После развода. В его плену
Шрифт:
Уверен.
Влад смотрит, как в горящих окнах мелькает силуэт.
Координатор убийства сваливает и сваливает быстро, пока его держат на мушке.
— Я тебе заплачу, — тихо произносит Влад. — Ты станешь богатым человеком.
— Заткнись и не двигайся. Я заберу пушку.
Если координатор убийства из Дубая, то и тот, кто его страхует — тоже.
Им будет не страшно его кончить.
Прямо сейчас — за то, что на них вышел. Нужно было Артема с собой взять… Да что теперь.
Тип наклоняется.
Его окатывает чужим тяжелым парфюмом. Шанс только один: когда тот вытащит оружие. Сейчас внимание сосредоточено на нем, но когда его разоружат, то внимание будет на пистолете.
Можно рискнуть уйти с линии огня, перехватить руку…
— Ого, — чужая ладонь ныряет под пиджак и вытаскивает оружие. — Хороший ствол.
Влад закрывает глаза.
Или сейчас или он труп.
В горле пересыхает.
Мышцы напружиниваются. Говорят, жизнь проносится перед глазами перед смертью, а у него в такие моменты. И не жизнь, а ошибки. Как поехал один. Как все-таки взялся за убийство Дениса, как отсидел за него… Зря. Все зря.
И дом Дикановых вспомнил.
Даже мать.
Только последним в череде картинок мелькает лицо Инги. Ее полуприкрытые, затуманенные страстью глаза и влажные губы. Темные волосы на подушке.
Как в тот момент она была прекрасна.
Колени напрягаются.
Ствол смещается на пару сантиметров от затылка, и Влад перехватывает руку. Он не думает. Полу развернувшись, оказывается лицом к лицу к напавшему и видит в его глазах страх.
Не ожидал, падла.
Не ожидал, что рискнет врукопашную!
Влад чувствует, как звереет.
Это похоже на стену из гнева и ненависти. Желание крушить все живое, ломать кости, уничтожить. Раньше не было.
Пришло после нее.
Мог бы зубами глотку перегрызть.
Он берет руку на излом. Выкладывается на сверхусилие, хотя плечо еще не окрепло. Давит с такой мощью, что кажется его рука трещит тоже, когда ломается кость противника.
Пушкой больше не воспользуется.
Влад бьет ногой в живот.
Но тот отбивает.
Опытный боец.
Быстро приходит в себя даже с переломом запястья. Бьет в лицо, и Влад от неожиданности пропускает удар. Как тараном врезал. У него нет времени, чтобы встряхнуться.
Он повторяет удар в живот, стараясь сделать это сильнее.
Мужик отлетает и роняет пушку.
Автоматически хватается за сломанное запястье.
Секунда взгляда глаза в глаза, и он исчезает в темноте.
Влад подбирает оружие.
Нужно перехватить эту тварь…
Идет к гостинице, но уже на крыльце понимает, что опоздал.
Может, потому и охранник свалил: босс был уже в безопасности.
Пошатываясь, он открывает дверь, перепугав девушку ночного администратора.
Не обращая внимания на визг, он идет по коридору. Дверь одного из номеров открыта, все разбросано…
Никого.
Не успел, сука!
От ярости бьет в стену и только теперь замечает в зеркале свое лицо: залитое кровью — при ударе ему рассекли бровь, измученное бессонницей и усталостью.
Он их упустил.
Снова тупик!
— Я вызвала полицию! — кричит девушка из коридора.
Влад оборачивается.
Она застывает, заметив оружие, которое он тут же убирает.
— Хорошо, — бросает он. — Я хочу сделать заявление.
Пытается отдышаться.
Пока едет полиция, девушка приносит ему мокрое полотенце чтобы остановить кровь. Крутится рядом, кидает сочувствующие взгляды. Влад следит за ней исподлобья, чувствует, что нравится ей.
Девки по нему всегда с ума сходили.
Кроме Инги.
Он отводит глаза.
Смотрит на часы.
Четыре.
К Инге до утра уже не попадет.
Как она там, нормально ли спит или волнуется. Перед уходом такую истерику закатила, что жалко ее…
— Хотите кофе? — предлагает администратор с улыбкой. — У нас кофемашина хорошая…
Милая девушка.
Но не Инга.
Не Инга.
Он качает головой. В дверях появляется наряд и Влад выдыхает: наконец-то! Быстрее даст показания, быстрее домой вернется!
Ее еще к врачу везти…
Этот сраный врач — а если беременна, что тогда делать?! Проблем и так столько, что не выдерживает. Не вывозит. Она тогда совсем свалится — и что дальше?
— Что произошло?
— Меня зовут Влад Диканов, — хрипло произносит он. — На мою жену совершили покушение. Отсюда только что сбежал человек, который его организовал. Он специально прибыл из Дубая. На меня напал его охранник. Я хочу дать показания.
Он надеялся, все пройдет быстро.
Но сначала снимали побои, затем пришлось с гудящей головой давать показания в отделе.
Как оказался возле отеля.
Почему заподозрил их в покушении, пришлось упомянуть Дениса, но по первости Влад сгладил углы — сказал, что кто-то пользовался картой его умершего брата и он почуял неладное. Лучше не открывать ящик Пандоры. Влад предположил, что карту украли у Дениса в попытках подобраться к нему и к Инге.
Об общаке ни слова.
О том, куда Денис влез — тоже.
Отпускают его только утром.
Он садится в машину.
Смотрит в зеркало — отек… На бровь наложили шов, но все равно стремно выглядит.
Инга испугается…
Да, Инга!
На часах — почти десять.
Столько времени его промурыжили и это только начало. Официально он еще на больничном из-за ранения, но пора давать показания по покушению.
Против Сабурова.
Закопать эту мразь, чтобы больше вылез.
Его предупредили, что ждут в отделе в ближайшее время.
Нужно позвонить, спросить, как она.
Но телефон оказывается разбитым вдребезги.
— Твою мать, — выдыхает Влад.
Подъезжает к ближайшему салону связи, но это снова время. Быстро покупает новый и звонит Спартаку.
— Дик! — от сорванного голоса товарища сердце падает. — Ты где был! Я не мог дозвониться! Инга… Она в больнице.
— Что случилось?!
— Упала в обморок. Приезжал твой дядя, она сейчас у него, тебя ищут!