Чтение онлайн

— А! — оживляется Прохоров.

— Было такое, было. Приезжал…

Замирает на минуту. Вспоминает. Потом, перейдя на шепот, делится тайным: «Хороший он был мужик, Василий—то Иосифович… Хороший!» (Голышак Ю. Александр Прохоров. Военный билет с записью «футболист». —.

Только хочется спросить: а шепотом—то почему? Почему заслуженный спортсмен должен скрывать свои чувства к другу, с которым столько побед вместе отмечено? Почему то, что Василий Сталин «хорошим мужиком был», тайна? Только потому, что его оболганный отец сейчас предстает перед миром как чудовище, от которого и сын не должен был бы далеко уйти? А ведь Василий дал советскому спорту такой толчок, которого он не будет испытывать вплоть до начала семидесятых.

Нередко молодой Сталин давал лично установку на игру. В волейбольную команду ВВС он приезжал задолго до матча и предлагал тренерам хитрый план действий: «Две первые партии на площадку не будем выпускать лидера Костю Реву. Пусть соперник потеряет бдительность. А потом выпускаем Реву, наше „тайное оружие“, и разделаем всех под орех». К общему удивлению, летчики выиграли — 3:0.

За шесть лет, что генерал руководил ВВС Московского военного округа, он произвел своего рода переворот в советском хоккее. Команда ВВС стала не только лидером в чемпионатах страны, но и потеснила мощную дружину ЦДКА во главе с Анатолием Тарасовым. Три сезона подряд команду летчиков возглавлял Всеволод Бобров. К слову, «охота» за Бобровым была организована в лучших традициях детективного фильма: из чемпионского состава ЦДКА, где Бобров был героем, любимцем публики, генерал за один месяц перевел этого форварда в ВВС, и надолго.

Сейчас бытует мнение, что Василий Иосифович чуть ли не насильно людей под флаги ВВС собирал, но тренер «Спартака» Никита Симонян эти слухи опровергает: «Очень хотел Василий Сталин меня в ВВС видеть. Я отдыхал в Минеральных Водах, так он за мной самолет прислал с двумя адъютантами. Привезли в Москву, сразу в особняк к Василию Иосифовичу. „Хочу, — говорит, — чтобы ты играл в моей команде“. Отказался. А он: „Может, ты обкома и горкома боишься?“ (А в обкоме тогда Хрущев был главным). Я отвечаю: „Не боюсь, просто знаю, что, как только соглашусь, сразу окажусь в ВВС, а мне дорог „Спартак“. И он тогда заявил своим подчиненным: „Смотрите, мне человек правду сказал!“ Поблагодарил. Говорит, мол, играй в „Спартаке“, но по всем вопросам я тебе всегда помогу. И потом он сам этим козырял. Когда его обвиняли в том, что он переманивает спортсменов, отвечал: „Вот Симонян отказался, и ничего“. Конечно, у меня о нем осталось очень хорошее мнение. Сейчас многие его подчиненные, летчики—генералы, Герои СССР, говорят: это был достойный руководитель и блестящий летчик“ (Садков П. Симонян мог позволить себе отказать Сталину. // Спорт. — 8 октября 2001 г.).

По рассказам патриарха российского баскетбола Александра Гомельского, Василий с собеседником был прям и прост: «Однажды я был у Василия Сталина на приеме. Было это в 1951 году. Сталин решил создать сильную женскую баскетбольную команду и пригласил в нее мою первую жену Ольгу Журавлеву—Гомельскую. Она была игроком сборной СССР, чемпионкой Европы, капитаном сборной Ленинграда и „Спартака“. А я был тренером и в „Спартаке“, и в сборной города. Генерал—майор Василькевич отвечал за спорт в ВВС. Он привел меня в кабинет Василия Иосифовича. Я носил погоны младшего лейтенанта ВВС, оканчивал Ленинградский институт физкультуры. Разговор короткий: „Переезжай в Москву с женой, будешь тренером ВВС, получишь квартиру и звание капитана“. Я, конечно, согласился. Но в следующем году, после окончания института, все изменилось. Вначале сам вождь снял его с поста командующего ВВС и отправил учиться в военную академию, а затем, после смерти Иосифа Сталина, Василия отправили в тюрьму» (Остался жив по приказу Василия Сталина. Интервью с Виктором Шуваловым. // Алтайская правда. — 7 февраля 2003 г. — № 34–36 (24287–24289)).

Василий Иосифович первым в стране понял и озвучил, что для больших побед нужны профессиональные спортсмены с ежедневной многочасовой тренировочной работой. Он говорил: «Нельзя ставить рекорды и выигрывать матчи после 6–8 часов работы на заводе». Он был заядлым болельщиком, особенно по игровым видам спорта. Его команды по хоккею, баскетболу, волейболу, велосипеду, мотоспорту становились лучшими в стране. Конечно, фамилия Сталин давала ему огромные возможности. Но она же и сгубила его после смерти «отца всех народов».

