Последний аккорд
Шрифт:
— Белль за тебя сильно переживает, — Реджина тоже на неё смотрела. — Ей с трудом удавалось не говорить о тебе.
— Да, — помрачнел он. — Я поражаюсь, как она ещё от меня не устала. Я часто даю ей повод для переживаний. Однажды её терпению наступит конец.
— Не наступит. У наших сказок нет конца, — возразила Реджина. — Но тебе всё равно стоит прекратить давать ей такой повод.
— Проще сказать, чем сделать, поэтому я завязал с громкими обещаниями.
— Обещаешь?
— Это даже не забавно, — фыркнул Румпель. — Поговорим позже?
— Разумеется.
Она театрально отошла в сторону, как бы открывая ему путь, и он, шутливо поклонившись королеве, вернулся к Белль и обнял её так, будто отсутствовал несколько дней, а не навернул всего один лишь круг по владениям Зелены. Свою сентиментальность он списал на подавленное настроение, странные докучливые разговоры и шампанское, которое всегда действовало на него не самым лучшим образом.
Через полчаса разрезали торт. И Коль, как и прочие, взяла небольшой перерыв на десерт, к которому так и не притронулась. Она очень устала, и Голд молча выразил ей своё сочувствие.
— Вы ещё долго будете играть? — осторожно поинтересовался не менее уставший Роланд.
— Уже скоро… — протянула Коль и откинулась назад, но тут же села прямо, заметив, что за их столом кое-кого не хватает. — А где Крис?
— Он был… — Голд привстал, чтобы было видно подростков, столпившихся у ивы, и не увидел их. — Я снова его потерял.
— Это не сложно, — вздохнула Белль. — Он где-то пропадает весь вечер. Не думала, что он так сильно скучает по своим одноклассникам.
— По ним или только по Эльзе, — отметил Роланд. — Я не вижу только их.
— Наверное, они где-нибудь вместе, — Белль отодвинула тарелку со своим куском торта и положила голову на руки, скрещённые на столе. — Они же большие друзья.
Голд поискал Криса взглядом и понял, что Роланд прав: многие подростки были тут, сидели в своей компании или с родителями, а Криса не было. Тогда он принялся смотреть внимательнее, ориентируясь уже на Эльзу.
Он нашёл родителей Эльзы. Эмма сидела в обнимку с Реджиной, и они тихо перешёптывались о чём-то приятном, Киллиан что-то оживлённо рассказывал Генри и Чарли, которые с невозмутимым видом расправлялись с тортом, неподалеку с отсутствующим видом развалился на стуле Лиам, и рядом с ним, такой же весёлый и жизнерадостный, расположился Лео Нолан. Дэвид и Мэри-Маргарет танцевали, составив компанию Зелене и Джастину, но большую часть присутствующих одолели лень и сытая сонливость, и многие уже собрались и ждали уйти. На мгновение Голду показалось, что он увидел Эльзу, но это была не она, и ему ничего не оставалось, кроме как признать поражение. Тяжко вздохнув, он взял из вазы одно из зелёных яблок, взвесил на ладони и откусил. Белль, Коль и Роланд посмотрели на него, как на нарушителя спокойствия, зато Дженни он вдруг стал очень интересен, как и само яблоко, которое она тут же потребовала отдать ей.
— Хочешь яблоко? — ласково спросил Румпель. — Ты его не удержишь: оно тяжёлое.
— Она просто его выбросит, — проворковал Роланд, глядя на дочь. — Да? Вот.
Он дал ей другое яблоко, и она предсказуемо его выронила, развеселилась, уткнулась Роланду в грудь и снова успокоилась.
— Мне кажется, что она устала, — заметила Коль.
— Много людей, много звуков, — отозвался Роланд. — Я удивлён, что она ещё не подняла вой.
Из дома Зелены вышли Робин и Нил с детьми, и Коль неохотно поднялась из-за стола.
