После дождя
Шрифт:
У восставших теперь не было ни одного шанса. Конечно, в городе ещё шли бои, но...
Мурмин покачал головой своим мыслям. Армия против сброда? Бои? Стоит ли так называть резню?
– Встаньте уже с колен,- Элетто Коринье пару раз щёлкнул пальцами, глядя чистыми глазами поверх коленопреклонённых.
Глядя на Мрачноглаза, что продолжал стоять. Он пошатывался, но его спина не согнулась.
Ну же, Баэльт, поклонись... Прояви почтение.
Однако Мрачноглаз не шевелился.
Раздались шорохи и скрипы - люди в благоговейном молчании поднимались, пялясь на короля.
Короля, о существовании которого они смутно слышали и который неожиданно нагрянул.
– Отлично держались,- кивнул король, похлопывая оказавшегося рядом стражника. Тот испуганно кивнул, а вокруг поднялся шёпоток.
Да, пожалуй, этот Элетто ещё может быть хорошим человеком...
– Ваша стойкость делает вам честь,- король оглядел ошалевшую стражу.- Этого сброда было демонски много - а вы не струсили! Такие люди мне и нужны на войне! Если бы кто- то вроде вас был со мной у Леретте, мы бы выстояли! Правильно я говорю, ребята?
Стража снова издала протяжный, мученический стон согласия.
А король снова уставился на фрески.
– Бертонелло! Подумать только!- он покачал головой и с сожалением вздохнул.- Впрочем, я вдоволь насмотрюсь на них попозже. Давайте решим все наши дела. Ведь...
Его прервал громкий деревянный стук. Мурмин, похолодев, бросил быстрый взгляд в толпу стражи, что принялась оборачиваться.
Баэльт, пошатываясь и опираясь на трость, направлялся к резному креслу.
Коринье с явным трудом оторвался от разглядывания внушительных фресок на стенах и перевёл взгляд на Мрачноглаза.
Демоны... Мурмин в последнее время неплохо поднаторел в вопросах этикета - и Баэльт сейчас нарушал его каждым своим вдохом.
Остальных из недавних защитников, кажется, волновало совсем другое - как бы напялиться на всю жизнь вперёд.
– Похоже, ты - Баэльт Эриэрн,- повышенный тон короля заставил всех замереть на месте. Да, признал нидринг, голос действительно сильный.
– Похоже на то,- полуфэйне, вяло волоча ногу, добрёл до кресла и плюхнулся в него со стоном.
На Мурмина накатило чувство приближающейся катастрофы, и он сглотнул.
Элетто слегка приподнял брови.
– Действительно похоже на то. По крайней мере, не вижу тут других одноглазых хромых. Где Эрнест?
Баэльт вздохнул, прикрывая глаза.
Кажется, ему совсем плохо.
– Мёртв,- устало выдохнул новый Торговый Судья.
– Мёртв?- брови короля поднялись ещё выше, а стража резко зароптала.
Твою ж мать...
– Да, мёртв. И перед смертью сбросил это всё на меня,- Баэльт медленно потёр глаз кулаком, а затем, напрягшись, поднялся.- Я убираюсь. Город ваш. Отказ от Торгового Права и всё такое.
Элетто, начавший было возмущённо хмуриться, удивлённо замер. Мурмин напрягся рядом.
Ещё этого не хватало - чтобы Мрачноглаз напоследок чего выкинул.
А Баэльт под перешёптывание стражи направился к выходу из зала. Подозрительно быстрыми шагами.
– Убираешься?- король пару раз глупо моргнул.- Прошу прощения?
– Ага,- равнодушно кивнул Баэльт, глядя на угрюмую гвардию перед собой.- Прикажи им пропустить меня... Пожалуйста.
Щелчок пальцами - и Мрачноглаз в чёрном уже убирается прочь, постукивая тростью.
– Просто великолепно!- Элетто резко всплеснул руками, грохотнув латными пластинами. Ропот среди стражи снова утих.- Эрнест пишет, что в городе беспорядки и просит помощи! Я прибываю сюда и нахожу тут восстание! Эрнест убит, а человек, которому он доверил подавлять восстание, убирается! И что прикажете делать мне, а?! Где Фервен?!
Мурмин почувствовал, что покрывается липким потом. Конечно, за сегодня он и так пропотел несколько десятков раз, но теперь ему было страшно.
Он никогда не умел красиво говорить. А сейчас, кажется, надо...
– Ваше... Величество,- грудь неприятно щекотало, а всё тело от страха подрагивало.- Фервен был в Медном квартале, когда восставшие воспользовались хельтом. Взрывчатый порошок.
Снова волна ропота среди стражи. Хорошо, что тут король со своими людьми. Иначе их недовольство сразу бы обрушилось на нидринга...
– Мёртв?- король развернулся к Мурмину и недоверчиво прищурился.- Фервен мёртв?
Презрительно- недоверчивая интонация заставила Мурмина покрыться потом ещё раз.
– Не могу быть уверен, Ваше Величество,- демоны, наверняка я сейчас потный, как свинья. Перед королём... Проклятье...- Но пока оттуда ни одной вести. Это всё было спланировано с самого начала, я уверен. Орлы... То есть...
– Орлы,- голос короля по воздействию можно было сравнить с ведром ледяной воды в лицо. Недоверие исчезло. Собранность и злость остались.- Орлы. Опять. Фервен... Проклятье. Вы слышали, ребята?
– Ваше Величество, сражения продолжаются, не уместнее ли...- усатый гвардеец, небрежно опираясь локтём на двуручник, был воплощением усталости.- Ну... Как бы выразиться помягче... Перестать болтать?
– Ах, Торве,- лицо короля расплылось в улыбке.- Ты всегда выражаешься так же мягко, как... В общем, мягко. Но наше дело завершено. Старый Торговый судья убит. Новый Торговый судья... Убрался. Городом займётся войско. Маршал Гроссе вполне разберётся с недобитками. Кажется, они уступают весторийцам в боевых качествах,- он поджал губу, как будто бы вспомнил что- то болезненное.- И скажи мне на милость - кто теперь будет всё это разбирать? Мне даже не отчитались, демоны раздери!
– Ранено сто тридцать человек,- слова вырвались у Мурмина быстрее, чем он смог заткнуть себя.- Тридцать пять убито во время защиты Торговых Палат, ещё сорок три - во время боёв в городе. Горожане собраны в дальних залах, почти три тысячи человек,- интересно, неужели сюда столько вмещается?..- Сокровищница в безопасности. Кажется, Котёл тоже выдержал.
– Котёл?- Элетто сморщил лоб.- Это ваша тюрьма?
– Так точно, Ваше Величество,- шея и спина нидринга сами собой слегка согнулись, сгибая его в полупоклоне.
– Это ведь ты защищал раненных, да? Как тебя зовут, нидринг?
Дрожь пробежала по телу Мурмина.
– Мурмин Хорстон, Ваше...
– Прекрати величать меня,- Элетто просто отмахнулся от него и развернулся вокруг своей оси.- Вы все - а ну расслабьтесь! Вы пережили эту бойню! Продержались! Не отказались от своего долга и не сбежали! Вы - герои!
Как по Мурмину - герои лежат мёртвыми в лазарете. Мёртвый Бродлес. Три человека. Два нидринга.
А тут- подлые крысы, удравшие с Мрачноглазом из обречённого лазарета. Уроды и трусы.