Чтение онлайн

– Да, по моим данным выходит, что они ровесники.

– Даже так? А это точно? Я слышал, что процедура определения возраста не безупречна.

– Вы слышали правильно. Эта процедура основана на гипотезе, что со временем кожа утрачивает свою эластичность, в ней уменьшается содержание воды и (возможно) изменяется баланс между коллагеновыми и эластическими волокнами.

– А вы, Зейн, не согласны с ней, что ли?

– Сомнительно, что таким методом возможно столь точное определение возраста. Гипотеза хороша лишь как теория, и не больше. Ну, или для различения кожи младенца и старика. Погрешность в пару десятилетий – это они считают точностью?

– Тогда какой метод применяли вы?

– Есть такое понятие, как биологический возраст.

– Биологический?

– Да, этакая характеристика физиологического состояния индивидуума. Биологический возраст может отличаться от реального. Если он меньше, то человек имеет хорошие шансы на долгожительство. И зависит он в первую очередь от наследственности и ряда побочных факторов, таких как вредные привычки, стресс и так далее. Так как вредных привычек ни за Люком, ни за принцессой не наблюдалось, стрессы я тоже исключил – оба достаточно оптимистически настроены и на вид весьма юны, то за основу взял наследственность.

– Короче говоря, по вашим данным, получилось, что биологически...

– Им по двадцать лет, Владыка.

– А это ваше определение возраста, оно точное? Нет таких же погрешностей в десятилетия, как с общепринятым методом?

– Я перепроверил результаты по содержанию в крови каротиноидов, токоферола, селена, холестерина, СТГ, ДГЭА, половых гормонов, гормонов щитовидной железы, ферментов печени, состоянию иммунной системы, суточной длительности сна, двигательной активности, скорости обменных процессов...

– Довольно! Линнард, вы способны утомить любого. Я всё понял.

Доктор послушно замолчал. Пауза длилась недолго.

– Значит, вы уверены, что Люк и Лея – близнецы?

– Да, Император. По моим данным выходит так.

– Интересно, – Палпатин уже отвлекся и обдумывал что-то свое. – Что ж. Полагаю, вы кругом правы, Зейн.

– Что мне делать, Повелитель? Открывать им правду?

– Ни в коем случае, – резко и безапелляционно.

– Но тут такая ситуация... молодые люди могут спутать родственные чувства, принять их за нечто большее.

Собирающийся закончить разговор Палпатин вновь заинтересовался.

– Их потянуло друг к другу?.. – скорее констатация, нежели вопрос.

– Да.

– Вряд ли это то, чего вы так боитесь, доктор. Они оба владеют Силой. В потенциале. И при общении могут непроизвольно инициировать ее. Их могла потянуть инородность.

– Этой Силы я и опасаюсь. Скрыть от них правду я не смогу. Солгать точно. А сказать все как есть – кто знает, какая реакция у них будет? Люк мне уже сломал дверь.

– Зачем? – удивился Император.

– Он был расстроен.

– Расстроен?

– Принцесса поделилась с ним весьма любопытной информацией о Главкоме.

Палпатин некоторое время молчал. Нехорошо так молчал.

– А вы не уследили, – уже не констатация, а обвинение, брошенное холодным и даже брезгливым тоном. У Линнарда от такого тона ёкнуло что-то внутри желудка, и чтобы скрыть волнение он быстро заговорил:

– Вот поэтому я не знаю, что делать дальше. Контролировать их я не могу. Я не знаю, на что могут быть способны эти : – доктор замялся, не зная, что сказать. У него чуть не вырвалось: «ситховы дети».

– Форсъюзеры не уроды, – сухо отрезал Император. – Что бы было с вашими детьми – попади они в такую же ситуацию?

– Да, не уроды. Но гарантировать вы ж не станете... к тому же, я опасаюсь за Люка.

– Вы полагаете, он может узнать о результатах?

– Он уже знает часть правды. И весьма расстроен.

Палпатин думал не больше минуты.

– Тяните время. Через пару часов буду на Девастаторе – и оборвал связь, оставив врача стоять перед пустым экраном.

– Милорд, – тихо позвала Мон, но застывший Вейдер то ли не слышал, то ли не желал реагировать.

Трель открывающихся дверей – появился Бейл Органа. Бледный.

Вейдер и теперь не отреагировал.

Мон недоумевающе смотрела на Темного Лорда. Ощущение, что ему плохо, – вылетело из головы. Ощущалось только напряжение. Воздух казался наэлектризованным. Одно слово – и полыхнет. Что еще нужно Империи от Альдераана?

Этот же вопрос тревожил Бейла и так и оставался безответным. Тишина давила.

Милорд вел себя невежливо. Но невежливость бы Органа спокойно перенес. Хуже было то, что поведение было неестественным и трудно предсказуемым, абсурдным. Словно Главком следовал противоречивым эмоциям.

В голову Мон пришла мысль, что все, что делал Вейдер сегодня, – особенно сегодня! – он делал просчитано и взвешенно. Первоначальное, кажущееся нелогичным поведение в результате получалось наиболее оптимальным. И каждое произнесенное слово не было лишним.

Что-то еще ему нужно от альдераанца. Но что? Знать бы.

Ну и денек! Скучать явно никому не приходится. Даже Главкому.

«А ведь раньше я полагала, что он бездушный и безразличный ко всему!»

«Долго будет длиться это дознание?» – с внезапной тоской и отвращением думал вице-король. – «Уж лучше б я был вместо Иблиса на том острове. Хотя мне никогда не поздно поднести бластер к виску...»

– А как же дочь? – резко прервал его размышления Темный Лорд. – Или ей тоже посоветуете выбрать бластер?

«Дочь. Лея. Так похожая на...»

– Сколько ей лет? – новый вопрос, от которого растерялись бывшие заговорщики, бывшие союзники: Мон и Бейл. Переглянулись. Ответила первая:

– Восемнадцать.

«Стандартных: восемнадцать альдераанских», – мысленно дополнил Мотму король. Пара долей секунды – но этого хватило Вейдеру уловить раздумья короля.

– Альдераанских? Кажется, ваш год длиннее общегалактического? – новый вопрос.

«Не хватало только, чтобы он узнал...» – подумал Бейл. Вейдер молчал, но мысль не продолжилась.

– Да, длиннее, – спокойно подтвердила Мон. – Но здесь сутки короче. Так что если считать в стандартных секундах, то выйдет одинаково...

– Только потому, что секунда – общегалактическая мера. А вот год каждый трактует по-своему, – выдавил вымученную улыбку Бейл.

О, это был отличный план. Все так привыкли к Имперскому летосчислению, что никому не пришло в голову проверить, прочитав маленькую сноску.