Чтение онлайн

Уже на обратном пути его застает ночной звонок.

Инга спит на заднем сиденье.

Он отвечает тихо:

— Алло.

В трубке тихое дыхание.

Как будто кто-то набирается духу заговорить. Но когда раздается голос — тихий женской голос, давно забытый, все становится на места.

— Здравствуй, Влад.

Сдавленный, отстраненный.

Она собиралась с силами, чтобы взять себя в руки.

— Соболезную, — отстраненно говорит он. — Что вы хотели?

Между ними всегда была ледяная стена. Тетку не в чем упрекнуть, все что делала — она делала хорошо.

Но этот холод, природу которого он не понимал, был всегда.

Он платил той же монетой.

— У Павла инфаркт, — так же ровно и холодно произносит она. — Теперь ты доволен?

— … Лука разгромил вчера клуб, похитил сотрудника, сегодня видел с утра запись, где угрожает его шлепнуть, Дик…

Меня будят незнакомые мужские голоса.

В окна льется свет.

Накануне вернулись поздно — я уснула в машине. Набрасываю халат и выхожу из спальни.

— Доброе утро, — при моем появлении все замолкают.

В холле Спартак и пара крепких парней. Влад одет, выбрит и пахнет парфюмом, словно давно встал.

— Ты уходишь?

— Иди сюда, — Влад отводит меня на кухню.

Я еще теплая, разморенная сном и солнечным светом. Без мыслей в голове, без боли. Так не хочется просыпаться.

— Я уезжаю по делам, с тобой останется Спартак.

— Можно с тобой? — запускаю руки под лацканы пиджака, как будто это его остановит.

— Нет.

— Что-то изменилось?

Я все еще надеюсь, что имя «Лука» было просто бредом на грани сна и реальности. Что мужчины не о нем говорили.

— Тебе лучше остаться, я еду по делам.

— Влад… — выдыхаю я.

Не знаю, что хочу сказать: не бросай меня?

— Чем быстрее я разберусь с землей и Сабуровым, тем будет лучше, — Влад целует меня в висок на прощание. — Тебе рисковать нельзя. Один раз покушались, попробуют еще. Ты дома.

Он выходит, а я прячусь обратно в спальню. Слушаю, как Спартак хозяйничает на кухне, потом стучит в дверь:

— Эй, ты есть хочешь?

Дик еще и своих приучил, что меня нужно кормить, тормошить, присматривать.

Но я уже не скована.

Думала, будет хуже.

Но то ли солнечный утренний свет вернул меня, то ли Влад.

Сумка из дома лежит на столе.

Я забрала только ноутбук, и тот не включала. Ни одного платья не взяла, ни одной вещи. Да они и так были выброшены из гардероба и валялись на кровати, полу, комками.

Лучшие платья Мелания забрала.

Забрала все украшения.

Рылась в моей косметике, белье, в моей жизни.

Видела, как меня…

Закрываю лицо со вздохом.

И раз…

Почти сразу я замолкаю.

Думаю о Владе, о том, как вчера он успокаивал меня. Когда за тебя угрожают — не так тошно жить.

Не знаю, что буду делать, если Мелания выполнит угрозу. Мои знакомые, поклонники, коллеги — все увидят, как меня насилуют вшестером…

Это все равно, что умереть заживо. Умереть социально, как минимум.

Но с другой стороны…

Здесь я в безопасности. Здесь все и так знают о моем падении, а дорога назад закрыта.

Даже если Мелания из мести разбросает запись, разве она добьется цели?

Я уже не Инга Сабурова и больше никогда ею не стану.

И из квартиры Дика не выхожу, пальцем показывать некому.

Тяжело встаю с кровати, запахнув халат. Лучше бы Влад остался. В ванной умываюсь, даже наношу на лицо крем, убираю в пучок пышные волосы.

Что они говорили про Луку?

Это имя грызет.

От него внутри все леденеет.

И раз…

Снова вспоминаю Дика.

Как целовала его в машине за слова — «моя Инга».

Да, я хочу быть его.

Понимаю, что ему не слова нужны, совсем не слова…

— Все нормально? — интересует Спартак, когда появляюсь на кухне.

С посторонним мужиком в квартире неуютно.

Он уже сварил кофе — для меня.

Сделал бутерброд с сыром и яйцом. Даже лист салата добавил. В этом было что-то женское, мужчины так не готовят. Наверное, у него девушка, которой он делал завтрак в постель и по тому же подобию Спартак приготовил его и мне.

Отвожу глаза.

Дело не в том, что стыжусь.

Просто мне неловко, что обо мне заботятся люди, которые не должны этого делать.

Он, наверное, тоже знает, что Влад вчера смотрел. Он и сам меня видел на той кровати и даже лицо потом неправильно срослось.

— У нас плохие новости, Инга. У Павла инфаркт. Он сейчас в больнице. Понимаешь, что это для нас значит?

— Что?

Про инфаркт я не знала!

— Лука возглавил группировку. Минимум, пока Павел не встанет на ноги. А если что случится — это навсегда.

Сердце начинает щемить.

За себя… За Влада.

Он же отомстит Владу! Они же ненавидят друг друга!

— Я это к тому, Инга, что тебе пока лучше дома посидеть. Я с тобой побуду.

Только в прошлый раз это не помогло. Лука увез меня силой. Вслух этого не говорю. Незачем, только Спартака колоть шпилькой, а я не привыкла так относиться к людям, которые пытаются помочь.

— Я слышала, вы говорили про Луку…

Спартак хмыкает.

— Помнишь клуб, где свадьбу праздновали? Лука его разнес вчера. Забрал сотрудника и увез.

Получается, сразу из подвала, где пытал Глеба он поехал в клуб?

Думала, он уехал с Кариной.

— Зачем?

— Ищет убийц. Думаю, поэтому. И продолжает искать. В интернете появилась запись, где он кого-то пытает.

— Даже после того, что случилось с Павлом? — не понимаю я. — Почему?

— Не знаю, — он пожимает плечами. — Так принято, Инга. У Дикановых принято мстить друг за друга. Вернее, так было.

Спартак замыкается, и я понимаю, что больше ничего не скажет.