Чтение онлайн

— Так! — андрогин положил волосатую лапу на маленькую грудь девушки. — Приступим.

Валлиса с похолодевшим от ужаса лицом наблюдала действо из другого конца операционной, где она опустилась на стул во время трансмутации андрогина, да так и осталась сидеть обессиленная, окаменевшая примерно до такой же степени, как возлежащая на столе её новая знакомая. Подруга? Самой Валлисе в это ещё не верилось, но чем-то Рада смогла покорить девушку. Что-то в её характере, в филомудрии было не от человека, не человеческое, а завораживающее, околдовывающее. Недаром же андрогин раскатал губы на знакомство с незнакомкой, то есть с кровью этой необыкновенной девушки. А может, пускай познакомится? Вдруг из этого что-нибудь да получится! Только стоит ли человека отдавать на растерзание вандалам? Пусть даже она не человек, пусть даже никогда они больше не встретятся, но добровольно и подобострастно соглашаться на кровавый пир? А почему пир? Почему кровавый? Вот недавнее происшествие в шестом бункере действительно было кровавым. Там на Раду тоже нападали. И воспользовались её же кинжалом! Как?! Ладно, всё это потом, не сейчас, не сию минуту. Какой-то внутренний голос будил сознание Валлисы, бился, как птица, в стеклянные стенки тела не находя выхода.

И всё же Валлиса очнулась. Смутно начала проясняться обстановка в операционной. Девушка, будто бы вынырнув из крещенской проруби, хватанула ртом воздух, захлебнулась и закашлялась. Но кашель вернул её к действительности. Окаменевший живой труп Рады всё ещё лежал на операционном столе, андрогин всё ещё держал лапу с кучерявыми чёрными волосами у неё на груди, всё ещё мутно-голодная слюна капала с его губ.

Значит, времени в «отключке» прошло совсем немного. Она поняла: надо что-то предпринять, иначе андрогин выпьет кровь, тогда вернуть к жизни девушку не сможет уже ни один волшебник.

— Станислав Сигизмундович, — услышала она собственный голос, как будто наблюдая себя со стороны. — А что скажет Великий Архитектор? Ведь вы не собираетесь воспользоваться этим телом без разрешения Совета?

Андрогин дёрнулся. С его клыков так же капала мутная вожделенная слюна, а волосатая лапа всё так же сжимала грудь девушки. Он, как и Валлиса, провёл в застывшем предобеденном состоянии несколько секунд, за которые его помощница смогла оправиться от бессознательного состояния. Дальше он медлить и не думал. А тут хария! [35] Которая должна на цыпочках перед начальством!.. должна пятки целовать!.. должна на пузе ползать!.. Андрогин выпрямился и посмотрел на Валлису мертвенным взглядом красных с кремнистым отблеском зрачков и зарычал.

— У-у-у, стерва. Из тебя вышла неплохая хария, но ты ведь не скажешь. Ты никому не скажешь?!

— Почему же? — усмехнулась Валлиса. — Тем более что санитары пока здесь. Не можем же мы лгать Великому Архитектору. Я знаю закон, знаю обязанности. И никогда не стану потакать вашим спазматическим вожделениям. Это не просто риск. Это значит, подставить голову под топор. А ради чего? Ради кого? Ради тебя, что ли? — Валлиса коварно перешла на пренебрежительное «ты», очень нелюбимое андрогином обращение, но употребляемое им же по отношению к подчинённым.

— Кушать захотелось? — разошлась Валлиса. — А рожа не треснет? Я сегодня же донесу о твоих проделках! И ничего ты мне не сделаешь. Просто не сумеешь!

Валлиса обладала заводным характером и безоглядно поверила, что сможет тут же заколоть проголодавшегося андрогина. Она даже безо всякой машинальности протянула руку к инструментальному столику, развернула салфетку, где лежало орудие убийства Макшерипа, и сжала в кулаке маленький тонкий стилет, снова сверкнувший под люминесцентным освещением своим четырёхгранным лезвием.

Андрогин опять зарычал. Глаза снова вспыхнули переливами разноцветных огоньков, и он стремительно вышел, почти выбежал из операционной, погромыхивая на ходу пластинчатым позвоночником, торчащим сквозь растерзанный смокинг.

Валлиса с трудом поднялась со стула. Надо было действовать, не теряя ни минуты, ни секунды, пока андрогин не передумал и не вернулся. Но где взять силы?

