Чтение онлайн

Она сделала глубокий поклон, который выглядел почти как часть танца.

— Широсаки Юна, Кобаяси-сама. Благодарю за столь прекрасную возможность.

Изаму изучал её долго, в глазах промелькнуло что-то, что можно было назвать искренним интересом.

— Добро пожаловать, Широсаки-сан, — произнёс он наконец, слегка кивая. — Надеюсь, этот вечер подарит вам не только возможность, но и интересные впечатления.

— Благодарю, — отозвалась она так тихо, будто её голос сам собой растворился в вечернем воздухе.

Саяка проводила её взглядом, прежде чем жестом указать прислуге сопроводить к особняку. Юна направилась внутрь с той же неспешной грацией, её вовсе не заботило мнение окружающих. Абсолютно.

Когда очередная машина подъехала к воротам, Изаму слегка выпрямился. На этот раз во взгляде мелькнула тень напряжения.

— Последняя, — тихо произнёс он, не скрывая, что ждал именно её.

Саяка кивнула, глядя, как дверь машины открывается, и из неё выходит Фудзивара Акане.

Каждый шаг был плавным, как песнь, но в каждом читалась уверенность, как если бы весь мир обязан вращаться вокруг оси этой юной особы. Юката, выбранная для вечера, подчёркивала её утончённость: глубокий оттенок тёмной вишни с серебряным узором ветвей сакуры простирался от пояса до краёв рукавов. Пояс, завязанный с абсолютной точностью, был серебристо-белым, что добавляло образу мягкой строгости. Высокий хвост, украшенный единственной шпилькой с жемчужиной, покачивался при каждом шаге, как маятник, отсчитывающий мгновения до неизбежного.

Она остановилась перед Изаму, слегка наклонив голову в учтивом, но сдержанном поклоне.

— Фудзивара Акане, — голос звучал ровно, но с лёгким оттенком прохлады. — Благодарю за приглашение, Кобаяси-сама.

Изаму смотрел на неё дольше, чем на других. Во взгляде старческих глаз смешались напряжение и скрытое восхищение, будто сам не мог поверить, что она действительно здесь. Та самая девочка из средней школы. А как выросла… Настоящая красавица.

— Добро пожаловать, Фудзивара-сан, — произнёс он, наконец. Голос был в меру строг, но уважителен. — Рад видеть, что вы приняли наше приглашение.

Акане слегка приподняла подбородок, её губы тронула лёгкая, почти невидимая улыбка. Но острая, как лезвие.

— Как я могла отказать? — ответила она, а затем добавила с ядовитой сладостью: — Это ведь такой редкий случай — оказаться на «показе невест». Скажите, Кобаяси-сама, это мероприятие задумал лично Казума-сама?

Саяка, стоявшая рядом, позволила себе едва заметно хмыкнуть, но тут же вернулась к своему обычному непроницаемому выражению.

— Ваша искренность освежает, Фудзивара-сан, — заметил Изаму, улыбнувшись краем губ. — Нет. Мероприятие — моя инициатива. Прошу, проходите. Вечер только начинается. Наслаждайтесь.

— Раз инициатива ваша, тогда благодарю вас лично за приглашение. Это было неожиданно, — Акане кивнула и направилась к особняку, каждый шаг подобен мазку кисти мастера по чистому холсту — точный, уверенный, неповторимый.

Когда она скрылась, старик Изаму выдохнул и произнёс:

— Что ж, игра началась.

— Всё так, господин, — ответила Саяка. — И уверена, она станет вашим лучшим ходом.

Изаму ничего не ответил, только постучал тростью по каменной дорожке, как дирижёр, готовящийся к началу грандиозной симфонии.

…

Сад особняка Кобаяси превратили в настоящий шедевр японских сказаний. В центре возвышалась традиционная сцена из тёмного лакированного дерева, окружённая фонарями, с которых свисали бумажные подвески. Каждая из них имела иероглиф удачи, и когда ветер касался их, те начинали петь свою тихую песню.

По краям сада стояли ширмы с росписью на тему четырёх сезонов Японии. Весенние цветы сменялись летними грозами, осенние клёны уступали место зимним снегам. А над всем этим великолепием парили ветви сакуры, роняя свои лепестки, подобно благословению с небес.

Невесты начали занимать свои места на татами. Каждая старалась держать спину прямее бамбука, понимая — их оценивают даже сейчас. Между ними слышались приглушённые разговоры:

— Ямадзаки-сан, какая приятная встреча, — фыркнула Рика, намеренно садясь рядом со старой знакомой — Минако. Говорила она ровно, но явно с лёгкой насмешкой.

Бровь Минако едва заметно дрогнула, но она сохранила безупречное выражение лица.

— А, Танака-сан, как неожиданно. Я думала, после учёбы в Америке, вы предпочитаете западный стиль мероприятий.

— Уфуфуфу, — Рика склонила голову, её улыбка стала ещё шире. — А вы, как всегда, полагаете, что знаете обо мне всё. Но на самом деле, Ямадзаки-сан, вы всё так же предсказуемы.

В воздухе почувствовалось напряжение.

Минако чуть приподняла подбородок, голос остался мягким, но в словах прозвучала острота:

— Если это так, то мне жаль, что вы всё ещё тратите на меня своё внимание.

Контр-нокдаун.

Чуть дальше от них расположились Юна и Хина. Контраст между ними был разительным — как если бы луна и молния оказались рядом. Юна, сидевшая с прямой спиной, выглядела так, будто была погружена в собственные мысли. Хина же сидела напряжённо, скрестив руки на груди, взгляд скользил по остальным девушкам, будто анализировала каждую.

— Не нервничаешь? — вдруг спросила Хина, обращаясь к Юне.

Та медленно перевела на неё свой мягкий взгляд и улыбнулась.

— Нервничать? Нет, зачем? Этот вечер просто ещё один опыт.

— Тч! — Хина фыркнула, откинув голову назад. — Ты слишком спокойная. Раздражает.

— Хм… — Юна продолжала снисходительно улыбаться. — А ты слишком напряжена. Наверное, твой способ чувствовать себя сильной?

Хина прищурилась, но во взгляде промелькнуло больше уважения, чем злости.

— Ладно, Широсаки. Ты мне начинаешь нравиться.

И тут…

Акане Фудзивара приблизилась к своему месту, и все разговоры мгновенно стихли. Её появление изменило саму атмосферу в саду. Она села на татами с грацией императрицы, едва заметным движением поправив рукав юкаты. Взгляд был спокойным, но холодным, как лёд, что заставило некоторых девушек нервно отворачиваться.

Минако и Рика переглянулись, негласно обменявшись мнением.

— Кажется, — тихо пробормотала Рика. — Теперь всё станет ещё интереснее.

Минако слегка кивнула, выпрямила спину ещё сильнее:

— Не ожидала увидеть здесь Фудзивару. Однажды я проиграла ей на районных по Го. И с нетерпением жажду реванша.

Хина, отведя взгляд от Акане, коротко усмехнулась:

— Вот это я понимаю — уверенность!

Но сидевшая рядом Юна ничего ей не ответила, лишь тихо наблюдала за Акане, словно стараясь понять её. Кажется, она показалась ей более интересной, чем другие.

Сцена была готова. Сад затаил дыхание. Даже фонари, казалось, горели чуть ярче, предвкушая начало представления.