Последний автобус домой
Шрифт:
– Ну ладно, ладно, не переживай так, все будет в порядке, ей сейчас помогут, – успокоил ее Пол. – Может быть, вообще схватки сейчас прекратятся, и ее отпустят домой. Жаль, конечно, что она не ходила на курсы. Все говорят, они очень помогают при родах.
– Тебе-то откуда знать? – пробормотала Джой между стонами.
– Наверняка я не знаю, так просто сказал, – ответил он, подмигнув Конни, как в прежние времена, и ее словно прошибла молния. А он вежливо поинтересовался: – Дома всё в порядке?
– Да, всё прекрасно, – кивнула она, глядя мимо него.
Они подъехали к входу в родильный дом и нашли кресло-каталку. Медсестра тут же увезла Джой по коридору куда-то в недра здания.
– Я подожду, пока Денни приедет. Я обещала ему быть рядом с Джой, – сказала Конни.
– Я подожду с тобой, если хочешь, – предложил Пол.
– Да нет, не стоит, я справлюсь… Возвращайся к друзьям. Скорее всего, здесь надолго.
– Слушаюсь, доктор! – засмеялся он. – Очень может быть, что ты права, но все же дай мне потом знать, как у нее дела. Еще бы немного, и я принял бы свои первые роды. Лучше пойду-ка я домой и раскрою учебники… – Улыбнувшись ей еще раз, он помахал рукой на прощанье.
«Ну да, а я лучше посижу здесь и подумаю, что мне предстоит испытать через пять месяцев», – подумала Конни ему вслед. И зачем только она предпочла ему Марти Гормана? Купилась на красивую задницу в узких штанах, насколько ей помнится. Ну почему, почему она устраивает сумятицу на ровном месте?.. Как она может согласиться выйти замуж за Невилла?.. «Боже, ну что же делать?!»
Наступил канун Рождества. Последние ошалелые покупатели наконец расхватали свои банки со специями и готовой изюмно-миндальной начинкой для пирогов, и они могли закрыть лавку пораньше. Это Невилл догадался выставить на витрину всякие ходовые и диковинные припасы для выпечки. Этакий универсальный магазинчик для спешащих домохозяек. Остановившись за главным, они заодно покупали полезные лакомства: конфеты для диабетиков, безглютеновые сласти. В результате им удалось распродать почти весь товар, но особенной радости Невиллу это не принесло, сердце его разрывалось между роддомом, где Джой все еще никак не могла разродиться, и больницей, где Тревору Гиллигану промывали желудок.
Он ведь почувствовал, когда мать Тревора захлопнула перед ним дверь – что-то не так! В исступлении он пытался разузнать, что же все-таки происходит. Одна их постоянная покупательница, миссис Дэвидсон, как раз жила по соседству с Гиллиганами, так что Невилл бросился к ней и спросил, возможно более безмятежно:
– Вы не знаете, с Тревором и его матерью все в порядке? Я их уже несколько недель не видел. Ей снова плохо?
– Ох, что ж тут удивительного, – ответила миссис Дэвидсон. – Говорят – хотя, конечно, мне не стоит вам этого передавать, – юный Тревор пытался покончить с собой… Какие-то проблемы с полицией, – прошептала она. – Ночью приезжала «Скорая». А она ведь совсем одна, вдова! И как только он мог поступить так со своей матерью! Увезли его.
– Куда увезли? – Невилл облокотился о перила и старался сохранять непринужденность.
– В то заведение около школы Мур-бэнк, там еще решетки на окнах. Вот ведь глупый!.. Совсем молодой! Нет чтобы подумать сначала… Ведь после того как Альф погиб тогда в туман на железной дороге, у нее никого нет, кроме него! Впрочем, не должна я тут с вами ничего этого обсуждать, верно? Мне надо торопиться, завтра вся семья в гости нагрянет. – И она развернулась, унося с собой слабительные пилюли и крахмал из корней маранта. А Невилл так и остался стоять с бессмысленно вытаращенными глазами, ничего перед собою не видя. «О, Тревор, прости меня. Зачем ты это сделал? Господи, пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо!»
От страха у него ныло в желудке, но если бы он попытался навестить Тревора, лучше бы никому не стало. Он мог лишь написать ему письмо и отправить немного денег.
