Чтение онлайн

— Там поглядим, как получится. Пока мы ещё не знаем, как перебросить сюда людей из нашего времени.

— А сколько там ваших? — спросил Аристотель.

— Около десяти миллиардов. Сидят под землёй и ждут от нас вестей, — сказала Кэти.

— Десять миллиардов!!! — воскликнул мудрец с широко раскрытыми глазами и опять присел на тумбу. — Десять миллиардов…, — уже тихо произнёс он и снова обхватил голову руками.

— Кэти, ты не устала? — спросил я, вспомнив о её положении. — Пойди приляг там вот, за ширмочкой. — Пойди, пойди, отдохни. Тебе нельзя переутомляться, — сказал я ей негромко с улыбкой на лице, обнимая за плечи и направляя к ложу в углу комнаты.

— Говард, срок пока только один день — я ещё не ощущаю ничего такого, — сказала шёпотом Кэти, но всё же послушно пошла к ложу.

— Ребят, я пока пойду на террасу, поговорю с дедушкой Аристотелем, а вы сходите на вечеринку, пообщайтесь там с местными людьми и войдите к ним в доверие. Разузнайте, как бы они отнеслись к тому, что «боги» спустятся к ним на землю вместе со своими приближёнными и начнут жить с ними бок о бок. Только прошу аккуратнее — их умы ещё не готовы знать правду о нас. Видите, как мудреца ошарашило? А он своих современников на много столетий опережает, — сказал я.

Все посмотрели на поникшего Аристотеля.

— Не смотрите вы так на меня, — вдруг воспрянул мудрец и встал. — Я вас не выдам. Ваше присутствие здесь для меня имеет научный интерес, а наука мне дороже, чем жизнь! Поступайте, как считаете должным, а я вам помогу.

— Хорошо, мудрец, нам понадобится твоя помощь, — сказал я. — Поговорим на террасе, чтобы не мешать отдыхающим.

Мишель осталась с Беном отдыхать в палатах, Кэти заснула в углу на ложе, а остальные ребята пошли на вечеринку. Я же с Аристотелем вышел на террасу.

— На каком механизме вы прибыли сюда? — уже спокойно спрашивал меня Аристотель.

— Мы перемещаемся на межзвёздном корабле в поисках планет с идеальными условиями для жизни, так как на Земле в наше время случилась катастрофа.

— Катастрофа?

— Да. Как бы тебе проще объяснить… Часть от солнца оторвалась и выжгла поверхность планеты, отчего она стала непригодной для жизни. Люди спаслись в специальных бункерах под землёй, а нас послали на поиски новой планеты.

— А почему корабль называется межзвёздным?

— Все звёзды, что ты видишь ночью на небе — это такие себе солнца, вокруг которых вращаются различные планеты. И среди них могут быть именно те планеты, которые пригодны для жизни.

— Планеты возле звёзд? Но мы ведь их не видим.

— Да, они очень и очень далеко. Поэтому мы и путешествуем на специальном межзвёздном корабле.

— Ну, скажи, скажи, Говард, Земля ведь круглая? Я так понимаю, что ты видел её со стороны.

— Все крупные небесные тела, в том числе и Земля, имеют сферическую форму из-за действия силы тяжести.

— Я знал! Я знал и был прав! — воскликнул радостный Аристотель. — Мои гипотезы при наблюдении солнечных и лунных затмений подтверждены!

— Ох, если бы ты знал, мудрец, в скольких гипотезах ты будешь ещё прав. Тебя будут помнить, и чтить ещё тысячи лет!

— В твоём времени обо мне знают? — спросил мудрец и задержал дыхание, ожидая ответа.

— В моём времени твои учения — обязательная школьная программа.

— Польщён, польщён, — вздохнул Аристотель. — Хоть бы хватило мне мудрости не зазнаться.

— Зазнавайся, мудрец — имеешь право, — улыбнулся я.

Пока мы прогуливались по террасе, я заметил на ночном небе большую яркую точку, которая равномерно перемещалась. Для времени, в котором мы находились, это мог быть только наш корабль. Я тоскливо посмотрел вверх и понял, что успел уже соскучиться по технологиям двадцать первого века, которые пригодились бы мне здесь.

— Аристотель, видишь, вон большая звезда по небу движется?

— Где? — прищурился он. — Глаза уже не те. Не вижу.

— Да вон же, — указал я рукой.

— О! Да! Летит звезда! — воскликнул мудрец.

— Так вот, это и есть наш межзвёздный корабль.

— Правда? Никогда ничего подобного не видел.

Аристотель опёрся на перила балкона и мечтательно смотрел на небо, немного раскрыв рот. Я тоже засмотрелся на летящую яркую точку на небе, и тогда мне пришла в голову одна мысль.

— Мудрец, мне нужна будет твоя помощь.

— Конечно, Говард, с радостью. Чем могу, тем помогу.

— Завтра к вечеру нужно доставить на какой-нибудь большой пустырь несколько дюжин бочек с горючим маслом или смолой и столько же возов тряпья. Сможешь такое организовать?

— Думаю можно. А зачем тебе это?

— Хочу, чтобы заметили с неба.

— Ага, понял. Тогда можем вместе пойти к Пифоделу и сказать, что это требуется для божественного обряда. Думаю, он выдаст нам всё необходимое.

— Ты точно гений, мудрец! Так и сделаем. Сейчас сразу же и пойдём к нему.

Наступил следующий день пребывания нашей группы в Древней Греции. Но начало дня совсем не радовало меня — сказалось большое количество выпитого вина на вечернем пиру в честь прибытия богов Олимпа. Это был первый раз, когда я попробовал алкоголь. Ещё в 2035 году всеобщим решением Представителей Верховного Совета спиртные напитки были упразднены, а на смену им пришли дофаминовые коктейли. Умеренное потребление «коктейлей счастья» не вызывало зависимости и обходилось без последствий для здоровья. Такие напитки пробуждали радость, а также чувство некой лёгкости и беззаботности. Но у некоторых людей после пары лишних стаканчиков могла возникнуть чрезмерная самоуверенность. Так случилось и с Соломоном, который трагически погиб в открытом космосе. Однако к середине двадцать первого века ещё не изобрели более безопасной замены «коктейлям счастья».

Именно в Древней Греции я впервые познал, что такое настоящее похмелье: голова моя трещала по швам, в пересохшем рту ощущался неприятный железный вкус приправленный экскрементами, а желудочно-кишечный тракт, казалось, работал в обратном направлении. В памяти моей не отложился момент отхода ко сну, но, открыв глаза утром, я не обнаружил рядом с собой Кэти.

Ох, уж эти древние греки! На вечеринке довольно пожилой для античных времён Аристотель мог дать фору любому молодому по количеству выпитого вина. Видимо, мудрец гасил стресс, полученный от упоминания, что мы пришельцы из будущего.

От воспоминаний вчерашнего дня боль в голове только усиливалась. С террасы веял лёгкий тёплый ветерок, а меня морозило, будто дул холодный бора. Но иногда моё непослушное тело резко бросало в жар. Хотелось в туалет, но каждое движение только усиливало боль в висках, поэтому я решил пока потерпеть позывы.

Остальные ребята вчера тоже хорошо повеселились и, видимо, должны были иметь состояние, подобное моему. Но кто-то рядом напевал мелодию. Это был голос Бена. Он рано слёг и не застал самого разгара вечеринки, поэтому выспался и избежал похмелья.