Надо хорошо представлять общую атмосферу вокруг Василия в те годы: одно его имя приводило в трепет иных начальников. Министру обороны Александру Василевскому он заявил: «Отец поручил мне курировать спорт в армии. Нам нужно строить бассейн в центре Москвы. Прошу выделить пять миллионов рублей». И, как это ни фантастично, министр без колебаний подписал распоряжение о выделении средств. Надо заметить, что деньги шли по назначению — воровства тогда не допускалось… (Пахомов В. Футбол Сталину вышел боком. // Труд. — 25 января 2000 г. — № 013). И бассейн не лично для Капы Васильевой, третьей жены Василия Сталина, строился. В те годы в Советском Союзе не было ни одного олимпийского бассейна длиной пятьдесят метров. Василий настоял на его строительстве. Результаты не заставили себя долго ждать: с середины пятидесятых и до сегодняшнего дня СССР, а впоследствии и Россия прочно удерживают первенство в водных видах спорта. А ведь раньше приходилось тренировать спортсменов в открытых водоемах. Но русские зимы, как известно, препятствуют не только вражеским армиям, но и отечественным любителям водных видов спорта. Согласитесь, тяжело играть, например, в ватерполо, проламывая не только могучую защиту противника, но и прорубая лед реки, на которой приходится тренироваться зимой. Крытый олимпийский бассейн эту проблему снял.

В 1951 году по приказу Василия Иосифовича в центре столицы на Ленинградском проспекте начали строительство спортивного центра. В дальнейшем он стал крупнейшим спорткомплексом ЦСКА.

Что же касается этого строительства на территории парка культуры и отдыха Ленинградского района, начатого штабом ВВС, то следует сразу оговориться, что эту и все другие стройки, по словам Василия, санкционировал военный министр маршал Василевский, а стало быть, на всех бумагах стояла его подпись. Однако Василевского на Лубянку даже не вызывали.

Что же еще во время следствия на допросах ставилось в вину генералу, столь активно помогавшему знаменитым спортсменам? То, что он «балует» их офицерскими чинами, дает вне очереди квартиры, устраивает банкеты. Создавая новую команду, переманивал к себе — в авиацию — настоящих «звезд» футбола и хоккея. В команде ВВС играли Всеволод Бобров, Евгений Бабич, Павел Жибуртович, Григорий Мкртычан, Александр Виноградов, Виктор Шувалов.

По понятным причинам на допросах Василий Сталин говорил то, что хотелось следователю. Скажем, допрашивающий считал, что он перетянул из «Спартака» известных хоккеистов Зденека Зикмунда, Ивана Новикова (к тому же сильных теннисистов) и Юрия Тарасова недостойными путями. Какими? Дал им квартиры, присвоил офицерские звания. И заслуженного мастера спорта, динамовского велосипедиста Федора Тарачкова тоже переманил, выделив новое жилье.

Но разве сегодня подобные деяния считаются аморальными? Не довелось генералу авиации стать очевидцем массовых переходов спортсменов в другие клубы ради получения нового жилья, последней марки машины, да еще в придачу дубленок и цветных телевизоров. Коммерческие контракты, договоры стали обыденным явлением. Волей—неволей, но снова приходится возвращаться к событиям ареста Василия Сталина в 1953 году.

«Собственно, если проанализировать протоколы допросов (проводившихся, к слову сказать, без применения пыток, хотя у следователя Льва Влодзимирского был в этой сфере накоплен немалый опыт), получается, что ничего сверхъестественного Василий Сталин не учинял. Ну, завел себе небольшое „охотничье хозяйство“, размером в 55 тысяч га, подвел к нему узкоколейку, завез туда 20 пятнистых оленей, а также некоторое количество бобров и белых куропаток, вылетал на охоту на самолете „Дуглас“ в сопровождении любовницы, приобрел за казенный счет вещички для дома, сервизы там, ковры, купил, опять же, на государственные деньги, машину „Паккард“, потому что она ему „очень понравилась“… В принципе, его размах не превосходил масштабов трат первого секретаря обкома брежневских времен — в этом отношении, пожалуй, он просто слегка опередил время» (Лялинская В. Сын за отца. // Русская Германия. — 03.05–09.05 2004 г. — № 18).

Из Германии, тем более давно не русской, конечно, виднее. Но опять же возвращаясь к уголовному делу, заведенному на Василия Иосифовича Сталина, давайте разберемся в кляузах, из которых состоит статья. И разбираясь, обнаружим, что нет в ней ни слова правды. Ни единого! Итак, по порядку.

Цитата:

«Ну, завел себе небольшое „охотничье хозяйство“, размером в 55 тысяч га, подвел к нему узкоколейку, завез туда 20 пятнистых оленей, а также некоторое количество бобров и белых куропаток».

На самом деле:

«Окрестности Переславля—Залесского издавна привлекали внимание государственных мужей. В плане приятного времяпрепровождения на досуге. Повелось это со стародавних времен — еще от Петра Великого, который, как известно из истории, развлекался здесь со своей „потешной“ флотилией. Деятелям советской эпохи также приглянулись живописные переславские лесочки — после войны здесь открылось „специальное охотничье хозяйство“, созданное для элитных охот. Кого только не приходилось встречать переславским егерям — загоняли они дичь и для Хрущева, и для Брежнева, даже, как говорят, приезжал сюда охотиться сам Фидель Кастро. Ну, а всяких министров и генералов они и не упомнят — мало ли их тут перебывало! Функционирует спецхозяйство и по сей день. Заповедные владения обнесены трехметровым забором, попасть за него весьма сложно, да и бесполезное это дело — работники хозяйства молчат как рыбы, мертвой хваткой держась за свои весьма доходные места.