Да что же происходит с этим миром, если милый юноша пытается покончить с собой только потому, что он не такой, как все? «Почему такие, как я, должны непременно жениться с одной целью – угодить семье? Почему я должен становиться отцом ребенку, которого я совсем не хочу? Это несправедливо, это неправильно!.. Но Конни нужна поддержка. Какой же я все-таки гад, что на секунду решил подставить ее…»
К черту счастливое Рождество! Вот бы заснуть и проснуться, когда все будет уже позади. Ну, по крайней мере удалось оттянуть судебные слушания еще на месяц, а к тому времени он будет уже женатым мужчиной. Но от этой мысли, ах, как тягостно на душе…
Глава девятнадцатая
Обломки Рождества
Рождественский ужин в этом году планировали скромный: Сьюзан и Якоб собирались отправиться к Джой, которая родила наконец крошечную девочку, Кимберли Дон. Весила она всего четыре фунта [54] , поэтому молодую мать и младенца пока не отпускали из родильного дома, выжидая, пока малышка наберет побольше веса. Ну, а Денни, как обычно, ужинал у своей матери.
54
Два килограмма.
Эсма предлагала назвать девочку каким-нибудь рождественским именем: Кэрол, Ноэль или даже Николь. Она с облегчением вздохнула, когда ей сообщили, что с новорожденной все в порядке и что Джой тоже постепенно приходит в себя после пережитых мучений.
– Холли хорошее имя, – предложила Конни. – Или Айви…
Тут она самодовольно хмыкнула, ибо была погружена в приготовление пирога с изюмом и миндалем – впрочем, под строжайшим контролем. Должен же кто-то научить неумеху готовить!
– А теперь ее все будут звать просто Ким, – заметила бабуля без всякого энтузиазма, перекладывая пирог на тарелку и проверяя корочку. – Всегда держи наготове тарелку с пирогом. Никогда не знаешь, кто вдруг заглянет поздравить тебя с праздником.
Дом был аккуратно прибран, и Конни присела посчитать открытки. Интересно, их столько же, сколько и в прошлом году? Неприятно будет обнаружить, что их мало. Впрочем, сама-то она ничего никому не отправила.
Леви явился первым и сложил под елку какие-то свертки. Прибыл он, естественно, в одиночестве – Ширли в Саттер-Фолде не привечали.
– За твою первую правнучку! – произнес он, поднимая бокал с хересом. – Наш Невилл еще не приходил?
– Думаю, он в больнице, поехал навестить Джой. Но к рождественскому ужину он приедет, вместе с Айви и Конни, конечно. Лили и Питер собираются к Уолшам, вместе с Артуром. Нет, конечно же, это правильно – вот так взять и пойти куда-то. Но ничего, пока ты отрываешься со своей красоткой, мы им подсунем какое-нибудь слабительное. Господи, да чем же я заслужила такой позор, на старости-то лет! – вздохнула Эсма с отчаянием. – Я же совсем старухой стала тут с вами!
– Мама, но ты и в самом деле довольно уже пожилая, – поддразнил ее Леви. – Тебе ведь уже давно седьмой десяток пошел. Счастливого всем Рождества! Я надеюсь всех увидеть в день подарков [55] , приходите на чай. Айви же не засидится здесь, я надеюсь?
– Ох, Леви, лучше бы ты никогда на ней не женился, коли уж на то пошло! Развод – это ужасно. Она потребует свою долю. Она вырастила твоего ребенка, а теперь ты хочешь нас опозорить.
– Она может забрать себе дом. А у меня останется бизнес. У Ширли уютно и всегда найдется кровать для Невилла.
55
Второй день после Рождества – по церковному календарю день Святого Стефана, когда принято дарить подарки прислуге, посыльным; в церкви устанавливаются специальные ящички для пожертвований в пользу бедняков.
– Невилл и Конни будут жить с Айви. Это решено.
– Ну, тогда я не вмешиваюсь, раз вы все так продумали. Вы-то довольны! А они?
– Что ты хочешь сказать? Знаешь, не каждая семья примет падшую женщину и чужого ребенка. Мы совершаем настоящий христианский поступок для этого малыша, как мы в свое время поступили по отношению к Фредди и его маленьким ошибкам. Тебе отлично известно, что Уинстэнли держатся друг за друга. Я сколько раз тебя выгораживала!
– Хорошо, хорошо, проповедь окончена. Мне пора. Если Невилл захочет со мной поговорить, он знает, где меня найти. Всем пока, хорошо вам завтра повеселиться.