Чтение онлайн

Настроение мое сразу же портится. После всего пережитого этим утром - какие-то демоны опять!...

– А может быть, обойдемся без демонов?
– без особой надежды спрашиваю я.

– Он хороший!
– вступается за демона Ларка.
– Маленький и забавный.

– Ага, забавный!
– я пристально смотрю на Ларку.
– Нагляделся я уже на твоих "забавных"!

Ларка краснеет и отворачивается.

Мы спускаемся к реке, и я вижу неподалеку самую обыкновенную деревянную лодку. А возле нее сидит на камне самый обычный на вид человек. Только очень небольшого роста. Заметив нас, человек поднимается и начинает нас пристально рассматривать. Ростом он едва ли мне по пояс. Густая борода скрывает лицо, а глаза из-под мохнатых бровей внимательно следят за приближающимся Гилэйном.

– Мир тебе, добрый хозяин, - кланяется ему Гилэйн.

– Здорово, коль не шутишь, - басом отвечает бо-родач.

Что-то в его ответе меня настораживает. Что-то здесь не то...

– Позволь обратиться к тебе за помощью, - продолжает Гилэйн.

– Ну?
– вопросительно поднимает брови боро-дач.

– Я колдун из Криарского леса по имени Гилэйн. Это моя ученица Лариара, - Гилэйн указывает на Ларку.
– А это - наш спутник Оке.

– Очень приятно, - опять кивает бородач и солидно произносит: Тимофей Митрофанович я. Будем знакомы.

Шок, который я испытал от этих его слов, невозможно передать никакими словами. Словно пелена упала с моих глаз. Домашний Демон! Тимофей Митрофанович!!! Домовой!!!

– Откуда ты?
– выпаливаю я.

– Что значит, откуда?!
– хмурится домовой.

Гилэйн сердито оборачивается ко мне, но я не обращаю внимания на его гневный взгляд.

– Из России?
– уточняю я.

– Ага...
– растерянно бормочет домовой, вытаращившись на меня. Из-под Саратова... Батюшки!!!
– всплескивает он руками.
– Никак земляк?! Ох ты!!! Вот радость-то!!!

Гилэйн с Ларкой тоже удивленно смотрят на меня. А мне хочется хохотать от радости. Домовому, впрочем, тоже.

– Какими же судьбами?
– он трясет мою руку и прямо поедает меня взглядом.
– И сам-то ты откудова? Давно ли здесь?

– Давно, - отвечаю я.

– А чего ж имя-то у тебя?! Оке? Да?
– настораживается домовой.

– Это здесь меня так зовут, - поясняю я.
– А на Земле меня Костей звали.

– Константином, значит, - удовлетворенно произносит домовой.
– А по батюшке-то как?

– Владимирович.

– Ох, радость-то!
– улыбается домовой.
– Константин Владимирович! Как музыка! А то здесь порой такие имена встречаешь, что и произносить-то иной раз стыдно, - признается он.
– Так ты здесь живешь?

– Ну, не прямо здесь, - отвечаю я.
– На востоке, в горах.

– Дом есть?

– Нет. Пещера есть.

– Это плохо, - укоризненно качает головой Тимофей Митрофанович. Нужно в доме жить! А сюда зачем? Дело какое есть аль так просто?

– На тот берег нам нужно, - говорю я.

– Это мы мигом!
– ухмыляется домовой.
– Я и сам на том берегу обитаю. Видишь - лодка? Приятеля своего поджидаю, Генку, - пояснил Тимофей Митрофанович...

– Тоже домовой?!
– удивляюсь я

– Да вроде бы как и домовой, - неопределенно бормочет Тимофей.
– Не наш только, не русский. Зеленый весь какой-то. И имя его: Ген-Гер-Гел! Во как! Языка лишиться можно, - пожаловался он.
– Так я его Геннадием зову. Он не возражает, а мне и проще, и для слуха привычнее. Верно, Константин Владимирович? Да ты присаживайся!
– засуетился вдруг он.
– Вот, прямо в лодку и садись, на лавочку! И друзей зови!

