Последний автобус домой
Шрифт:
– Вы очень в себе уверены! – рыкнул на нее доктор. – За свой век я на таких, как вы, ох, насмотрелся! Ни одной не удалось поднять на ноги ребенка без поддержки семьи или молодого человека, желающего взять на себя эту ответственность. И в наше время не так-то просто попасть в ясли. – Да, как и Диана, он лихо опрокинул ушат холодной воды на ее фантазии.
Конни поднялась и направилась к выходу.
– Подождите, – остановил он ее. – Вы думали об усыновлении? О том, чтобы отдать ребенка родителям, которые в более надежной ситуации, чем вы, чтобы они смогли вырастить его должным образом?
При одном упоминании об усыновлении она вскипела:
– Нет! Я не желаю этого слышать! До этого не дойдет.
– Тогда немедленно идите позвоните матери и возвращайтесь домой, – приказным тоном повелел он.
– Моя мама умерла, и никто в моей семье не согласен принять меня. Я хочу остаться здесь и найти работу. Мне рожать еще только в мае. Я подыщу что-нибудь, – возразила она. Никто не смеет указывать, что ей делать, и в особенности какой-то чванливый докторишка, который вообще ничего о ней не знает!
– В таком случае мы найдем для вас место в приюте для незамужних матерей с маленькими детьми. Там вы родите ребенка, а потом еще раз подумаете о том, чтобы передать его в хорошую семью на усыновление. Служащие соцзащиты предложат вам разные варианты и до рождения, и уже после, – пробубнил он, бросив взгляд на часы и делая запись в медицинской карте. Выписал он ей, как и положено, витамины, препараты железа и апельсиновый сок.
Зажмурившись от яркого солнца и сжимая в руках листочки, Конни постояла при выходе на бетонных ступенях. Что такое приют для матерей с детьми? Может быть, в таком доме она сможет спокойно пересидеть какое-то время и вразумительно спланировать будущее? Только Диане надо будет сказать, где она. А та уж найдет предлог не рассказывать всем остальным, где же Конни.
Она могла бы заработать достаточно, чтобы купить коляску и всё необходимое для малыша, снять комнату; кроватка не займет много места. Наверняка где-то при фабрике есть ясли. Да, но как скопить денег? Зарплаты помощницы нянечки точно не хватит.
Может быть, в самом деле лучше сдаться сейчас? Ведь стоит ей принять какое-то решение, как тут же возникает препятствие! Ей всего восемнадцать, у нее нет никакой квалификации. Результаты экзаменов еще не получены.
Она положила руку на живот. «Нет, это именно я должна заботиться об этом еще не рожденном ребенке. Мы связаны друг с другом навсегда. Я что-нибудь придумаю для нас, не беспокойся», – прошептала она.
Потом вдруг пришло письмо от Невилла, которого она никак не ждала. Джой просила Конни приехать и стать крестной матерью для Ким – в апреле. В конверт была вложена фотография маленькой Кимберли в коляске, точная копия тети Сью в миниатюре.
И после всего, что было, Джой хочет оказать ей такую милость?
Письмо заворожило ее и взбудоражило. Джой зовет ее, как она этому рада! Но… появиться в церкви… произносить клятвы… с таким-то животом… Конни сидела, пораженная ужасом, пристыженная и парализованная, не зная, что же ей делать. Надо найти какую-то причину! Если она просто откажет, Джой подумает, что ей все равно, и это причинит ей боль.
В отчаянии она позвонила Невиллу в лавку на рынок.
– Что мне делать? – рыдала она в трубку.
– Она спросила Розу, но та далеко в море… Тетя Сью собиралась рассказать ей правду о твоем положении, но Джой не очень хорошо себя чувствует. Боюсь, она не поймет.
– Верно, она не должна ничего заподозрить. Я что-нибудь придумаю. Должен же быть какой-то выход.
