Чтение онлайн

Влад Диканов

— У меня просьба, — заявляет он следователю, прежде чем войти в кабинет. — Моя супруга беременна. Помягче с ней, хорошо?

Мужчина кивает.

— Мы можем дать отсрочку, если ваша супруга плохо себя чувствует.

Он бы вообще ее не приводил.

Но с Сабуровым нужно закончить быстрее.

Он и адвокат будут рядом.

Все хорошо пройдет.

Влад оглядывается: Инга ждет на стуле в пальто, с повязанным платком, взгляд в пол. Губы такие сладкие…

Беременна…

Это расстраивает и успокаивает одновременно. Он что, боялся, что она уйдет, что он ее потеряет? Точно так же, как боялся когда-то, что сбежит с Глебом? Когда-нибудь эта птица, что стремилась к нему со сломанным крылом и искала защиты — придет в себя, и улетит.

Поймет, кто он.

Что это его брат сделал с ней такое.

Что рано или поздно — через год или два, но она расправит крылья. И не захочет быть рядом с тем, кто вечно будет напоминать об этом времени.

А ребенок…

Если это его сын — он их свяжет. Она всегда будет в нем нуждаться. Навсегда останется.

Если же беременна от Луки…

Об этом даже не хочется думать.

Чтобы сделать аборт, нужно заявление в полицию о насилии. А она сюда еле пришла.

В груди давит, он впервые думает, что пора к врачу. Последняя неделя по сердцу бьет.

Нужно сосредоточиться на деле.

Решать по одной проблеме.

Иначе не вывезет.

— Милая, пойдем, — он заводит Ингу в кабинет следователя. Говорить будет он. — Покушение на нас совершил бывший муж Инги, Эдуард Сабуров.

Следователь хмыкает.

Пока слушает, не перебивает.

Глаза становятся заинтересованными, когда Влад продолжает:

— Водитель Инги — Глеб Варнак — пришел ко мне и подтвердил, что Сабуров, действуя через него, пытался найти исполнителя убийства. Сейчас он дает показания.

— Мотивы знаете?

— Не хочет делить имущество при разводе.

Инга постепенно расслабляется.

Так боялась, но ничего страшного не случилось, и говорят с ним. Он косится на жену — беременную жену — и думает, что это правильно.

Есть какая-то мудрость в том, чтобы ограждать женщин. Их дело вынашивать, рожать и быть женами.

Их нужно защищать от мира.

После дачи показаний освобождаются к полудню.

Самое трудное позади.

Влад сажает Ингу в машину, а сам остается перетереть с адвокатом. Тот пытается раскурить на ветру сигарету:

— Мы все сделали правильно, — сигарета подпрыгивает во рту при каждом слове. — Нужно дождаться постановления на арест. Это займет время. Но процесс работает на нас.

— Что с Варнаком будет?

— Пока не знаю. Должен пойти как свидетель. Против него говорит то, что он не сообщил о покушении своевременно.

Влад кивает.

— Когда ждать ареста Сабурова?

— От многих факторов зависит, — юрист выигрывает бой с ветром и неторопливо выпускает дым. — Бюрократическая машина не быстра. Настраивайся на долгий срок. Схема такая, после предъявления обвинения Сабурову, мы подадим запрос на его арест в Дубае. Постараемся ускорить.

Да, это время, но зато запущен процесс. Рано или поздно этот урод окажется в одном из столичных СИЗО, под его контролем.

Тогда можно будет говорить на другом языке и с ним, и с семьей…

Но это месяцы.

А она беременна.

Влад смотрит на Ингу через стекло. Она в легкой дымке. Прячет нос в меховом воротнике. Такая задумчивая в последнее время, но как будто даже собралась. Стала сильнее.

За это время ребенок подрастет…

Если малыш от него — пусть рожает.

Он облизывает губы, отводит глаза.

Внутри какое-то мужское удовольствие: приятно смотреть на беременную от тебя женщину. Жаль, что раньше этого не понимал. Не думал о своей семье. И такая же ненависть, и ярость возникает при мысли, что отец не он.

Делить ее с Лукой не будет.

Инга — его жена.

И отдана была ему.

— Работайте, — на прощание бросает он и идет к машине.

Хочется побыть с ней наедине после такого трудного дня. Он сам садится за руль.

Инга даже не смотрит в его сторону.

Так и сидит, задумчивая.

— Молодец, — тихо замечает он. — Хорошо справилась.

— Я почти молчала. Все сделал ты.

Посмотри на меня!

Хочется закричать, но он молча заводит машину.

— Нам нужно переехать. Я договорился с риелтором. Посмотрим квартиру.

Она кивает.

О чем она там думает?

Изменений в поведении он ждал — все-таки беременна, такой шок.

Сам привыкнуть не может.

Но не таких.

Он ждал слез, слабости.

А она отворачивается и молчит. О чем-то думает.

— Влад, можно тебя спросить?

— Да, — он сворачивает к центру.

На просмотр он договаривался по телефону, особенно не выбирая. Главные критерии — дом не ниже бизнес-класса, большая площадь, изолированные комнаты и закрытый, охраняемый двор. Рано или поздно их снова выследят, но пока нужно оградить ее от семьи.

Инге нужно пространство.

Нужно гулять, чем-то заниматься, чтобы не киснуть дома. Но главное — безопасность.

— Какими были женщины в вашей семье?

— Женщины?

Он вспоминает мать, тетку. Сам он долго был холостым, не видел смысла связывать себя узами брака, хотя дядя и ему напоминал — как и всем периодически — нужно обзавестись семьей, жениться, завести детей. Лука встречался с дочерью юриста Павла. Но до того, как Влад сел. Думал, когда выйдет — брат уже женится, но нет, и девушку поменял. Денис вообще не думал остепеняться. Одни развлечения на уме были.

А он никого не встретил, кого бы хотел сделать женой…

Она первая.

Он косится на Ингу.

Неужели об этом думает? Примеряет на себя роль жены и матери?

— Они были разными, — наконец произносит он. — Моя мама всю жизнь прожила в родовом доме. Она была… немного не от мира сего. Тетка занималась домом, семьей, много готовила. Бабушка тоже. У нас придерживаются традиционных взглядов, женщины — это матери, жены.

— И слушаются своих мужчин?

Он пожимает плечами: