Чтение онлайн

– А меня за кого же он принимает?
– перебил ее Звонарев.

– За моего возлюбленного...

– И вы этим, конечно, весьма польщены?

– Польщена! Да мне стоит лишь пальцем пошевельнуть, как у моих ног будут полковники, если не генералы!

– Вроде Костенко!

Варя захохотала.

– Ох, уморил! Крестный в роли донжуана!

За обедом чинно сидели вдвоем. Афанасий подавал, Варя разливала суп, а Звонарев уплетал все за обе щеки. В дверь постучали. Варя сорвалась с места и побежала открывать.

– Кондратенко!
– через минуту влетела она обратно.
– Вас спрашивает!

Прапорщик поспешил навстречу генералу.

– Прошу прощенья за беспокойство, - извинился генерал.
– Я хотел вам указать место для установок минных аппаратов. Заехал на Саперную, и мне указали ваше местопребывание.

– Может быть. Роман Исидорович, между делом вы отобедаете с нами? предложила Варя.

– Не откажусь, проголодался сегодня основательно, да, кроме того, обед у вас, наверно, очень вкусный, недаром же вы дочка Марии Фоминичны - великой мастерицы по кулинарной части.

Генерал отдал должное всем блюдам, чем очень обрадовал Варю.

– Я и не знал, что у вас в Новом городе такая хорошенькая квартирка, Сергей Владимирович, - заметил он.

Варя вспыхнула.

– Это не его, это одного морского офицера, который живет на Ляотешане, сбивчиво объясняла она, поняв свое неловкое положение.

– Не беспокойтесь, я не выдам вашего секрета Марии Фоминичне. К тому же Сергей Владимирович известен нам всем своим скромным поведением, - улыбнулся генерал и начал прощаться.

– Вы куда поедете?
– справилась Варя.

– В Старый город. Хочу повидать Василия Федоровича.

– И я отправлюсь с вами домой, - попросила девушка.

– А Сергей Владимирович останется здесь?
– спросил Кондратенко.

– Он уже поел, и больше ему тут делать нечего.

Пусть отправляется на позиции, - сурово проговорила девушка.

– Там сегодня неспокойно.

– Будьте осмотрительны, Сергей Владимирович, - уже мягче, но все же в наставительном тоне предупредила Варя.

– Слушаюсь, ваше превосходительство!
– шутливо вытянулся Звонарев.

На Саперной прапорщика уже поджидали матросы с Буториным. Вместе с утесовцами они отправились на Высокую, где надо было установить два миномета. Гора являлась тактическим ключом всего Западного фронта, так как господствовала над всеми укреплениями этого района. С нее открывался вид на Старый и Новый город, гавань со стоящей в ней эскадрой, и, заняв ее, японцы получили бы прекрасный наблюдательный пункт для своей осадкой артиллерии.

Это поставило бы под угрозу расстрела все русские суда, а также тылы крепости. Руководители обороны и осаждающие одинаково понимали значение Высокой и готовы были сражаться за нее до последней возможности.

В мирное время на Высокой горе совершенно не имелось оборонительных сооружений, только после начала войны на ней были устроены два ряда полевых окопов с проволочными заграждениями и открыто установлены шестидюймовые крепостные и другие пушки. Но уже во время августовских штурмов пушки, засыпаемые неприятельскими снарядами, не смогли действовать. Поэтому Кондратенко решил теперь усилить оборону горы двумя минометами.

Прибыв в штаб Ирмана, Звонарев попросил дать ему подробные указания о месте расстановки минометов.

– Вы решили вместо артиллерии заняться минным делом?
– иронически спросил Ирман.

– Я это делаю по личному распоряжению генерала Кондратенко.

– Подпоручик Гаев, проводите прапорщика на гору. Пусть договорится относительно минометов с капитаном Стемпковским, - распорядился Ирман.

На вершину горы вела крутая и плохо разделанная дорога. В темноте Звонарев и его спутники то и дело спотыкались о неровности, встречавшиеся на пути.

– Почти два месяца занимаем здесь позиции, а инженеры никак не могут удосужиться улучшить сообщение, - возмущался Гаев.

Коменданта горы нашли в прочном блиндаже из десятивершковых бревен. Он прежде всего предложил им выпить и закусить. От выпивки Звонарев категорически отказался и настоял на немедленном начале работ. Стемпковский, не желая расставаться с бутылкой, послал вместо себя с прапорщиком молоденького подпоручика Яковлева. Гаев из любопытства последовал за ними.

Вершину горы составляли две расположенные рядом сопки с небольшой ложбиной между ними.

Направленный в сторону противника склон был настолько крут, что давал возможность далеко забрасывать мины. Здесь и решено было установить один из минометов.

– С фронта позиция труднодоступна, - пояснил Яковлев, - зато благодаря наличию больших мертвых пространств она легко обходится с флангов. В целях улучшения их обороны мы заложили там фугасы.

В окопах правой сопки оказалась рота Квантунского флотского экипажа.

Среди матросов нашлось несколько минеров, которые вызвались помочь в работе.

Вскоре доложили, что на гору поднимаются телеги с минометами. Прошло добрых четверть часа, пока наконец они добрались до вершины. Артиллеристы с любопытством осматривали привезенное. Блохин попробовал даже приподнять за дуло один из аппаратов.

– Детские пушчонки, вашбродь!
– презрительно оценил он.
– Далече с такого орудия не пальнешь!

Зато мины вызвали его восхищение.

– Неужто она вся до краев полна пироксилином?
– недоверчиво осведомился он, похлопывая по корпусу почти саженной мины.

– На три четверти. В хвосте для веса насыпан песок, - пояснил Буторин.

Ярцев с Юркиным занялись проводкой телефона от блиндажа коменданта к минометной позиции. Около полуночи к месту работ подошли Стемпковский вместе с лейтенантом Гурским, который хромал и опирался на палку.

– Водопроводный редут взят, Кумирненский чуть дышит, но и его уже обходят с обоих флангов, - сообщил он.

– А минометы?
– спросил Звонарев.

– Два разбила артиллерия, один мы сами взорвали, один попал в лапы японцам.