— Господи, помоги!.. — непроизвольно пискнула она.

Видимо, в этом женском призыве, просьбе, даже мольбе была какая-то дремлющая надежда на помощь другой — настоящей Великой Силы, которой никогда ни у кого не было, потому что из ничего не появляется НЕЧТО. Это закон природы, закон жизни. Валлиса не знала, но интуитивно верила: что невозможно человеку, возможно Богу. И надежда исполнилась из-за её веры в существование другой, настоящей силы. Она в мгновение ока почувствовала себя способной и готовой на великие дела, если такие ещё сохранились в этом подлунном мире.

— Эй! — окликнула девушка санитаров.

Те жались в другом углу. Видимо, трагикомическое зрелище трансмутации привело обоих в состояние, напоминавшее кому. Оба сидели рядышком, будто щенок и котёнок по имени «Гав» из мультика, и оба усердно боялись.

— Эй, — повторила Валлиса. — Вы оглохли?! Живо кладите пациентку на каталку и в лабораторию под колпак. Её срочно надо привести в чувство.

Санитары вяло, как загипнотизированные, подошли к столу, переложили обнажённое тело девушки на каталку и повезли в соседнее отделение, где тоже была операционная, только совсем иного типа.

Посреди залы прямо от пола начиналась огромная полусфера из прозрачного сверхпрочного сипетина. Внутри колпака можно было вызвать электрический разряд огромной силы, который стерилизовал даже воздух. Мощным пучком психонейронов можно было провести мгновенную атаку на неживой или не слишком живой организм, что возвращало к жизни совсем, казалось бы, непригодную биомассу. Это и надобно было Валлисе, потому как её подопечную необходимо срочно привести в человеческое состояние. Из лаборатории и вообще из этого паучьего гнездовища пора уносить ноги. Если не удрать сейчас — не убежать никогда.

Когда санитары установили каталку внутри колпака, она отпустила их — ребятам не мешало бы прийти в себя после перенесённых и неучтённых ужастиков — а сама села за пульт управления. Аппарат долго не активизировался, как будто специально решил довести девушку до крайности. Та не заставила себя долго упрашивать. С удовольствием опускаясь в эту самую крайность и «нетерпячку» пнула туфелькой агрегатное железо в не отполированный бок. Внутри снова раздалось поскрипывание, пощёлкивание, даже глухое ворчание умного железа. По экрану монитора забегали многострадальные монстровидные синусоиды, а сверху проявилась табличка с просьбой ввести публичный пинкод. Раньше агрегат был покладистым и послушным, откуда же так не вовремя появилось введение пароля?

— Проклятье! — в сердцах ругнулась девушка. — Ещё вчера здесь не было никакого кода! Кого тут черти заносили, кто копался в программе? Что делать, что делать?..

Она вскочила, опрокинув стул, и помчалась в подсобку, где ютился электронный катализатор — прибор тысячелетней давности и ненужности при современных безотказных приборах. Безотказных? А что свершилось только-только?

Безотказных… таким мог быть только этот старинный аквариум. Валлиса давно уже хотела расстаться с ним, но жалко было. Всё-таки в любой женщине живёт «берегиня». Какой-нибудь мужик давным-давно избавился бы от прибора и посвятил освободившееся место хотя бы под ненужные запчасти. Зачем ему старинный шкап? А вот девушке допотопный аппарат сейчас пригодился. Она, пыхтя, подкатила тележку с катализатором к центральному пульту, сорвала с него крышку и принялась прикреплять десятки тонких проводочков антикварного ящика к умным непослушным центральным блокам.

С горем пополам закончив эту рутинную работу, Валлиса снова включила пульт управления, но ничего нового не произошло. Экран всё так же просил включения публичного пинкода.

— Ах ты, собака страшная, — разразилась девушка в адрес постаревшего агрегата. — Тебя точно давно пора на помойку!

Угроза подействовала. Аппарат простужено чихнул и натужно заурчал, всем своим видом показывая, мол, нечего на меня орать, мол, застудился в тёмном предбаннике, но нет ничего неизлечимого.

Урчание привело к заразной болезни, перекинувшийся на центральный компьютер: электронный центр также послушно заурчал, потом чихнул и тут же выдал на экран все введённые кем-то коды, принялся сам врубать систему в рабочее состояние, в общем, очистил себя сам, чем порадовал девушку. Вскоре центр нападения на предмет нападения был готов к нападению без каких-либо проволочек.