Чтение онлайн

– И что ты об этом думаешь?
– поинтересовалась я у Этны, которая сидела тихо-тихо.
– Стоит ли ей верить? С одной стороны, причин нет. С другой... ведь это она начала разговор о камнях.

Вот то-то и оно... чувствовала я, надо было ограничиться товаром попроще, но... эксперименты - удовольствие дорогое.

Как бы не выяснилось, что чересчур дорогое.

Я дошла до галереи на втором этаже, когда услышала тихий шелестящий звук.

– Я не понимаю, что за представление ты затеял, дорогой, но...
– голос Ирмы доносился откуда-то сбоку. И я спешно прижалась к стене, активируя камень. Энергии в амулете осталось изрядно, да и пополнялась она легко при нынешней-то плотности силового поля, но все равно сердечко застучало. Подслушивать нехорошо, однако весьма полезно.
– ...надеюсь, что ты знаешь, что делаешь.

Они стояли ниже.

На первом ярусе.

И второй, сложенный из тонкого песчаника, не был преградой для голоса. Или дело не в камне, а в том везении, которое судят боги?

– Потерпи. Осталось недолго...

Мар.

И в голосе его такая нежность, что треклятое неспокойное сердце обмирает. Я впилась в запястье зубами. Боль - хорошее средство от опасной любви. Главное, что действенное.

– Конечно, дорогой. Я потерплю, но Его величество... ты же понимаешь, что подобные предложения бывают раз в жизни...

– Мама...

– Я знаю, ты у меня самостоятельный и в советах не нуждаешься, - мне показалось, или в голосе промелькнула легкая насмешка.
– Но послушай хоть раз в жизни престарелую свою матушку. Не дразни их. Ты можешь быть трижды полезен короне и Островам, но... оскорбления не простят. А сестра короля никогда не станет третьей женой.

Сестра?

У нашего короля четыре сестры. Три, сколь знаю, замужем, а четвертая... выходит, Мару предложили руку юной принцессы, а он согласился, потому как эйта Ирма права: от подобных предложений не отказываются. В свете сказанного... камни камнями, а развод ему куда нужнее, чем мне.

Или не развод?

Я тихонько отступила.

– Тебе дали время решить проблему, но оно на исходе. Да и мальчишка стал совершенно невыносим.

– Ты про которого?

– Про твоего сына, если это вообще твой сын.

Шаг.

И еще шаг.

Прижаться к стене. Стена неровная, и кажется, что дом сам подталкивает меня в спину. Он верен хозяевам, а я...

– Мама, ты же знаешь, я проверял...

– Знаю, естественно, только... он все равно не похож на тебя.

– Зато вылитая копия прадеда, если верить портретам...

– Это и странно. А еще он был редкостной сволочью, - поделилась эйта Ирма.
– Никогда меня не любил... знаешь, мне кажется, проживи он чуть дольше, и меня бы не стало, да...

Вздох.

Скрип половиц. И мысли, мысли... вдовцом быть выгоднее, нежели разведенным. Нет, все поймут... не понимали, когда Мар противился разводу, цепляясь за нелепые отношения с простолюдинкой. А развод... развод - это разумно.

Смерть - прилично.

И кажется... кажется, Мар неспроста позволял убивать тех девушек... ведь если жертв станет немного больше...

– Его невозможно контролировать, особенно теперь... я не знаю, где он нашел нож, мне казалось, я решила эту проблему...

– Как?

– Выкинула. В море.

– Мама!

– Что? Эта вещь сводила меня с ума...

...а рыжего сделают виноватым. Или преступником? В любом случае, посмертно. И конечно, будет расследование. И несчастный вдовец, который горе свое изживет в работе... это романтично и практично, что редко бывает...

– ...я видела его... я слышала его голос... голос твоего прадеда... он смеялся надо мной. Называл бестолковым найденышем... слабенькой девочкой, которая ни на что не способна... которую только и можно использовать, что на развод. Да и то, не факт, что потомство будет удачным.

Надо же, какие откровения.

– Мама, он давно умер...

– Умер, - эхом отозвалась эйта Ирма.
– Конечно, умер... по-другому быть и не могло... никто не боится целителей, а тем более таких слабых.

Слабых?

Мне казалось, слабых эйт не бывает.

– ...но он возвращался... снова и снова... снова и...

Резкий звук пощечины заставил меня вздрогнуть.

– Эта вещь была... опасна. Она свела с ума и твоего отца... а дед и без того был достаточно безумен. Возомнил себя великим некромантом, хотя дара в нем... нет, от нее давно следовало избавиться.

– Следовало, но в море...

– Я... не знаю. Я просто в какой-то момент оказалась на берегу, - голос эйты Ирмы слегка подрагивал, выдавая волнение.
– Я стояла и смотрела на волны. Стояла и... думала о том, до чего замечательно будет броситься в них. Всего-то и нужно, что сделать шаг. Один-единственный шаг, и я обрету покой. Мое тело разобьется о камни, а волны смоют кровь. Я до сих пор помню то чувство восторга и предвкушения, понимание, что ничего более чудесного со мной не произойдет... никогда больше не произойдет. И я едва не шагнула, да... не знаю, каким чудом удержалась. Я разжала руку и позволила клинку упасть. Я подумала, что он тоже понравится морю... он не должен был вернуться.

– Но вернулся.

...а ее он тоже приговорит? Матушку, которая знает слишком много? Или... во всем важна умеренность. Две супруги и сестра, потерявшая границы, позорящая канцлера своим поведением. Этого более чем достаточно.

– Мы не позволим ему?
– шепотом поинтересовалась я, а Этна заскрежетала.

– Это ничего не меняет, - жестко произнес Мар. И мы поверили: есть нож или нет, это ничего не меняет. Для него. А для нас?

– Мальчишку нельзя трогать...

– Мама...

– Ты не понимаешь. На нем благословение богов! И если с ним что-то случится, то... гнев Джара...

– Боги, если когда-то и существовали, то давно уже покинули мир живых. Да и... матушка, я не собираюсь трогать мальчишку. Соблюсти условия можно по-разному.

То есть, условия все же были?

Логично.

Это ведь не брак по большой и чистой любви, это очередная сделка. А сделки должны быть выгодны. И дети от первого брака здесь помеха.

...Руту не убьют.

Это как-то чересчур. Отправят в подходящий пансионат, а там выдадут замуж, вероятно, с выгодой. С Йонасом сложнее. Объявят сумасшедшим? Запрут в доме призрения?

Мерзко.

Мальчишка, конечно, весьма специфического толку.

– Травы на него почти не действуют.

– А увеличить концентрацию?

– Опасно, - голос стал глуше, и я спустила Этну с рук. Запись она вела, только... что мне с ней делать-то? Королю жаловаться, как понимаю, бессмысленно. Он или в курсе авантюры, или просто готов закрыть глаза на некоторые, скажем так, непредвиденные сложности.
– Сердце может не выдержать... да и разум... он и без того нестабилен.

– И что?