Чтение онлайн

– Конечно, - кивнул я. Я не смотрел на мокрый песок береговой линии с охотой – но это отвлекало. Я вновь думал о Люси. Думал о ней с её парнем у аптеки, думал о ней… Всё лето.

Сегодня было жарко, и я бы предпочёл рыбачить на озере, а не возиться на курорте. По крайней мере, можно забраться в озеро и охладиться, в отличие от работы на причале.

– И не забывай о том, - продолжил папа, - что сегодня причал надо сходить в клуб на двадцать семь…

– Ага.

Он на миг умолк, и я чувствовал на себе его взгляд.

– Ты думаешь, что протрезвеешь достаточно, чтобы не испортить матери день?

Я вскинул голову и посмотрел на него.

– О чём ты?

Папа покачал головой.

– Что с тобой, Бен? Злись на меня, мне плевать. Но не мучай мать. Она того не заслужила.

– Чего – того?

Он махнул рукой.

– Твоего отношения. Думаешь, ты единственный в семье, кому больно? Иисусе, хоть раз, Бен, подумай о других!

Он повернулся и зашагал вверх по склону. Он прав, я знаю. Я – эгоистичный ублюдок, стал им после смерти Трикси, но не могу с этим справиться. Не могу справиться с этим так, как они того хотят. Носить свежие цветы ей на могилу. По воскресеньям молиться за её душу. Я, дерьмо, не могу даже делать того, что делает Люси – говорит с Трикси и оставляет конфеты на могиле. Я – мудак, вот я кто.

К концу смены я подошёл к дому, где как раз сидела со стаканом молока и куском помадки Эмили. Я узнал зелёную ткань.

– Откуда у тебя это, Эмили? – спросил я.

– Люси купила. Это клён. Попробуешь?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы заставить себя ответить. Что-то внутри заныло, когда я подумал о помадке от Люси каждым субботним утром.

Я никогда не благодарил её.

В один миг я предложил Эмили, когда она расправилась с помадкой, выбросить обёртку – а вместо этого вложил её в карман и держал там, как Люси – агат.

Я так думал.

А потом отмахнулся от идеи.

– Замечательно, - прошептал я. Когда она закончит, я возьму зелёную обёртку, сомну её в кулаке и вышвырну в мусор.

В клубе на Конти Роуд, двадцать семь, в любимом мамином ресторане, как раз был ужин. Широкие окна выходили на озеро с одной стороны и на поле для гольфа с другой. Папа зарезервировал столик на берегу озера, а ещё поставил в центре его огромный букет гербер – любимых маминых цветов.

– Добро пожаловать в Клуб "Двадцать Семь", где мы единственные погружаемся в историю озера, - промолвила официантка. Мы слышали это миллион раз. Она протянула меню – тоже стандартно, пусть раз за разом брали мы одно и то же.

– Прекрасные цветы, - промолвила мама.

После того, как официантка ушла за нашим заказом, одна из владельцев, Бесс, подошла к нашему столу.

– Давно вас не видела. Как ты, дорогая? – сказала она с жалостливым выражением лица, обращаясь к маме.

Боже, даже здесь! Год прошёл – а нам некуда деться.

– Замечательно, - промолвила мама. – Мои мужчины привели меня на день рождения на ужин. Рада тебя видеть, Бесс.

Мамина тревога – сколько раз она говорила эти слова!

В субботу вечером в клубе часто ужинали – мы сюда приходили, когда были с Трикси помладше, поднимали наши бокалы с водой и с британским акцентом говорили тосты.

Пару лет назад я заметил, что столы были потёртыми, обивка липкой, а вид на озеро надоел. Магия клуба пропала. И вот так было и сегодня – мои выцветшие, печальные родители и пустое место, которое прежде занимала Трикси.

Мы заказали маме и папе фирменное блюдо, мне – просто рёбра. Трикси всегда брала фирменные креветки, приносила остатки домой и со всеми делилась.

Мама положила руки на стол и подалась вперёд.

– Как там Дана? – спросила она.

– А что? – я вскинул брови.

– Ну, - протянула мама, - она хорошая девушка, вы встречаетесь пару месяцев. Это серьёзно?

– А это важно? Как в следующем году я закончу школу, и… - я запнулся.

– А потом? – подсказывая мне, что именно они желают услышать, промолвил папа.

– Надеюсь, я пойду в колледж, и мы расстанемся, если к тому времени будем вместе. Зачем это спрашивать?

Мама вздохнула.

– Бен, мы о тебе беспокоимся, - промолвил отец.

– Вот как.

– А о чём беспокоиться? – я знал, что будет.

Мама посмотрит на папу, будто скрывая большой секрет. Или думая, что у него те же проблемы…

– Бен, у тебя тяжёлое лето, - промолвила она. – И твоя сестра умерла год назад… - она запнулась. – Мы знаем об алкоголе.

– Алкоголь, - повторил я. Посмотрел на папу, но он промолчал, перепоручая маме всю грязную работу.

– Да. И нас беспокоит, что ты пьёшь за рулём. Верно?

Хотелось солгать. Сказать, я не так глуп после того, как они уже потеряли одного ребёнка. Они не потеряют меня от чего-то столь безответственного, как пьяное вождение.

Но солгать я не смог, так что просто не ответил.

– Бен? – промолвил папа. – Мама задала тебе вопрос.

– Ну, обычно я остаюсь у Гартри, - промолвил я. Правда. Да.

– Это твой ответ? – спросил папа.

– А что относительно тех дней, когда ты у Гартри не остаёшься? – спросила мама. – Милый, нет никаких проблем, нам просто надо знать правду. Мы хотим тебе помочь. Уверены, ты можешь найти решение немного получше…

– Может быть, это было раз или два, - я выпил колу – и мне очень хотелось бы долить в неё немного виски. Я махнул рукой в сторону отца. – Вот как ты собираешься водить после этого пива?

– Не умничай, - отрезал папа. – Ты несовершеннолетний.

– Том, - мама положила руку ему на плечо. – Бенни, надо с этим бороться. Несколько дней я встать с постели не могла, так мне было печально. Я рада, что у тебя есть Гартри и рыбалка… Но некоторые твои решения…

– Хорошо. Я не буду пить за рулём, - я не сказал, что вообще не буду пить, надеялся, что этого хватит. Хотел, чтобы всё закончилось.

Мама вздохнула и посмотрела на папу ещё раз.

– Есть ещё кое-что, - промолвил отец.

Наша официантка поставила тарелки на стол, и я обрадовался, что в этом странном разговоре появился перерыв. Но что ещё они мне скажут? Я пить не брошу только от того, что они обо мне беспокоятся. И трудно поверить, какой же лицемер сейчас сидит напротив меня!

– Ну? – спросил я. Не было никакого смысла позволить этому продолжаться. Я взял одно из ребер, вдыхая приятный запах соуса барбекю.