Я перешагиваю через борт лодки и сажусь на узенькую деревянную лавку. Ларка с Гилэйном смотрят на нас разинув рот. После истории с единорогами и такого радушного приема, оказанного мне Домашним Демоном, они наверняка прониклись уверенностью, что все эти сказки о моем божественном происхождении не лишены основания Я машу им рукой, но они только опасливо переглядываются и даже не трогаются с места.

– А это кто же будет?
– Тимофей кивает на Ларку.
– Хозяйка твоя аль как?

– Спутница, - отвечаю я.

– Ага... В пещере, говоришь, живешь? И печки небось даже нету... Откуда же тут хозяйке-то взяться? Эх, Константин Владимирович! В доме жить надо! В доме! С печкой! И давно ли ты так маешься-то?

– Лет четыреста.

– Четыреста?! А не врешь?
– недоверчиво щурится домовой.
– Люди-то, поди, столько и не живут.

– Бессмертный я, Тимофей Митрофанович.

– Ну, что ж...
– понимающе кивает домовой.
– Бывает... А вот чего это сотоварищи-то твои меня побаиваются? Демоном кличут... Домашним... Какой же я демон-то?! Дедушка я, а не демон! Домовой! Темнота они, необразованные... Э-э-эх! Жаль, Константин Владимирович, что дома-то своего у тебя нету! Эх, и жаль!... Да и вообще, не по-людски здесь все как-то. Не по-людски. Я ведь на Земле-то совсем махоньким был. Вот такой вот!
– он показал пальцами.
– А здесь - вымахал! Как верста коломенская! Больше аршина! Воздух, что ли, здесь вредный?! Тебе-то здесь как? Не жутковато?

– Бывает, - признался я.

– То-то и оно!
– вздохнул домовой.
– И мне тоже... А ты, часом, не колдун ли, Константин Владимирович? А то мне здесь все больше колдуны попадаются.

– Нет, не колдун.

– Это хорошо, - ответил домовой, - А то мой прежний хозяин-то колдуном был. Ох, и натерпелся я с ним! Страсть! Уж на что я ко всякой нечисти привыкший, и то не выдержал, ушел от него, куда глаза глядят. Теперь вот в развалинах обитаю. Крепость какая-то на том берегу, там-то я и пребываю.

– Какая крепость?
– я попытался вспомнить.
– Гдан, что ли?

– А кто ж его знает?
– пожал плечами домовой.
– Названиев на ней нету. Но все ж лучше в развалинах, чем с колдуном тем. Он-то меня и забрал из деревни моей, с Земли. Я там один остался в доме. Хозяин-то мой - Алексей Петрович - спился да и помер, бедолага... А потом и колдун тот объявился. Поехали, поехали! Поехал вот! Сдуру... Тьфу!... И не рад теперь...

– Один живешь?

– Да не один, а все одно - тоска! Здесь порой такое увидишь, в Междугорье этом... Чтоб его!... На днях вот опять эти ящерицы летающие наведывались. Ну, навроде Змея Горыныча, только с одной башкой...

– Драконы?
– насторожился я.

– Ага, - кивнул домовой.
– Они самые! Только вот что мне непонятно, Константин Владимирович, - домовой понизил голос до шепота и опасливо оглянулся, словно боялся, что кто-то сможет подслушать наш разговор, Ящерины-то эти... Ненастоящие они!

– Как это - ненастоящие?!
– опешил я.
– Что-то ты не то говоришь, Тимофей Митрофанович! Ведь посевы-то они жгут? И людей, говорят, убивают! Как же так - ненастоящие?!

– Верно, верно, - досадливо поморщился домовой.
– Все так и есть, Константин Владимирович! Все верно! И убивают и жгут... Да только ненастоящие они - и все! А пакости свои чудят потому, что характер у них шкодливый!