Чтение онлайн

– Да вы прямо Дэвид Коперфильд [161] какой-то, – оценил смекалку ректора Порри.

– Все прошло как по маслу, – продолжил Бубльгум. – Правда, пришлось пожертвовать Рукой, чтобы удержать мисс Пейджер и мистера Аесли от физического нападения на голографическую картинку. И рискнуть, самолично сняв с поста ментодеров.

– А где Черная Рука? – спохватился Порри. – Профессор Лужж, вы ее не уничтожили? Она ни в чем не виновата, это ведь просто биоробот!

Югорус с сомнением покачал головой, но все-таки протянул руку (свою) и извлек Руку (черную) откуда-то из Астрала. Рука слабо трепыхалась.

Гаттер схватил черную конечность и выдернул анализатор голоса. Рука обмякла.

– Э-э-э… Место! – скомандовал Порри.

Черная Рука послушно забралась к мальчику за пазуху и затихла. Бубльгум вяло проводил взглядом подручного-перебежчика.

– Неплохо, – хмыкнул Браунинг. – Но продолжим. Вы сняли ментодеров…

– …и запустил в зал Руку. После эпохальной битвы мистера Гаттера с виртуальным Мордевольтом от улик остались только осколки, а путь к сокровищам В.В. был открыт. Я снова был в потайной комнате. Передо мной лежали сотни Труб – одноразовых, многоразовых, с оптическими прицелами, с глушителями, без отдачи… Оставалось только взять одну из них, выйти и обезмудлить себя за счет первого встречного мага.

– И в этот момент профессор Лужж вернул Философа на место! – всплеснула руками Мергиона.

– Да, – сказал Бубльгум. – Я оказался замурованным.

– Так вот где ты, гад, проторчал две недели! – довольно произнесла вернувшаяся МакКанарейкл.

– Так вот почему я не мог его найти! – воскликнул Югорус. – Через магическое уплотнение вокруг комнаты он, конечно, не прощупывался!

– Как же вы выбрались? – спросил Браунинг.

– Там была боковая дверь, – сказал Бубльгум. – А на ней кодовый замок. И я начал подбирать код.

Бубльгум замолчал.

– Сколько ячеек было в коде? – заинтересовался Порри.

– Четыре: от нуля до десяти каждая.

– О! – сказал Гаттер. – Десять тысяч комбинаций.

– Я не мог позвать на помощь, – глухо говорил ректор. – Я не мог сделать ничего. Я сидел у двери и час за часом, день за днем подбирал шифр. Дверь оставалась запертой. Моя ненависть к резвящемуся снаружи волшебному миру росла с каждым холостым щелчком. В отчаянии я даже несколько раз застрелился из Труб. Без какого-либо результата. Я перерыл всю комнату в надежде найти клочок бумаги с кодом. И нашел конспект Мордевольта. Он назывался «Как одним махом замудлить сто тысяч магов». Когда дверь, наконец, открылась, у меня уже был великолепный план. И великолепный потайной ход, который вел из комнаты под Каменным Философом – еще один сюрприз от Мордевольта! – прямо в мой кабинет.

– После этого, – криво усмехнулся Бубльгум, – подбить министерство на проведение Великого Противостояния магов и мудлов, загрузить Лужжа постройкой Арены и убедить мальчика принять участие в турнире было делом нескольких правильно сказанных фраз. У меня появилось время на сбор восьмисотствольной крутящейся Зенитки Мордевольта, у домовых – на выкапывание западни с качелями. Все получилось, как я и задумывал. Все. Все! Мне надо было просто стать возле Каменного Философа и дождаться, пока победитель ступит на зачетное поле. Я оказался бы ближайшим мудлом возле действующих труб, и вся магия стадиона досталась бы мне! И тут! И тут появился ты, Гаттер!

– Кажется, заклинание опять истощилось, – озабоченно сказал Лужж. – Сейчас я…

– Спасибо, Югорус, уже не надо, – ответил отец Браунинг. – Картина ясна.

– Профессор Бубльгум! – не утерпел Порри. – А какой там все-таки был код?

Лицо ректора скривилось. Казалось, он сейчас заплачет:

– 0000.

– Ну, если это все, что может поведать Великий Маг, – ехидно сказала МакКанарейкл, – то у нас есть отличный повод заняться «традиционным бессмысленным времяпровождением».

– Веселитесь-веселитесь, – произнес Бубльгум. – Теперь на вашей улице праздник. Как раз и шуты балаганные прилетели.

– В смысле? – не понял Браунинг.

– Да вон, – бывший ректор кивнул на окно, – летающая тарелка.

Все присутствующие, кроме связанных ментодеров, разом повернулись к окну.

– Да нет там никакой… – начал Лужж, но осекся. – А где Бубльгум [162] ?

– Сбежал, – констатировал очевидное Развнедел. – Через свой ход. Теперь лови его. А я с обеда не жрамши.

– Найдется, – махнула рукой МакКанарейкл, – куда он денется. Югорус, поставьте, пожалуйста, мудлонепроницаемый щит вокруг Первертса.

– И вокруг столовой! – предложил Развнедел. – Есть захочет – завтра же объявится.

Но лжеволшебник объявился куда раньше.

Профессура не успела еще как следует посовещаться (Порри вспомнил о гномьем референдуме), как стены кабинета задрожали, пошли мелкими трещинами и… рассыпались в мелкий щебень.

– Эти гномы, – возмутился Лужж, откашливаясь от поднятой пыли, – добрались уже и до главного корпуса! Какого Мордевольта! У них ведь должен был быть выходной!

– Не-а! – донеслось из пылевого облака. – Мы сегодня сверхурочно!

– Дождик-дождик-кап-кап-кап! – прочла пылеприбивочное заклинание мисс Сьюзан, и воздух вновь стал прозрачным.

Все стены и перегородки между прилегающими к кабинету ректора классами и коридорами превратились в кучки обломков, на которых сгрудились несколько сотен освобожденных домовых, заключенных в маленькие зеленоватые сферы. В руках у них светились фиолетовыми огоньками малокалиберные Трубы Мордевольта.

Вперед выступил Долдон, заметно отъевшийся за последние месяцы.

– Ну что, господа бывшие, – произнес лжегном, – кончилось ваше время? Вот ужо поболтаетесь вы у меня на фонарных столбах!

– Завтра поговорим, – проворчал Югорус и небрежным жестом наслал на наглеца Сонное заклинание: – Спать-спать-по-палатам!

Заклятье гулко ударилось о мерцающую оболочку предводителя бунтовщиков и отскочило в сторону.

– Индивидуальные сферы Фигвамера, – прокомментировал ситуацию завхоз. – Армейского образца. Пришли на склад одновременно с приказом о мобилизации, а неделю назад я их выдал под расписку.

– Кому? – спросил Порри, хотя уже догадывался об ответе.

– Ректору, – ответил Клинч и цветисто выругался.

– Наш человек! – восхитился предводитель строителей. – Так, что у нас тут по списку? Завхоза можно не обезмаживать, мочить сразу. Профессуру сначала обезмаживаем, а потом мочим. Вон того пацана не обезмаживаем и не мочим, а ведем к главному. Поехали!

И зарвавшийся самозванец взмахнул рукой.

Сразу три боевых заклинания Щас-как-дам-больно! ударили по сфере Долдона. Оболочка заскрежетала и лопнула. А через секунду беззащитного главаря домовых прихлопнуло четвертое боевое заклинание Вот-тебе!