Чтение онлайн

Он одарил улыбкой свою невесту, полностью обойдя вниманием Нэда Сибери.

Они миновали пустую гостиную, залитую светом, который проникал сквозь лишенные гардин окна. Стены комнаты были ободраны до штукатурки, на голых дубовых досках пола тут и там валялись инструменты обойщиков.

– Рад, что вам всё нравится, ваша светлость, – пробурчал Армистед. – Но вот что я вам скажу – я бы в жизни этот дом не купил, если бы знал, что тут столько работы, да ещё и с такими расценками за покраску и штукатурку, как у вас в Англии! В Перу я бы нанял дюжину индейцев из любой деревни…

– Папа, прошу тебя! – Сиси взяла отца под руку. – Ты же сам сказал, что цена тебя не волнует.

В ответ Армистед издал невнятное ворчание, но взгляд, брошенный им на дочь, вызвал в воображении образ менгира из Стоунхенджа, который внезапно шепнул «Я люблю тебя» на ухо ребенку.

– Как только я переступила порог этого дома, – выдохнула Сиси, снова поворачиваясь к гостям, – я ощутила вибрации давно прошедших дней, давних воспоминаний, которые доносились до меня сквозь бездну времени подобно едва слышной песне, и я поняла, что не смогу жить в другом месте!

Снег, темнота, молитвы на латыни… Отчаявшийся пленник во власти могущественной и безжалостной женщины… «Совсем как в тех книгах, которые она хранит в своей комнате», – подумала Лидия, идя вслед за всеми по коридору. Как в «Камилле», «Кристабель» и «Безжалостной красавице [12] ».

Идущий перед ней Колвич развёл руки в выразительном жесте, рассказывая угрюмому миллионеру о духовных слияниях и потусторонних связях, которые он испытал – конечно же, благодаря наставлениям доктора Миллуорда, – на спиритических сеансах в «нашем шотландском замке». Лидия решила, что он увлечен ничуть не меньше своей невесты.

– Я хочу обставить нашу спальню средневековой мебелью и украсить гобеленами, как в старые времена…

Она словно умоляла обмануть её готическими тенями и «вибрациями» из прошлого.

Сидя за накрытым белоснежной скатертью столиком с фарфоровой чашечкой остывающего кофе, Лидия повертела в пальцах свисающую с ожерелья русалку. И почему бы служащему банка «Барклайс» не поверить в зов фей, древних богов и духов земли, или что там ещё ему внушил Симон, заполнивший сны Роллстона видениями и знамениями? Тайные практики и эстетические воззрения… Загадочная женщина в зелёном, её шею украшает ожерелье, которое он уже видел во сне…

Его с позором выгонят с работы, стоит только кому-нибудь узнать, что он разболтал информацию о чужом вкладе.

Лидия содрогнулась. Если она расскажет ему правду и отошлёт его прочь, Миранда может погибнуть. Она закрыла глаза, не зная, кого ненавидит сильнее – дона Симона или себя.

– Мне это не нравится, – Серафина Беллуэзер подсела к Лидии, пока молодёжь обменивалась возгласами за превосходным столом эпохи Регентства, накрытым к завтраку посреди столовой с затянутыми парусиной стенами. – Да, в один прекрасный день Колвич станет графом, но если бы у меня была дочь, я бы ни за что не пожелала видеть её замужем за молодым человеком с такой репутацией.

Она бросила многозначительный взгляд на Нэда Сибери, который все утро безуспешно пытался остаться наедине с его светлостью. После того, как Колвич внезапно отбыл («знаете, встреча с семейным поверенным…»), смуглый эромен лишь мрачно взирал на Сиси поверх столового серебра и яркого рокингемского фарфора.

– Даже если не обращать внимания на… гм… то, что о нём говорят, его светлость, насколько мне известно, провёл немало времени в Париже, куда отправился изучать искусство – но зачем молодому мужчине его положения изучать искусство? Скорее уж, его привлекут раздетые гризетки, но на них вполне можно посмотреть и дома… Так вот, насколько мне известно, он связался с ужасной компанией, пристрастился к опиуму и участвовал в сборищах дьяволопоклонников. Боюсь, он дурно повлияет на мисс Армистед.

Лидия вспомнила флакон лауданума, спрятанный в глубине шкафа Сиси Армистед, и бутылку абсента.

Она подумала, что лорд Колвич не проявляет ни одного из симптомов употребления опиума, которые она хорошо узнала за несколько месяцев работы в благотворительной больнице. Всё утро он оживленно болтал со своим будущим тестем о качестве печати различных изданий «Гипнэротомахии Полифила» и посылал воздушные поцелуи Сиси.

Оказавшись в роли хозяина, Армистед ворчливо отвечал на щебетание дочери, в основном о стоимости приобретённых Вандербильтами и Белмонтами библий Гутенберга и первых фолио Шекспира, а сидевшая с другой стороны от него Эмили шумно восторгалась «готическими тенями» особняка.

– Уверена, что здесь водятся привидения, – вздохнула Джулия Твайт. – Я очень чувствительна к вибрациям и ощущаю их в старых костях этого дома.

Интересно, Сиси понимает, что Загорец хочет превратить её в вампира? Иными словами, хочет убить её?

Или ей всё равно?

Что он рассказал ей о бытии вампиром? Возможно, она считает, что убивать не обязательно? Достаточно лишь взять немного крови, как он берёт у неё? И жить вечно… с ним.

Она верит, что они смогут предаться любви, совсем как в её мечтах?

Когда она узнает правду, будет уже слишком поздно.

Неудивительно, что птенцы ненавидят своих создателей.

Её обоняния коснулся кислый запах давно не чищенной шерстяной ткани и грязного белья, лившийся из больших окон свет померк, и, подняв голову, Лидия увидела рядом со своим столиком мужчину. Он был довольно высоким и сутулым, не слишком бледным и не смуглым; в руках он держал цилиндр, ранее прикрывавший сальные волосы и начинающуюся лысину на лбу. Она не могла разглядеть его лицо, но всё же заметила светлые глаза с тёмными кругами от недосыпа. Запах одежды и тела он попытался замаскировать лавровишневой водой, и результат получился тошнотворным.

Лидия положила на стол кофейную ложечку.

– Прошу вас, мистер Роллстон, садитесь.

Вместо этого он упал на колени, взял её руку – и поцеловал. Сидевшие за соседним столиком леди Джиллингем и миссис Тайлер-Стрэчли – приятельницы её тёти Гарриет – прекратили сплетничать и уставились на них.

Тимоти Роллстон прошептал:

– Госпожа, – после чего, хвала всевышнему, занял второй стул. Даже без очков Лидия видела, как он пожирает её взглядом и то и дело обращает взор к эмалевой русалке на драгоценной изумрудной цепочке.

Симон, за это я сама вгоню вам кол в сердце…

– Жду ваших приказов.

Может быть, начнем с ВАННЫ?

– Что вам известно? – неделя в обществе Сесилии Армистед помогла ей выбрать правильный тон. Готические вибрации. Безжалостная красавица.

– Что вы нуждаетесь во мне.

Лидия коснулась губ указательным пальцем:

– Вы осознаёте, что вам не обязательно понимать, почему мы просим вас об услуге? – про себя она подумала, что это «мы» оказалось к месту.

– Осознаю, – он склонил голову. – Но я благодарен вам. Благодарен от всего сердца.