— Мне пора назад на сцену, — грустно улыбнулась она и поцеловала Дженни в макушку. — Медвежонок, не поднимай вой.
Но когда она ушла, её медвежонок, казалось, совсем этого не заметил и скоро без всякого воя и писка уснул.
— Потанцуем? — предложила Белль, когда девушки снова заиграли.
— Почему нет? — легко согласился Голд и предложил ей свою руку.
Это был вялый медленный танец, и они оба отнеслись к нему, как к последнему на этом празднике, и обсудили, что было бы неплохо уйти сразу после того, как Коль закончит своё выступление.
После танца они разговорились с мистером и миссис Баумен, похвалили приготовления, обсудили успехи в прошлом самой ужасной подростковой группы.
— Вот видишь! — весело заметила Зелене Белль. — Всё прошло идеально.
— Ещё не прошло, но да, — смущённо улыбнулась ведьма. — Спасибо, что пришли.
— Ещё раз извините за то, что вас ударил, мистер Голд, — сказал Джастин. — Генри объяснил, что мне не стоит беспокоиться.
— Это верно. Беспокоиться не стоит, — согласился Голд и покосился на Генри. — Разве только о том, как он это объяснил, учитывая его шуточки.
— Вполне доходчиво и без всяких шуток.
— Рад слышать, — улыбнулся Румпель. — Поздравляю вас.
Зелена и Джастин его поблагодарили и отвлеклись на других гостей.
Голды вернулись к Роланду и взяли Дженни к себе, чтобы зять мог немного походить и размяться: он и так весь вечер был прикован к одному месту. Дженни очень скоро заметила подмену, проснулась и расхныкалась, и Голд, желая её успокоить, показал ей дождь из золотых искорок, маленький, неосязаемый, но яркий и красивый. Давным-давно он показывал такой Крису, когда тому было столько же, сколько и Джейн сейчас.
— Красиво, не правда ли? — промурлыкал Голд. — А знаешь, откуда взялось золото?
Дженни округлила свои тёмные ясные глазки и уставилась на него.
— Русалки на закате собирали его на гребне волн, когда солнце отражалось в воде.
— А я думала, золото прядут из соломы, — засмеялась Белль, которая всё это время внимательно за ними наблюдала.
— Это было задолго до того, как изобрели прядение золота из соломы, — усмехнулся Голд. — И вообще прялки.
— Ничего, — улыбнулась она. — Ей нравится версия с русалками.
— Ей просто нравились искорки, — он посмотрел на маленькое округлое личико внучки, которая уже потеряла к нему интерес, — или мой голос.
Дженни увлеклась собственными руками, а потом вернулся Роланд.
Пока не все ещё разошлись, Зелена прервала концерт и поднялась на сцену.
— Ещё раз добрый вечер! Хочу поблагодарить вас за ваши поздравления, за вашу любовь и заботу. Это много значит для меня, — громко произнесла она. — Но сейчас я поднялась на эту сцену, чтобы сделать маленькое объявление. В понедельник мы с Джастином и Тедди отправляемся в путешествие и уезжаем из Сторибрука, и спешу сообщить вам, что я не собираюсь оставлять город на произвол судьбы и, согласно уставу, назначаю себе достойного заместителя — Мэри-Маргарет Нолан. Никто не знает о ваших нуждах больше, и я уверена, что она справится с поддержанием порядка и восстановлением города.
Мэри-Маргарет поблагодарила её за доверие, и она спустилась вниз, чтобы попрощаться с Руби и Дороти. Белль и Румпель в это время беседовали с Брайантами и Розенблумами, которых наконец удалось поймать на пути в их тёмный угол.
— Мне казалось, что она назначит тебя, — сказала Белль Филиппу.
— Так бы и было, Белль, — вздохнул сэр Филипп. — Не будь моя репутация подпорчена скандальной смертью бывшего мужа моей невестки.
— Воистину в маленьких городах кипят нешуточные страсти, — отметил Чарли.