Последний аккорд
Шрифт:
Она смотрела на него внимательно, прислушивалась к каждому слову, и казалась особенно нежной и трогательной. Его дорогая, любимая Белль…
— Руперт, я тоже хочу тебя поблагодарить, — заговорила Белль через минуту, после того, как он закончил, немного смутившись в самом начале от необходимости называть его «Руперт». — Спасибо за то, что ты выбрал меня. Спасибо, что ты открыл для меня мир и помог мне осознать, кто я. Спасибо тебе за то, что ты всегда был рядом, защищал меня, заботился обо мне, терпел мои выходки и любил так, как только ты умеешь. Я могу сказать, что всё это было непросто. Непросто было пройти весь этот путь, чтобы наконец оказаться здесь. Я теряла тебя, находила, а потом снова теряла. Моё сердце разбивалось множество раз, но ты вновь и вновь собирал его, и оно становилось только сильнее. Ты — удивительный человек. Я никогда не устану тебе поражаться. И ещё я никогда не устану благодарить судьбу за нашу встречу. Я всегда любила тебя, люблю и буду любить, и бороться за то, что нам удалось построить. Я клянусь, что чтобы ты ни делал, и какое бы решение ты ни принял, это останется неизменным. И я буду с тобой до самого конца.
А после они просто обнялись, и ощущение, что они совсем одни в этом мире, только усилилось.
— Дамы и господа, спустя 28 лет я имею честь представить вам мистера и миссис Голд, — громко произнёс Альберт и первый похлопал.
Раздались сдержанные хлопки остальных, которые Голд прервал одним небрежным взмахом руки.
— Я не всё сказал, но теперь уже не буду.
— Прости, — смутился Ал. — Я знал, что всё испорчу.
— Вовсе нет! — заверила Белль и погладила его по спине. — Всё верно.
— То, что я не успел сказать, — не так уж важно, — сказал Голд и приобнял Белль, а она — его. — Есть и то, что я хотел сказать всем собравшимся сегодня в моём доме. Вон из моего дома!
Все рассмеялись.
— Я, конечно, шучу. Я, верите или нет, правда рад вам, — заверил он. — Потому что я считаю вас своими друзьями. Как бы непривычно это не было. Сегодня мы не будем говорить о делах или решать проблемы, а просто насладимся прекрасным вечером, живой музыкой и, в перспективе, отличным ужином. Сейчас я замолкаю и разрешаю вам смело грабить мой бар!
Музыканты заиграли, собравшиеся с радостью воспользовались его разрешением, а он составил в голове приблизительный план по избежанию бесед с гостями на собственном торжестве.
Вскоре Хелен «сломала лед» и первая решила потанцевать, вытащив слабо сопротивляющегося Билли на свободную часть двора. Позже к ним присоединились и другие, включая Белль, которую галантно утащил Альберт. Голд же наслаждался покоем, но совсем недолго.
— Не окажете честь? — обратилась к нему Келли.
На ней было небесно-голубое платье, гармонично сочетающееся с её белокурыми локонами. Макияж был совсем незаметный, но и само его наличие было необычным.
— О… — растерялся Голд. — Я планировал прятаться весь вечер и, когда все перестанут меня замечать, незаметно ускользнуть.
— Тут слишком много людей, которые сразу это заметят. Так что?
— Как я могу отказать?!
Голд поднялся и пошёл за ней. Во время танца он очередной раз удивился тому, какой невысокой она была и какой хрупкой казалась. Ему было немного неловко, и он не знал в точности, как ему себя вести.
— Если наступлю вам на ногу — извините, — ей не стоило об этом беспокоиться. — Я не очень хорошо танцую.
— То же могу и о себе сказать! — усмехнулся он
— Мне редко доводилось это делать.
— Твой отец не танцевал с тобой?
— Перестал, как только мне исполнилось тринадцать, — грустно сказала Келли. — Странно, но он стал говорить, что это глупости.
— Вот уж точно глупости! — ободрил её Голд.
— Да! — рассмеялась Келли и немного погодя спросила: — Вы счастливы?
— Вполне. А ты?
— Вполне. Вы сказали хорошие слова. Честные.
— Честность — моё новое кредо. Должно стать.
— У вас получится!
— Да… — вздохнул Голд. — Многие перемены только улучшают нашу жизнь.
— Вы уже не о себе, — заметила Келли.
— Быть может. Просто мы не можем знать, что ждёт нас впереди.
— Вы это про кольцо, которое Адам носит с собой, не решаясь задать мне прямой вопрос?
— Ты знаешь…
— Ну разумеется. Уверена, что это растянется ещё на год или два.
— А я думаю, что это решится до конца этого года, — не согласился он.
— Это похоже на пари.
— Но мы не будем заключать пари. Что ты ответишь?
— Думаю, это очевидно.
— Конечно, откажешься, — засмеялся Голд.
— Естественно! — поддержала Келли. — Вы меня видите насквозь.
Они ненадолго замолчали.
— Келли, будь осторожнее.
— Беспокоитесь?
— Да, — серьёзно ответил Голд. — Мне будет очень грустно, если с тобой что-то случится.
— Я всегда осторожна, — заверила Келли и насмешливо добавила: — Я вам нравлюсь?
— Определённо, ты меня забавляешь, — улыбнулся Румпель.
Танец закончился, и они подошли к Адаму.
— Возвращаю в целости и сохранности, сэр, — сказал Голд сыну.
— Премного благодарен, сэр, — кивнул Адам.
Голд оставил их вдвоём, вернулся на своё место, но задержался совсем ненадолго. Плеснув немного вина в свой бокал, Голд отправился в небольшое путешествие. Он приблизился к Крису, который пытался занять Бена и Тома. Бена прекрасно занимала портативная приставка, Том же быстро терял ко всему интерес, как и многие дети его возраста. Но кое-что его заинтересовало чуть сильнее.
— У тебя настоящие глаза? — Том явно давно хотел задать этот вопрос. — Не линзы? Мама иногда носит цветные линзы.
— Настоящие, — ответил Крис. — Не линзы.
— А как так?
— Я таким родился.
— А почему?
— Том, такие вопросы задавать невежливо, — упрекнул мальчика Роланд.
Он был поблизости, как и Голд, и также всё слышал. Он вообще старался глаз не сводить с племянника и находиться там, где того было прекрасно видно и слышно.
— Ему просто любопытно, — улыбнулся Крис. — Мне бы тоже было на его месте.
— И тётя Робин не носит линзы, — вдруг уточнил Бен. — Всё из-за магии.
— Кто сказал? — огорчился Том. — Мне мама другое говорила.
— Папа сказал, — бесстрастно бросил Бен.
— Это правда? — спросил Томми у Роланда.
— Я так скажу… — улыбнулся Роланд. — Вы оба правы.
Он солгал, и прав был, конечно, только Бен, но как любой хороший брат и дядя, он не мог позволить недоверию произрасти между его сестрой и её сыном. Роланд предложил Тому игру, посмотрел на Криса, молчаливо извиняясь за вопрос, кивнул Голду, и они вместе удалились в другой конец двора, где их ожидали Ив, Коль и Вайолет. Что-то в нём было не так, будто у него болела голова или немного развезло после выпитого, что было маловероятно: он выпил всего три бокала из вежливости. Как правило он не пил спиртного, не любил вкус и ощущения опьянения, но по случаю мог пропустить пару-тройку стаканчиков без каких-либо последствий. Для себя Голд заключил, что зять просто устал за сегодняшний день, пожал плечами и присоединился к Крису и Бену.