Чтение онлайн

А если на месте военно-буржуазного государства возникнет не диктатура пролетариата, а диктатура финансовой элиты?

4. Пролетариат побеждает в классовой борьбе не потому только, что ему "нечего терять..." (рабам тоже было нечего терять), не потому, что он объединен и организован (рабы в Риме тоже были объединены), а потому, что в его борьбе находит разрешение основное противоречие капитализма, борьба производительных сил, имеющих общественный характер, с частной формой их присвоения, т.е. частной собственностью. Государственно-монополистическая собственность диктатуры пролетариата устраняет экономические кризисы.

Но почему корпоративно-элитаристическая собственность не устраняет их?

А она их устраняет. Но только временно, пока в условиях внешней военной угрозы элита существует и правит как целое. Стоит этой внешней принудительной причине отпасть - капиталисты, составляющие большинство этой элиты, возвращаются к своей исконной форме деятельности: конкурентной борьбе каждого против всех. Правящая элита распадается, форма присвоения производительных сил опять становится частной. Как следствие, проблема кризисов вновь встает.

5. Превратиться в элиту, управляющую собственностью класса капиталистов как единым целым, для этого класса означает, строго говоря, ликвидировать самого себя – такова плата за сохранение власти. Добровольно он на это не идет - только под давлением внешней, военной угрозы.

А если эта угроза приобрела бы постоянный характер?

6. Вспомним Маркса: "Одержав победу, пролетариата никоим образом не становится абсолютной стороной общества, ибо он одерживает победу, только упраздняя самого себя и свою противоположность. С победой пролетариата исчезает как сам пролетариат, так и обусловливающая его противоположность - частная собственность". [99]

Аналогично, класс капиталистов может "победить" пролетариат, только уничтожив себя как класс - превратившись в правящую элиту.

Когда в одной из стран возникает государство диктатуры пролетариата - это и служит постоянной (и более грозной, чем военная) угрозой для класса капиталистов других стран, и создает возможность возникновения элитаризма - зеркального отражения коммунизма.

7. Ленин писал в работе "О "левом" ребячестве и о мелкобуржуазности": "...История... пошла так своеобразно, что родила к 1918 году две разрозненные половинки социализма друг подле друга... Германия и Россия воплотили в себе в 1918 году всего нагляднее материальное осуществление экономических, производственных, общественно-хозяйственных, с одной стороны, и политических условий социализма, с другой стороны".

Из этих двух половинок возникли Советский Союз - государство, первым вставшее на путь социалистического уничтожения частной собственности, и фашистская Германия - государство элитаризма.

8. В современных странах Запада, однако, по-прежнему существует развитый капиталистический уклад. Разве это не означает, что перед нами не элитаризм, а все-таки капитализм? Нет, не означает. Развитый капиталистический уклад может существовать даже при социализме:

"До сих пор сколько-нибудь путные книжки о госкапитализме писались при таких условиях и при том положении, что государственный капитализм есть капитализм. Теперь вышо иначе, и никакой Маркс и никакие марксисты не могли это предвидеть... Ведь никто не мог предвидеть того, что пролетариат достигнет власти в стране из наименее развитых и попытается сначала организовать крупное производство и распределение для крестьян, а потом, когда по условиям культурным, не осилит этой задачи, привлечет к делу капитализм. Всего этого никогда не предвидели." [100]

Формационная природа общества в целом определяется тем, какой уклад господствует над всеми прочими.

Как представляется, существует резкая недооценка опасности принятия нами предложений о быстром и радикальном сокращении стратегических ядерных вооружений (путем их взаимного согласованного уничтожения). По существу, это было бы не менее опасно для нашей страны и для человечества в целом, чем полномасштабное развертывание системы космических вооружений.

Наша политическая мощь как "сверхдержавы" основана, главным образом, на военной мощи, в то время как экономически мы представляем собой среднеразвитое государство. Конкурентоспособная часть нашей индустрии, открытая для "высокой технологии", почти целиком сосредоточена в области производства вооружений. Размывание этой основы в короткий промежуток времени неизбежно приведет нас к потере качества "сверхдержавы", а мировую систему к резкой дестабилизации.

Такое развитие событий ослабило бы позиции СССР в значительно большей степени, чем США. Механизм международного господства США - по преимуществу экономический, в меньшей степени основанный на военной мощи и политических рычагах. Реальная власть в западном мире принадлежит сегодня верхушке транснациональной финансовой элиты. В этой системе отношений ВПК отводится роль хотя и чрезвычайно важного, но подчиненного регулятора расширенного воспроизводства капитала. В частности, и программа СОИ имеет прежде всего экономическую, а уже затем - политическую и военную направленность.

Очевидно, ядерное разоружение не только желательно, но и неизбежно. Оно было и остается нашей конечной целью. Но в существующей системе международных отношений оно возможно только на таком пути, в такой социально-экономической форме, которая обеспечит постепенную трансформацию, "перекачку" нашей военной и военно-политической мощи в финансово-экономическую, превращение Советского Союза в экономическую "сверхдержаву".

На лице Проницательного читателя проступает загадочная улыбка...

– Замечательная все-таки вещь научная логика, - задумчиво говорит он.
– Очень складно все это у вас получается. Я даже, знаете ли, сам несколько увлекся. Выходит, без соблюдения всяких там условий мы и шагу-то ступить не можем в новый тип развития! Занятно... Есть только в этих рассуждениях один небольшой изъян. Оглянитесь-ка по сторонам! Мы уж полста лет живем при социализме. Ущипните меня, может быть, я брежу? Ведь вы мне доказали, как божий день, что этого быть не может. Ведь у нас и цель неконкретная, и средства не из той оперы, и субъект никудышный. А тут, как-никак, новый тип развития... В общем, слышу одно, а вижу другое.

Итак, своевременно выявленный благодаря бдительности Проницательного читателя, между теорией и жизнью предательской трещиной зазмеился