Армана к Адольфу Скиннету. Сильные связи, опыт в таких делах не оставили молодому архитектору ни единого шанса в этой игре. В конкурс попадал лишь племянник судьи. А строить мост конечно будет Арман, за куда меньшие деньги. Куда ж он денется?
Двадцать миллионов уплывало прямо из-под носа. И ничего нельзя было сделать... Пока жив Адольф Скиннет.
Арман предложил отцу "работу", но был послан подальше. Так подставляться Гильфи не пожелал.
Надо было придумать что-нибудь тоньше. Но тут весьма кстати пришёлся гнев Императора на дуэлянтов.
А дальше... письмо в имперскую безопасность, о судье, который организует дуэли. Приятое ими предложение провести дуэль при нём, для ареста.
Затем до совершенства удар. Один, но тщательно, почти до совершенства. Исключительно против Базза Скиннета, которому из-за болей в спине трудно было парировать удары по ногам.
Потом вечеринка у Джексона и сестра - дурнушка Флора, мимо которой забияка Базз никогда бы спокойно не прошёл.
Тщательно продуманный ответ Армана.
– Базз, ты не в цирке!
Скиннета-младшего часто за спиной называли "клоуном". Это было его больное место. Реакция Базза на такое - предсказуема.
Но...
Арман не знал, что Базз не просто "шестёрка" Брюннера, а его тайный брат. И это незнание едва его не погубило.
Пришлось опять звать отца. Тот к счастью, всё же пришёл.
Да он хорошо нагрел руки на горе сына, но сумел "вытереть сопли", и внести свои правки в его план. Заодно припахать Данилу и своих бывших сослуживцев.
А ещё дал ему пистоль. Убойный, но маленький, легко помещающийся в кармане камзола, который Арман "забыл" снять.
Базза тоже надо было убирать.
– Постарайся этого дурака разозлить, чтобы он кинулся на тебя с оружием. А потом стреляй смело, никто ничего не докажет.
Вот собственно и всё. Судью повесят в его же собственной тюрьме. Народ будет догадываться, что Арман не просто так "понравился" имперскому агенту, но это ему только в плюс. Бояться будут. А когда мост за двадцать миллионов, будет построен, он с семьёй уедет отсюда навсегда.
День
Тело почти не дрожало, и дыхание выровнялось. Только плохо вымытая в реке рапира напоминала ему о дуэли. Арман на неё не смотрел.
Солнце поднималось вверх, постепенно теряя свои багровые тона. Кровавый рассвет закончился. Начинался обычный летний день.