Чтение онлайн

— А через какие Врата пойдем? Кажется, их там двое, — Марко задумчиво теребил кончик косы.

— Осмарис ближе, мы же все равно не знаем, что точно происходит в Лонгворде, кто там прав, кто виноват. Предлагаю не тратить время на лишнее перемещение.

Друзья меня поддержали, после чего мы с Лизой ушли гулять по городу, отговорившись от мужчин тем, что нам, девушкам, надо иногда побыть в обществе друг друга, чтобы посекретничать. Раф отправился по своим загадочным знакомым, чтобы те начинали искать Хранителей Равновесия, пока мы будем заниматься последним Отражением, а эльф с мальчишкой пошли по оружейным магазинам пополнять запасы метательных кинжалов.

Мы заплатили пошлину за проезд Вратами в Осмарисе, и через некоторое время вышли под фантастические небеса Лонгворда. Золотистое, с бледно голубыми и розовыми абстрактными полосами небо как будто нарисовал неизвестный художник как иллюстрацию к детской книге сказок, полупрозрачные облака были похожи на островки пены.

— Красота! — это мы с Лизой и Кьеном, кажется, сказали в один голос.

За спиной хмыкнул Раф.

— Во время грозы это небо напоминает бесконечную кровавую реку, действует на психику весьма угнетающе, так что не ахайте раньше времени.

Марко укоризненно посмотрел на мага-циника и ничего не сказал, но очарование момента пропало. На фоне золотого неба тут и там ввысь тянулись горы, поросшие деревьями и кустарником, одну из них, как я разглядела, огибала широкая река, на другой далеко-далеко высился замок со множеством шпилей. Врата находились в небольшой низине на берегу озерца, в которое с дальней стороны впадал крошечный водопад.

Обслуживающий персонал Врат был настроен не очень уж дружелюбно. Нас сурово расспросили, несколько раз перефразировав вопросы, с какой целью мы прибыли в Лонгворд, и Марко, как самый дипломатичный и вызывающий доверие, снова воспользовался легендой о наемниках. Как выяснилось, мы оказались на землях, подвластных царевичу Гордею, старшему наследнику престола. Почему тогда в мире война, если наследование, как и в других местах, идет по старшинству, никто не объяснил. Мы наняли транспорт и отправились в Дикирию, столицу горного мира.

Почти полтора дня пути по горным лесам, которые зачастую заросли так густо, что приходилось протискиваться между деревьев пешком, ведя лошадей на поводу, слегка поубавили наше восхищение миром. Мы выкупались в небольшом озерце, каких было по ходу довольно много, несколько часов поспали под неярким светом двух лун, и уже после обеда добрались до цивилизации.

Дикирия была достаточно крупным городом на очередной горе, одноэтажные домики на окраине лепились к подножию, перерастая в сложные системы двух и трехэтажных богатых коттеджей, окружавших огромный замок на самой вершине и центральную площадь возле него. Ни крепостных стен, ни рвов, ни укреплений видно не было, горожане деловито сновали по улицам, слышались говор, песни, гомон, блеянье животных.

— Какая-то странная у них война, — заметил Кьен, срывая цветок с одного из деревьев. — Или нас ввели в заблуждение?

Лизка более наметанным глазом отметила наличие оружия почти у всех прохожих, от коротеньких кинжалов у пояса до мечей или арбалетов за спиной. Даже казавшийся безоружным пожилой мужчина, мимо которого мы проезжали, наклонился и достал из-за голенища сапога нож, чтобы срезать с куста яркий оранжевый плод.

— Картина пока неясная, но лучше не расслабляться, — Марко поправил меч за спиной и начал плести какое-то хитрое заклятье.

Я с интересом следила за его действиями: волшебное зрение помогало видеть сплетение искрящихся нитей так ярко и хорошо, будто они были материальны. Ушастый волшебник подергал себя за мочки ушей, затем помахал кистями, стряхивая с них невидимые капли. Искры полетели в толпу, часть их переливалась возле лица Марко.

Мы ехали дальше по мощеной светлым камнем улице, которая, расширяясь с каждым поворотом, привела нас к центральной площади Дикирии. В глаза сразу бросались яркие лотки справа, где продавали всякую всячину, сладости, фрукты и украшения. Чуть дальше за лотками высилась красная с желтым палатка балагана, возле которого толпилась смеющаяся толпа богато одетых людей, на левой стороне площади тоже виднелись какие-то развлекательные павильоны. Судя по украшениям домов, окружавших площадь, в центре города, как и во многих других мирах, проживала аристократия, для которой и были предназначены развлечения на площади.