На следующее утро она проснулась с отличным решением. Она воспользуется старинным рецептом самой же Джой. Конни отправилась в город, купила кое-что и с энтузиазмом написала ответ: да, сейчас она работает, помогает Диане, но с удовольствием принимает предложение стать крестной матерью Кимберли. Она вложила крошечную стальную кружечку для крестин с выгравированным на ней крольчонком и приписала, что пока заранее отправляет подарок.
В субботу накануне крещения она позвонила тете Ли, жалуясь, что ее вдруг пробрал понос и мучают рези в желудке.
– Ты ведь понимаешь, я не могу в моем положении… Скажешь им, что я подумала: разумно ли будет с моей стороны принести инфекцию маленькому ребенку? Надеюсь, они поймут.
– А как ты сама? – спросила Ли обеспокоенно.
– Ничего, справляюсь. Диана и Хейзел очень добры ко мне. Они вроде бы подыскали мне место, где жить. А как бабуля?
– Мы с ней поссорились. Она не сдастся, Конни. Как мне жаль, что я не могу тебе помочь…
– Ничего, не переживай. Я правда справляюсь. – Она уже сочинила письмо Джой и Денни, обещая приехать к ним, как только сможет. – Я отправила Ким подарок. Как они там? Все хорошо?
– Сью волнуется, – поколебавшись, ответила Ли. – Джой снова очень похудела. Денни повредил сухожилие. Его вышвырнули из первого состава и из команды тренеров. Он много пьет.
Она редко видится с Джой и малышкой в последнее время, но уверена, что, когда все уладится, Джой станет замечательной матерью, добавила она.
– Конечно, я тоже в этом уверена, – хрипло буркнула Конни, кивнув. Она успела уловить степень тревоги тети Ли. Ах, если бы можно было сейчас положить маме голову на колени, как в детстве, и рассказать ей все, про всю эту неразбериху, в которую превратилась ее жизнь. Мама ей всё простила бы, и она сейчас не неслась бы в эту пугающую неизвестность.
– Ты уверена, что с тобой все в порядке? – переспросила Ли, тоже почувствовав какое-то колебание Конни.
– Да-да, все хорошо, – солгала Конни. Всей душой она желала сейчас сесть рядом с тетей и спросить ее, что же ей делать. Как же трудно быть вдали от родных и друзей, даже не зная, будет ли ей позволено когда-нибудь к ним вернуться!
Диана, верная своему слову, нашла подходящий приют. Он оказался где-то в Йоркшире неподалеку от Сауэртуэйта – там, по всей видимости, можно было остаться надолго. Но вскоре пришел отказ: все места заняты. Так что пришлось вернуться к варианту с местным приютом. Конни переговорила с акушеркой и представителем органов опеки, получила список вещей, которые надо приготовить и принести с собой на роды.
Чтобы купить все это, нужна постоянная работа. Пришло время экономить каждый пенни, ходить пешком, не тратясь на автобус. Иногда она воображала себя в вымышленном мире, в котором люди улыбаются ей и мило спрашивают, когда она ждет рождения малыша. И она не забывала надевать перчатки, чтобы никто не замечал отсутствия кольца на пальце. «Наш папочка в море», – поясняла Конни.
Как-то раз она отправилась на автобусе в Ронсворт посмотреть на приют, который вскоре станет ее домом. Он оказался скрыт за высокой стеной и примыкающей к ней буковой изгородью, вход преграждали окрашенные в зеленый цвет железные изношенные ворота. Сам дом напоминал огромную школу, перестроенную из какого-то особняка, владелец которого пожелал остаться неизвестным. Никаких признаков жизни не наблюдалось.
Доктор Ширлинг подтвердил, что Конни может приехать в приют за две недели до предполагаемой даты родов. В каком-то смысле это было даже интересно. Можно будет наконец ничего не скрывать, не врать, испытать облегчение просто от того, что вокруг такие же, как ты. Никакого больше притворства, долой кошмарный корсет, который впивается в живот и врезается в кожу. Здесь можно будет спрятаться и наконец спокойно подумать о будущем.