Чтение онлайн

Демоны… Мурмин в последнее время неплохо поднаторел в вопросах этикета – и Баэльт сейчас нарушал его каждым своим вдохом.

Остальных из недавних защитников, кажется, волновало совсем другое – как бы напялиться на всю жизнь вперёд.

– Похоже, ты – Баэльт Эриэрн,- повышенный тон короля заставил всех замереть на месте. Да, признал нидринг, голос действительно сильный.

– Похоже на то,- полуфэйне, вяло волоча ногу, добрёл до кресла и плюхнулся в него со стоном.

На Мурмина накатило чувство приближающейся катастрофы, и он сглотнул.

Элетто слегка приподнял брови.

– Действительно похоже на то. По крайней мере, не вижу тут других одноглазых хромых. Где Эрнест?

Баэльт вздохнул, прикрывая глаза.

Кажется, ему совсем плохо.

– Мёртв,- устало выдохнул новый Торговый Судья.

– Мёртв?- брови короля поднялись ещё выше, а стража резко зароптала.

Твою ж мать…

– Да, мёртв. И перед смертью сбросил это всё на меня,- Баэльт медленно потёр глаз кулаком, а затем, напрягшись, поднялся.- Я убираюсь. Город ваш. Отказ от Торгового Права и всё такое.

Элетто, начавший было возмущённо хмуриться, удивлённо замер. Мурмин напрягся рядом.

Ещё этого не хватало – чтобы Мрачноглаз напоследок чего выкинул.

А Баэльт под перешёптывание стражи направился к выходу из зала. Подозрительно быстрыми шагами.

– Убираешься?- король пару раз глупо моргнул.- Прошу прощения?

– Ага,- равнодушно кивнул Баэльт, глядя на угрюмую гвардию перед собой.- Прикажи им пропустить меня… Пожалуйста.

Щелчок пальцами – и Мрачноглаз в чёрном уже убирается прочь, постукивая тростью.

– Просто великолепно!- Элетто резко всплеснул руками, грохотнув латными пластинами. Ропот среди стражи снова утих.- Эрнест пишет, что в городе беспорядки и просит помощи! Я прибываю сюда и нахожу тут восстание! Эрнест убит, а человек, которому он доверил подавлять восстание, убирается! И что прикажете делать мне, а?! Где Фервен?!

Мурмин почувствовал, что покрывается липким потом. Конечно, за сегодня он и так пропотел несколько десятков раз, но теперь ему было страшно.

Он никогда не умел красиво говорить. А сейчас, кажется, надо…

– Ваше… Величество,- грудь неприятно щекотало, а всё тело от страха подрагивало.- Фервен был в Медном квартале, когда восставшие воспользовались хельтом. Взрывчатый порошок.

Снова волна ропота среди стражи. Хорошо, что тут король со своими людьми. Иначе их недовольство сразу бы обрушилось на нидринга…

– Мёртв?- король развернулся к Мурмину и недоверчиво прищурился.- Фервен мёртв?

Презрительно- недоверчивая интонация заставила Мурмина покрыться потом ещё раз.

– Не могу быть уверен, Ваше Величество,- демоны, наверняка я сейчас потный, как свинья. Перед королём… Проклятье…- Но пока оттуда ни одной вести. Это всё было спланировано с самого начала, я уверен. Орлы… То есть…

– Орлы,- голос короля по воздействию можно было сравнить с ведром ледяной воды в лицо. Недоверие исчезло. Собранность и злость остались.- Орлы. Опять. Фервен… Проклятье. Вы слышали, ребята?

– Ваше Величество, сражения продолжаются, не уместнее ли…- усатый гвардеец, небрежно опираясь локтём на двуручник, был воплощением усталости.- Ну… Как бы выразиться помягче… Перестать болтать?

– Ах, Торве,- лицо короля расплылось в улыбке.- Ты всегда выражаешься так же мягко, как… В общем, мягко. Но наше дело завершено. Старый Торговый судья убит. Новый Торговый судья… Убрался. Городом займётся войско. Маршал Гроссе вполне разберётся с недобитками. Кажется, они уступают весторийцам в боевых качествах,- он поджал губу, как будто бы вспомнил что- то болезненное.- И скажи мне на милость – кто теперь будет всё это разбирать? Мне даже не отчитались, демоны раздери!

– Ранено сто тридцать человек,- слова вырвались у Мурмина быстрее, чем он смог заткнуть себя.- Тридцать пять убито во время защиты Торговых Палат, ещё сорок три – во время боёв в городе. Горожане собраны в дальних залах, почти три тысячи человек,- интересно, неужели сюда столько вмещается?..- Сокровищница в безопасности. Кажется, Котёл тоже выдержал.

– Котёл?- Элетто сморщил лоб.- Это ваша тюрьма?

– Так точно, Ваше Величество,- шея и спина нидринга сами собой слегка согнулись, сгибая его в полупоклоне.

– Это ведь ты защищал раненных, да? Как тебя зовут, нидринг?

Дрожь пробежала по телу Мурмина.

– Мурмин Хорстон, Ваше…

– Прекрати величать меня,- Элетто просто отмахнулся от него и развернулся вокруг своей оси.- Вы все – а ну расслабьтесь! Вы пережили эту бойню! Продержались! Не отказались от своего долга и не сбежали! Вы – герои!

Как по Мурмину – герои лежат мёртвыми в лазарете. Мёртвый Бродлес. Три человека. Два нидринга.

А тут- подлые крысы, удравшие с Мрачноглазом из обречённого лазарета. Уроды и трусы.

Однако на лицах стражников начали появляться улыбки. Тусклые, болезненные – но улыбки.

– Хорстон, значит?- фамилия, вырвавшаяся из уст короля, обожгла Мурмина кипятком.- Будешь тут за главного пока, раз уж ваш хвалёный Мрачноглаз сбежал. Наведи тут порядок. А я пока пойду поговорю с раненными. Боги, тяжёлые времена так и плодят героев! Подумайте о моей армии, господа!- и он, вскинув руку в салюте, вышел прочь из Зала Совета. Его гвардия, бряцая и звеня доспехами, тут же утянулась за ним. Судя по крикам, король отдавал какие- то приказания, а стража, громыхая и пыхтя, исполняла их.

Мурмин же оторопело смотрел себе под ноги. Он? Главный? Назначил король? Обойдя Мрачноглаза?.. Что?..

Стражники начинали гудеть. Всё громче и громче, и, наконец…

– Эй! Хорстон, или как там тебя!- крикнул кто- то, и Мурмин скинул с себя оцепенение.

Думать о сложностях мира будет потом. Сейчас надо действовать.

– Чего?- рявкнул он в ответ, поднимая взгляд на не особо потрёпанную толпу усталых мужиков.

– Там сукины дети вырезают весь город! Может, сделаешь что- нибудь, а?!

Гул поднимался и поднимался, стража принялась возбуждённо галдеть.

А ведь он прав, подумал Мурмин.

– Сделаю! А вы – марш вниз! Берите горожан и бегом тушить пожары! Цепочкой от колодцев, да побыстрее, мать вашу! Поищите раненных на улицах! В домах! А ну пошли!- кажется, так Мурмин в жизни никогда не кричал. Отец учил его, что смятённому легче всего внушать криком.

И, кажется, хоть в этот раз отцовский урок принёс пользу. Толпа стражи, бурча и покрикивая, двинулась к дверям.