Порождение зла
Шрифт:
— Ее никто не заберет, пока она находится в стенах академии, — возразил директор, — не стоит разводить панику, Рональд. Присядь, успокойся.
Профессор астрономии послушался и сел обратно. Его влажные глаза уставилась на директора.
— Что мне делать?
— Ничего, — произнес директор, — пока продолжай с помощью заклятья скрывать ее истинный цвет глаз. А потом уже посмотрим, что будет.
— Вы сказали, что ее сила будет расти, — голос профессора задрожал, — таких, как она, называют приспешниками тьмы, предвестниками беды и отпрысками дьявола. Называют злом во плоти!
— Но мы с тобой знаем, что это не так. Она не зло и не дитя дьявола. Она амур с вышей силой.
— Да, но об этом знаем только мы с вами, — напомнил Балуен, — они считают ее злом. И рано или поздно о ней узнают. — Балуен в отчаянии закрыл руками лицо. — Что тогда? Ее казнят, убьют?!
— Нет, все будет хорошо, — мягко возразил директор, — мы будем скрывать Изабель до тех пор, пока сможем.
После разговора с директором и рекомендаций, как можно продлить заклятье, Рональд Балуен вышел из кабинета.
Гереил Лайран тяжело вздохнул. Однажды семнадцать лет назад он совершил самую большую ошибку в жизни — бездействовал. Из-за его нерешительности случилось то, что случилось. Он чувствовал свою вину в происшествии, потому что считал, что должен был любой ценой вмешаться и остановить людей, введенных в заблуждение. Должен был ценой своего директорского места, ценой своего ранга могущественного мага и ценой положения в обществе остановить смерть. Ценой всего, но он должен был остановить.
Однако в этот раз он поклялся себе, что не позволит ничему страшному случиться с Изабель. С маленькой совершенно невиновной, но невероятно особенной девочкой.
Он потянулся к письму с печатью ордена «Страж». Сломал печать, раскрыл письмо и быстро прошелся глазами по содержанию. Его лицо хмурилось, на лбу выступали глубокие морщинки.
Он бросил письмо на стол и, откинувшись на спинку стула, принялся размышлять. Присутствие здесь члена ордена может все испортить. Если орден узнает об Изабель, то ее заберут… и избавят мир от потенциальной угрозы могущественного зла. Доказать им обратное, то, что маленькая девочка вовсе не приспешник дьявола, а высший амур — будет невозможно.
Но отклонить просьбу ордена Гереил Лайран не мог. Если он это сделает, положение академии усугубится. Орден нагрянет с проверками, и отказать им директор будет не в силах.
Гереил решил согласиться на то, что предложил орден в письме. По крайней мере присутствие одного члена ордена в академии в разы безопаснее нежели всего ордена.
Но с чего все началось? Откуда взялось столько проблем?
Все из-за гостей. Джон и его друзья до добра не доведут, создают одни проблемы для всей академии. А через два дня состоится Великий турнир двух академий. И все обязано пройти гладко.
Глава 52
Хозяйственное помещение в Лунной академии находилось на первом этаже. Кухня, как помнила Иола, была широким пространством, где трудились до десяти человек. Именно там приготавливали завтраки, обеды и ужины для студентов академии. А ели студенты в отдельном большом зале, в первом корпусе. Высокие двери перед учащимися наконец приоткрылись, когда пробили колокола в высокой башне, находящейся на территории академии. На пороге зала Иола и Леонат встретили остальных.
— Впервые буду есть в академии, не как студент, — заметил Леонат.
— Здесь всегда такая вкусная и разнообразная еда! — провизжала Амелия от радостного предвкушения.
Они прошли внутрь, затерявшись в толпе юных ребят. В громадном зале стояли три длинных стола. Раньше было всего два, но видимо из-за прибывших студентов из Солнечной академии пришлось устроить дополнительное место. Зал был заполнен. Столько людей, пожалуй, Иоле давненько не доводилось видеть.
Джон приметил четыре свободных места близко к входу. Там они и уселись.
На столе из темного дерева было обилие различной еды от необыкновенных салатов до жаркого с картофелем и прочими овощами. Перед каждым учащимся стояли тарелки и лежали приборы, все из серебра. Иола не дотягивалась до жареной курицы, и ей помог Джон. Он положил аппетитную с золотистой корочкой ножку ей на тарелку и добавил к ней желтую ману. Иола поблагодарила его и приступила к еде. Курочка оказалась приготовлена очень даже неплохо, как и желтая крупа, которая получается рассыпчатой, только если правильно приготовлена и вовремя снята с очага.
Леонат налетел на картофельный пирог, Амелия же — с удовольствием поедала салат, вилкой выковыривая из нее дольки ненавистного лука.
— Ну что? — спросила Амелия с полным ртом. — Что будем делать после обеда?
— У нас с Иолой будет отдельное дело, — сказал Джон, посмотрев на Иолу, — постараемся вернуть ей некоторые воспоминания из детства. А вы займетесь библиотекой академии. Может, еще что-то сможете отыскать.
Иола подумала, что это будет хороший шанс для Леоната. Они будут в библиотеке одни, им никто не помешает, и Леонат сможет признаться в чувствах. Как бы прочитав мысли Иолы, на нее исподлобья через оправу круглых очков поглядел Леонат. Иола сомневалась, что признание Леоната приведет к хорошему исходу. Но ей казалось, что, для того чтобы Леонат не прожил всю жизнь в ожидании ответных чувств, ему нужно знать истину. Что Амелии он нравится только как друг.
В зале было шумно и светло. С высокого потолка свисали огромные хрустальные паникадилы с множеством горящих свечей и красивыми висюльками, поблескивая при свете выразительным сиянием. На возвышенности в дальнем углу стоял длинный стол для директора и учителей. Рядом с Гереилом Лайраном сидел завуч, с которым он переговаривался о чем-то. Завучем был мужчина средних лет, на голове с выступающей лысиной держалась маленькая конусообразная шапочка. Его глубоко посаженные глаза болотного цвета выглядели чересчур серьезными и даже немного устрашающими. Иола его не знала, наверное, он недавно приехал в академию.
В зал кто-то вошел. Иола повернула голову, и глаза ее расширились при виде Изабель. Она не отводила взгляда от девочки в зеленом платье и в неизменных красных ботинках. Изабель, словно почувствовала это пристальное внимание и, проходя мимо Иолы, посмотрела на нее. Они встретились взглядами. Иола внимательно вглядывалась в ее карие глаза, которые в Святилище были совершенно другого цвета. Красного! Но теперь нет. Как Изабель скрывает цвет глаз и знает ли об этих выходках глава магической академии? Осведомлен ли Гереил Лайран, что в его академии высший амур?