Чтение онлайн

Я согласился. Мы с ней еще немного поговорили, и она заснула.

Я подкинул сучья в костер. Перед глазами проплывали события минувшего дня. Из кустов доносились какие-то крики… И я проснулся. Оказывается, я проспал всю ночь.

Уже рассветало. Вокруг все было тихо. Я встал, немного походил, разминаясь. Потом проснулась Исидора, за ней Мальвина.

– Необходимо внимательно рассмотреть друг друга, – распорядилась Исидора. – За ночь к нам в одежду могла залезть какая-нибудь дрянь.

– Скорпионы? – поинтересовался я.

– В том числе и скорпионы. Здесь живут желтые скорпионы. Днем они прячутся.

Мы внимательно осмотрели друг друга и остались довольны. Ни скорпионов, ни другой дряни не было.

Потом мы ликвидировали следы ночлега и, слегка освежившись водой из реки, двинулись в путь.

Первые два часа мы шли по тому же песчаному пляжу рядом с кустарником. Оттуда по-прежнему доносилось пение птиц, и летнее солнце начало свой бразильский путь с запада на восток.

И вдруг мы услышали шум мотора. А потом увидели вдали лодку.

– На всякий случай спрячемся в кусты, – скомандовал я, – и пройдем как можно дальше. Если это хорошие люди, мы к ним выйдем. Если плохие, то они по следам дойдут до кустарника, а там нас потеряют.

Мы зашли в кустарник. Идти были нетрудно.

– Осторожно, – предупредила Исидора. – В кустарнике могут быть змеи. Здесь много грызунов, мелкой дичи.

– Змеи большие? – спросила Мальвина.

– Разные. И большие, и маленькие. Обычно сама змея не нападает. Но если на нее наступишь, тогда… Поэтому практически опасность представляют маленькие змеи. Их можно не заметить и на них наступить. Поэтому внимательно смотрите под ноги.

– Они ядовитые?

– Да. Самая опасная уруту. Но она держится в глубине леса. Наиболее часто встречается кобра верди, зеленая змея. Она живет на деревьях, ее трудно разглядеть среди ветвей. Многие люди считают, что она не ядовита. Но она ядовита, просто из-за расположения ядовитых зубов не может прокусить кожу человека.

– А удавы есть? – снова спросила Мальвина.

– Есть. Но если здесь живет удав, то это очень хорошо. На нас он не бросится, а там, где живет удав, не бывает змей.

– Тише – скомандовал я. – Они причаливают.

Они действительно причаливали. Прямо напротив нас. «Это хорошо, – подумал я, – они не видели наших следов и не знают, что мы здесь. Зато мы сможем рассмотреть, кто они такие. И даже услышать, о чем они говорят».

Это были очень странные люди. И катер у них был странный. Длинный, широкий, с очень узким носом, и вместо кабины – странное сооружение, похожее на пирамиду, собранную из металлических стержней. Один стержень спускался из вершины пирамиды вниз.

Было их семь человек, шесть мужчин и одна женщина. Сначала на берег вышли двое мужчин и женщина, точнее, двое мужчин вывели женщину. Она была одета в белую одежду, руки сзади у нее были связаны. Издалека не было точно видно, но мне показалось, что во рту у нее кляп. Она шла, смиренно опустив голову.

Затем вышел субъект во всем черном. Он, наверное, был начальником, так как отдавал команды. Что он говорил, я не понимал.

– Он говорит на каком-то странном диалекте, – объяснила Исидора.

Оставшиеся трое спустили на берег пирамиду. Потом подтянули лодку почти на берег, вытащили из лодки трос и привязали его к пирамиде. Затем вынесли из катера нечто вроде постамента и разместили это в центре пирамиды.

Начальник крикнул, и девушку подвели к пирамиде, очевидно, приказали встать на постамент, она покорно встала. Двое привязали ее к центральному стержню.

Потом они вытащили из лодки брикеты для каминов и положили под постамент.

– По-моему, они собираются устроить аутодафе, – предположил я.

Мы подошли к ним достаточно близко, но они нас не видели, густые кусты надежно скрывали нас.

Приплывшие расселись на песок вокруг пирамиды, и главный начал что-то вещать с пафосом и завыванием.

– Я ничего толком не понимаю, – объяснила Исидора. – Но, по-моему, эта молитва.

– Это будет жертвоприношение, – предположил я.

– По-видимому, да. Это какая-то секта. У нас много сект. Но подобное строго запрещено.

И в это время они запели. Пели нудно, монотонно, подняв руки к небу и закрыв глаза. Они повторяли одни и те же слова. Потом замолкали и начинали снова. Потом один отделился от компании и принес из катера канистру.

– Бензин, – констатировал я.

– Что-то надо делать, что-то надо делать, – причитала Мальвина.

А что? Вмешаться? Ну, уложим мы пару человек, но и нас тоже уложат. Это меня не устраивало. Я должен добраться до людей и рассказать о том, что мы обнаружили в лаборатории.

– Ты не хочешь вмешаться, – констатировала Мальвина. – Ты будешь смотреть, как заживо сжигают женщину.

В это время главный поднял руки к солнцу и начал что-то кричать. Остальные замерли. Не двигалась и жертва. Она смиренно опустила голову, было заметно, как привязанное к стержню тело тряслось.

И в это время раздался выстрел. Главный упал.

Я понял. Мальвина не выдержала. Мне показалось, что и в этот раз она попала точно в лоб.

Она вытянула вперед руку с пистолетом и собиралась выйти из кустов.

– Подожди, – скомандовал я. – Пусть они сюда подойдут, и я встречу их автоматом.

Мальвина согласилась и замерла.

Приплывшие люди бросились к главному. Потом они что-то начали кричать, подскочили к жертве. Развязали ей руки и упали перед ней на колени.

И жертва разошлась. Она лупила их ногами, руками. Орала и плевалась. Ее можно было понять. Я бы их всех прибил. Они терпели. Потом она полезла на катер. Оставшиеся собрали пирамиду, перекинули на лодку тело своего главного и включили мотор. Через пару минут они исчезли за изгибом реки.

Мы вышли из кустов.

– Они восприняли ваш выстрел, Мариночка, как сигнал с неба, – буднично констатировала Исидора.

Скорее всего, это было именно так. Иначе чем еще объяснить столь быстрое изменение ситуации. Так что на этот раз моя подруга выступила в роли карающей Немезиды. Вот что значит специальная подготовка.

Мы подошли к месту несостоявшегося аутодафе. Кроме следов на песке, ничего не осталось.

– И что теперь? – спросила великий снайпер.

– Идти дальше, – ответил я.