Чтение онлайн

А может, дело в красном сухом? Главное, не переборщить. На крайний случай сдамся властям и найду другой способ. Старик Сэйдж как-то сказал, что капитан Шассерфи ко мне неравнодушен. И как это я не углядела? Видимо, моя обида настолько сильна, что я и не заметила как он на меня смотрит. Значит, сдамся капитану, в его крепкие объятья. Придется использовать женские чары.

Примерно через полчаса из чащи показались двое всадников. Вероятно, смена караула.

Пора.

Уверенность уже была готова уступить тревоге. Но, несколько раз вдохнув и выдохнув, я собралась с мыслями и поспешила в пещеру.

Благо шум воды и звуки леса скрыли мою неуклюжую поступь. Да и гвардейцы вели себя расслабленно, покуривая папиросы в ожидании своих ребят. В моем распоряжении всего пара минут – подловить момент, когда те выйдут из-за водопада и перекинутся парой фраз с коллегами.

Все произошло как в тумане – адреналин подскочил, горло обожгло желчью; ладони вспотели и затряслись. Вот я уже в пещере, подсвеченной костровыми чашами; вижу огромные ворота, оплетенные лозами и цветами. Вокруг никого. Подбегаю ближе, достаю ключ и…

Нет!

У Врат нет замка. Нет замка – нет ключа…

– Стоять! Не двигаться! – зычно крикнул стражник.

Обреченно вздохнув, я медленно повернулась и подняла руки. Но от зачитываемого приговора грудь сжало раскаленным обручем:

– Именем Его Величества короля Стефана II Тадеуша Биствиллаха властителя Пяти королевств, согласно закону, принятому достопочтенным Советом Пяти, всякий, кто незаконно попытается покинуть земли Пентамерона, должен быть казнен на месте, без суда и разбирательств. Ваше последнее слово?

Двое крепких фейри схватили меня за плечи, точно сжав в тугие кандалы.

– Что?! Да пошли вы все!*

И перед тем, как у горла сверкнуло острие меча, среди шума воды послышались ржание коня и стук копыт.

Сегодня в театре «Женни» аншлаг. В партере суетились разодетые фейри, лорды и леди; в оркестровой яме музыканты настраивали инструменты. За кулисами кипела жизнь: танцоры разогревались, подготавливали костюмы, наносили последние штрихи грима. Художники по свету и декораторы проверяли тросы и крепления.

Театр в неоготическом стиле распахнул двери для гостей, грозно возвышаясь на центральной пьяцце, напротив Собора де Санти Нарраторе. Королевская карета последней подъехала к пандусу с другой стороны здания.

Капитан Шассерфи, ранее отдав приказ отгонять от театра любого, кто покажется подозрительным, бдительно следил за каждым прохожими. Хотя стоит отдать королю Стефану должное – на него не покушались реже, чем на ныне покойную королеву Летицию.

– Капитан Шассерфи, добрый вечер.

– Леди Грано, – улыбнулся Лассен, отвесив приветственный поклон. – Прелестно выглядите.

Цеццолла ничуть не изменилась с их последней встречи: все те же сияющие здоровым блеском каштановые волосы, острые скулы, гетерохромные глаза, тонкая талия и хрупкие плечи.

– Благодарю, вы тоже. – Повисла неловкая пауза, которую сложно было чем-то заполнить. – Я… я хотела лично вас поздравить с праздником. Хотя… с чем тут поздравлять… Простите. Я говорю глупость. Аделард де Валуа ваш дед и…

– Вам не стоит извиняться. И благодарю, леди Грано, – холодно отчеканил он, не стирая с лица вежливую улыбку.

Леди Грано удручающе прикусила губу, нервно разглаживая струящуюся ткань длинных рукавов. Капитан же представлял собой саму невозмутимость.

– Цеццолла, дорогая, – весело протянул принц Дориан, едва сойдя с кареты. – Прекрасна как всегда!

– Ваше Высочество.

Леди присела в глубоком реверансе, но принц придержал ее за локоть. В глазах, подведенных сурьмой, вовсю плясали искорки от всех сортов вин, что Дориан успел «продегустировать» по дороге в театр.

– Полно, милая. Что ты как неродная!

Ощутив амбре перегара вокруг принца, Лассен тут же бросил:

– Вы даже не стали дожидаться антракта, мой принц?

– Ты же знаешь, Лассен, это традиция – на представлении я отсыпаюсь на пять фогхармов вперед до следующей постановки, – ответил Дориан и протянул руку Цеццолле: – Позвольте вас сопроводить, чтобы вы не отвлекали своей красотой угрюмого бывшего. А где ваши чудесные сестрички?

Леди Цеццолла не смела отказать принцу. Она бросила через плечо взгляд на капитана, который сконцентрировал все внимание на пьяцце перед зданием.

Все лорды с семьями уже заняли свои места, расположившись в украшенных ложах, из которых открывался хороший обзор. Общество плаща и толпилось в партере и не смело присесть. Под приветственные рукоплескания на сцену вышел разодетый владелец театра и глубоко поклонился.

– Лорды и миледи, уважаемые гости, я – Фабьен Амати, приветствую вас в театре «Женни». Для нас огромная честь видеть каждого из вас. Балет «Лебединое озеро» восславит последнего – ныне покойного – потомка королевства Трепьюмэ Аделарда де Валуа! Да упокоят Сказители его душу!

– Да опишут Сказители его путь, – хором ответили зрители, почтительно кивнув.

– Леди и джентльмены, милорды, поприветствуем и склоним головы перед Его Величеством королем Стефаном Тадеушем Биствиллахом, властителем Пяти королевств и кронпринцем Дорианом О’Флаэрти Биствиллахом.

Гости повернулись лицом к королевскому ложу и поклонились. Согнувшийся режиссер Амати застыл, украдкой поглядывая на монарха. Король и принц одарили склонившуюся толпу покровительственным взглядом и кивнули.

Режиссер выпрямился. Свет погас и под аккомпанемент рукоплескания зрителей вышел дирижер. И стоило его палочке закружиться, как магия музыки заискрила в воздухе – заиграли первые аккорды.

Дориан привалился к стеганной спинке кресла и удобно устроился для привычной спячки.

– Велия, дорогая, разбудишь, когда насмотришься на писюны в колготках и начнется антракт.

Король Стефан недовольно скривил губы, но фаворитка поспешила накрыть его ладонь своей и подарить примирительную улыбку.