Чтение онлайн

– Наш пленник работает на летунов. Твою ж мать!
– Мальвен остановилась, - Нужно срочно сообщить в столицу. Чешуйчатые... похоже нам совсем не друзья.

– А летуны? Ты выпустишь их гулять?

– Это не слишком хорошая идея.

– Ты ведь обещала. Как же воспитание? Без прогулок у них точно начнутся проблемы со здоровьем. Кнааркша вряд ли отправлял другие послания после нападения. Он сделал это сейчас, потому как знал, что за ним вскоре придут. Жест отчаяния.

– Мы не можем знать этого наверняка. Риск слишком велик.

– Допрашивать чешуйчатого будет сложно, - добавил Эймвир, - Он тертый ублюдок. Два года среди неприятеля и не выдал себя... Сдается, единственный верный выход - перевезти летунов куда-нибудь далеко отсюда.

– Да. Вот только с этим есть небольшие трудности... Место, где мы находимся, выбирали и готовили больше десяти лет! Кнааркша уже исполнил свою роль. Пусть и не добился того, что планировал.

Мальвен пообещала Мирель, что вскоре вернется, и троица покинула подземелье. Они направились в кабинет чешуйчатого.

Помещение лекаря летунов было небольшим, всего три на три метра, и не выглядело захламленным, несмотря на внушительное количество вещей. Кнааркша образцово следил за порядком. Стол, кресло, настенная полка, тумба без единой пылинки, вычищенный до блеска аппарат для варки настоек и выставленные одна к другой по размеру колбы - глядя на все это трудно было представить, что владелец кабинета окажется засланным шпионом-извращенцем.

Мальвен подошла к столу и бесцеремонно вытащила из него все полки, бросив их на пол.

– Гойнер, проведай нашего предателя... Поможешь мне, Эймвир?

– Здесь много вещей. Неплохо бы взять кого-нибудь в помощь.

– Действительно. Погоди, Гойнер. Позовешь Молдера?

– Да.

– И передай эльфам, что у нас объявился шпион. Пусть готовятся к гостям. И еще... нужно отправить посыльного... в столицу, - она открыла тумбу и посмотрела на Гойнера, - Хотя погоди! Пока не отправляй.

Аббат поклонился и вышел.

– Не представляю, что нам теперь делать. Император будет весьма недоволен сложившейся ситуацией.

– Недоволен?
– Эймвир усмехнулся, - Ты шутишь?

– К сожалению, да. Кого-то точно ждет виселица. Ты-то можешь не бояться, я скажу за тебя слово, если оно будет что-то стоить перед казнью. Да и вряд ли они лишат Мирель нового Наставника.

Эймвир с задумчивым видом сел в кресло.

– Раз уж мы заговорили о таких печальных вещах, может расскажешь, кто ты?

– Какая тебе разница?

– Никогда еще не встречал таких интересных и серьёзных женщин. Я удивлен. По-хорошему удивлен... Нет, неправильно. Восхищен - вот что подходит больше.

– Я угробила все. Я не оправдала той ответственности, которую на меня возложили. Чему тут можно восхищаться?.. А, поняла, ты пытаешься так утешить меня?
– она посмотрела ему в глаза, - Нет? Поверь мне. Оно того не стоит.

– Ты была в Отряде?

– Да. Когда-то.

– С кем?

– Уибрин. Уибрин Эсорри и пятеро охотников.

Эймвир сглотнул.

– Господи помилуй их души...

– Кейнерт сожрал печень Уибрина у меня на глазах после того, как шайка его выродков всех перебила. Они оставили мне жизнь чтобы поиздеваться... и изучить, как устроено мое тело. Видимо, раньше они не встречали женщин-охотников.

– Они что, пытались тебя...

– Нет. Слава Богу, летунам мы не по вкусу, - она невесело усмехнулась, - История Мирель тронула меня не поэтому. Слышал о банде Черного Барсука?

– Они промышляли на дорогах южнее столицы.

– Верно. Моя семья перебиралась в столицу из южной деревушки, название которой вряд ли тебе о чем-то скажет. Нам повезло встретиться с тем Барсуком.

Ошеломленный, Эймвир принялся раскладывать вещи.

– Взрослых убили, а мне тогда было тринадцать лет. Понимаешь?

– Насколько могу. Не представляю, через что ты прошла. Знаю лишь, что Черный Барсук был очень жестоким. Его не зря прилюдно кастрировали, а затем четвертовали.

– Они «веселились» со мной каждый день два месяца подряд. Несколько раз я пыталась убить себя, но они вмешивались и все становилось еще хуже. Однажды мне удалось крикнуть в удачный момент. Банду повязали, а меня отправили в монастырь. Столичный монастырь при Коллегии. Там-то меня увидел господин Коргвин и взял под крыло. Я училась, проводила время в хорошей компании и постепенно отстранилась от того, что произошло. А затем... Коргвин решил отправить меня в Отряд. Ведь, как он говорил, я была "весьма боевая и смелая", - она вздохнула, - Кейнерт жрал Уибрина на первом же моем боевом выходе. Дальше рассказывать?

Эймвир раскладывал книги на столе, перелистывая каждую из них в надежде увидеть меж страниц что-нибудь интересное.

– Это Коргвин назначил тебя сюда?

– Сначала монастырем Арбиен занимался сам Коргвин. Он бывал здесь очень часто и брал меня с собой. Общение с эльфами вновь помогло мне прийти в норму. Увидев, как я веду себя с эльфами, он решил оставить монастырь на меня. Никто из здешних не был против...
– перебирая содержимое тумбы, она замерла, - Знаешь, после гибели Отряда у меня не появилось страха, как у тебя. Я не чувствовала страха даже в тот самый момент, когда Кейнерт с искренним сожалением смотрел мне в глаза, облизывая свежую человеческую кровь со своих губ. Я лишь хотела, чтобы все это поскорее закончилось. Хотела сдохнуть. Но он... оставил меня в живых. Кейнерт тогда сказал лишь одно слово: живи - и все кончилось. Меня отпустили.

Вояка замер, уставившись на неё, как завороженный.

– Теперь меня постоянно преследует навязчивая мысль. Знаешь, какая?

Эймвир отрицательно мотнул головой.

– Кейнерт отпустил меня не просто так. Он сделал это для чего-то. Во имя чего-то внушительного, масштабного. Я видела это в его взгляде тогда. Никто еще не смотрел на меня так… - она невольно поежилась, - Я смотрела в его глаза и чувствовала, что моя жизнь нужна этому миру. После той встречи я мыслю о смерти не как о избавлении, а как о досадной помехе. Не знаю, как он это сделал, но он дал мне волю к жизни. Волшебник херов.

Эймвир дрожащими руками положил последнюю книгу. Он вспомнил, как говорил сегодня с Мирель о Господе-спасителе. Кейнерт стал им для Мальвен.

– Досадной помехе к чему? Что ты хочешь сделать? Убить Кейнерта?

– Нет. Я не хочу его смерти… Моя мечта другая. И ей больше не суждено сбыться, - она уставилась на дверь, - Подслушивать нехорошо, мальчишка.

Молдер вошел с виноватым видом.

– Гойнер сказал, что Вам нужна помощь.

– Осмотри верхнюю полку. Ищи какие-нибудь подозрительные записки, недавно сделанные пометки мелким, неразборчивым почерком, тряпки.