Чтение онлайн

Не оставляли меня в покое мысли о более худшем качестве нашей стали по сравнению с традиционным укладом. В Устюжну-Железопольскую доставили на наших дощаниках бочки с содой, ею планировалось удалять из железа серу. Но ведь все эти примеси не удалялись и старым способом! Значит чем-то мы портили металл новым, того что ранее не присутствовало. Кроме вдуваемого воздуха ничего внести загрязнение не могло. Похоже, применяемый по моему совету метод раскисления стали работал плохо и не обеспечивал удаления азота и кислорода.

Вот как раз когда я наблюдал, как в клокочущую горловину конвертера мечут древесный уголь, у меня непроизвольно сорвалось:

– Как бы его до днища-то проталкивать, чтоб через всю толщу металла проходил...

– Яз бы кочергой пошуровал, да больно жжётся, - весело откликнулся молодой литейщик.

Сверкающий улыбкой паренёк натолкнул на мысль - засовывать углерод в глубину конвертера твёрдым щупом. И если с рыхлым углём это могло не пройти, то всегда оставался достаточно крепкий графит. О своих мыслях сообщил старому знакомому Фоме, носящему с недавних пор фамилию Неверов. Парень не расстался с мечтой превзойти всех в своём ремесле, и поэтому за всё новое хватался с охотой.

Московский литейщик Савельев никак не мог надивиться на устюженские новшества. Особенно его изумило литьё в песчаные формы.

– Ишь, как всё просто-то,- приговаривал мастер.
– На Пушечном дворе с земляными да глиняными опоками возятся по месяцу и дольше, да не с первого раза выходит.

– Вот и пробуй для моей огненной машины трубы отлить здешним методом,- советовал я Фёдору.- Да для потешного войска сработай-ка пару пушечек малых. А то и две пары - одну из меди, другую из чугуна. Да простеньких, без украшений лишних.

– Не ведаю, дозволят ли, - почесав в затылке, признал ученик Чохова.

– Ты грамоту на Москву отпиши - спроси, не мешкай. Да мне не в полный размер нужны пушки-то, так, для потехи шутейной. На полгривенное ядро, да длиной вдвое короче обычных.

– Коли дозволят - сработаю со всей охотой, - степенно ответил литейщик.

Перед отъездом домой я осмотрел ружейную мануфактуру. Особенно интересовало меня производство стволов. Сразу привлекло внимание то, что оружейники немного поменяли, или вернее модифицировали, навязанную им технологию.

– Ты, княже указал навивать полосу на оправку да ковать молотом самобойным али вальцами прокатными,- разъяснял смысл изменений старший артели.- Оттого с худым швом выходило у нас девять дул из десяти. А ковать вручную, чтоб изъяна поменьше вырабатывалось - ты не велел.

– Верно, - указание моё ремесленник передал точно.

Я сознательно шёл на допущение массового брака, поскольку вручную умелые кузнецы могли делать десять стволов на человека в месяц, а на примитивных машинах столько же годных изготавливал в среднем один подмастерье за две недели. Хотя цена изделий выходила выше, но главное было - увеличить количество выпускаемого товара. Брак тоже не пропадал, его переделывали на полосовое железо.

– Дык мы со знающими людьми потолковали, - слово 'знающие' артельщик особо выделил голосом.
– И порешили - чем закруток полосы меньше, тем дуло от разрыва обережней. Ныне мы широкую полосу с двойным и тройным перехлёстом навиваем, сварошным песочком густо обсыпаем, куём, заново греем, да на вальцах по оправке в длину катаем. И теперь на проверке двойным зарядом стреляют из пищалей - токмо из десяти три портятся, да и то у многих не шов рвётся, а иное что.

– Здорово, - новая технология меня искренне обрадовала.- Будет вам награда. А сколько стволов в месяц можете делать?

– Ежели каждый седмичный день работать, то полста с десятком дюжин в месяц осилим,- прикинул в уме оружейник.
– А по нынешнему делу - так и трёх сотен много.

– Почему так? Вы что пять дней трудитесь, а десять ваньку валяете?

– Своим хозяйством занимаемся,- насупился старший ствольного цеха.- Больше нам вырабатывать не зачем - всё одно обдирщик да сверловщик столько не переделает. Да замков у нас едва больше полутысячи мастерят.

Пришлось идти снова к смежникам рационализаторов. Осмотрев оборудование токарей, я единственное, что смог порекомендовать - попробовать устроить так, чтобы появилась возможность обрабатывать несколько деталей на одном станке. Вращать несколько валов от одного шкива, на мой взгляд, было не слишком сложно. Как и приспособить несколько резцов на один суппорт.

Замочникам указал ещё упростить конструкцию и попробовать большее количество деталей получать молотовой штамповкой. После этого мысли опять вернусь к производству стволов.

Вернувшись к тому, с кем беседовал первым, изложил свою идею:

– Можно ведь и совсем без швов на дуле обойтись. Надо взять толстую короткую болванку, проколоть её на молоте крепким жалом, вставить оправку и раскатать вдоль на прокатных валах.

– Хм-м-м,- призадумался оружейник.- Следует испробовать, дай Бог, дело выйдет.

Обратный путь в Углич я решил проделать с речным караваном Акинфова. В поездке не обошлось без задержек - лодки несколько раз садилась на песчаные плёсы, и работникам приходилось снимать их изготавливаемым на месте воротом. В Мологе же вовсе встали - не находилось незанятых бурлаков и погонщиков лошадей, чтобы тащить суда против течения Волги. Фёдор бешено жестикулировал, его приказчики, вполне понимая гнев хозяина, краснели и бледнели, но поделать ничего не могли.

Пришлось дальше продолжить путь в седле, отдельно от речного каравана. Пока ехали, я раздумывал, как бы сократить требуемое на каждую лодку количество судовых рабочих. Первая идея состояла в том, чтобы передвигать лодку воротом с лебёдкой, почти так, как ранее её снимали с мели. Канаты предполагалось набрасывать на вбитые у берегов столбы. Но по здравому рассуждению от этой задумки пришлось отказаться, слишком уж высокие требовались капитальные затраты. Хотя конечно и эту работу можно было взвалить как повинность на проживающее вдоль берегов рек население, так же как на нём лежало содержание в порядке бечёвника.

Очередное озарение пришло, когда я вспомнил плавание по мстинским порогам, как мы вытягивали свой дощаник попеременным заведением якорей. Пожалуй, что таким методом плавание вверх по течению вполне удастся облегчить, особенно если к вороту приспособить в качестве тягловой силы лошадей. Как минимум решалась проблема преодоления впадающих в реку притоков, что ныне изрядно затрудняло пешую и конную буксировку лодок вдоль берега.

Оставалось только дождаться Акинфова и предложить ему воплотить мой замысел в жизнь. Удельный промышленник явно должен был за него ухватиться.