Наша компания отправилась к воротам замка, высокие шпили которого уносились далеко ввысь. Стражи перекрыли ворота.

— Кто такие? — неприветливо буркнул один, настороженно оглядывая пятерых всадников.

— Мы наемники из другого мира, — Марко проигнорировал тон собеседника, — слышали, что ваш правитель хорошо платит тем, кто готов служить под его знаменами в борьбе с преступным младшим братом. Посему стражи Врат отправили нас к благородному царевичу Гордею помочь ему восстановить справедливость в Лонгворде!

Мы слегка раскрыли рты. И когда Марко успел сочинить такую высокопарную речь. На стража, видимо, слова эльфа тоже произвели впечатление.

— Ээ. ну, проезжайте. Наемники действительно нужны. Прямо, после следующих ворот повернете налево, оставите лошадей на конюшне, зайдете в третьи двери оттуда, скажете, что вы наниматься. Вас проведут к командиру, потом к царевичу.

— Благодарим, — Марко вежливо кивнул, после чего мы миновали ворота.

— Марко, что это ты нес такое? — Лиза все еще удивленно смотрела на эльфа, а я заметила, что волшебные искры исчезли.

— Пока мы ехали, я собрал немного информации о том, что происходит в мире, из уст населения. Потом расскажу, тут могут оказаться лишние уши, но могу поздравить нас — мы встряли между молотом и наковальней.

— В очередной раз! — обреченно выдохнули мы с Рафом, после чего все засмеялись.

Спустя полтора часа ожидания в длинном каменном коридоре, нас в сопровождении нескольких стражников и начальника охраны замка, наконец, отвели в малый тронный зал. Царевич восседал на высоком золоченом троне и разглядывал нас в упор из-под черных как смоль бровей, уделяя особое внимание нашей с Лизкой анатомии.

Что-то мне подсказало, что мы не сработаемся, косой взгляд Лизелокки это только подтвердил.

Предчувствия нас не обманули — царевич Гордей оказался сволочным мерзавцем. Мы это заподозрили в момент знакомства, и опасения подтверждались каждый день, что мы жили с ним под одной крышей, а ведь прошло уже больше двух недель.

Ситуация в несчастном Лонгворде была печальная: старший царевич, конечно, имел все права на престол, но лично я с большим удовольствием удавила бы его собственными руками! Если у царевича Сержея было хоть на одну каплю совести больше, чем у нашего нанимателя, то выбор народа можно было бы считать очевидным. Как выяснилось, четыре года назад династию поразил странный недуг, который буквально за неделю унес жизни царя, царицы и их средней дочери. По странному стечению обстоятельств, несчастье произошло как раз в тот момент, когда младший царевич с советником плыли через Сверкающее море в восточные земли с каким-то царским поручением, а остальные члены правящей семьи принимали в замке делегацию из соседнего мира. Послов обвинили в заговоре против короны с целью пошатнуть власть и уничтожить династию, казнили, отправив гневную ноту правителю чужого мира. Гордей на банкете в честь приема послов не был, а основной причиной болезни назвали экзотические фрукты, которые привезла с собой делегация в дар царской семье. Старший наследник утверждал, что в них содержались либо токсины, вызвавшие смертельную аллергию, либо яд, а советника, который мог бы провести компетентный анализ, рядом не оказалось.

Сверкающее море обладало удивительной способностью гасить любые проявления магии, включая телепортацию, поэтому, когда царевичу Сержею доложили о смерти родных, было поздно предпринимать попытки выяснить, что же случилось на самом деле. А когда, спустя положенных три месяца, закончился траур, и Гордей сообщил о своей скорой коронации, Даррен и Серж покинули столицу, чтобы вскорости обвинить наследника в убийстве царя и объявить преступнику войну. Да, в этом мире мой любимый звался Дарреном Найтли, и я была уверена, что он неспроста поддержал младшего сына царя, с его-то тягой к справедливости, которая в той или иной мере была выражена в каждом Отражении. И получилось так, что мы с ним сражались теперь на разных сторонах: он боролся за правое дело, а я поддерживала власть отцеубийцы и подлеца.