Последний Люцифер: утраченная история Грааля
Шрифт:
— Так над чем же ты сейчас работаешь? Только честно! Ты, кажется, на днях говорил, что интервьюировал одного таиственного господина?
— Это можно назвать, скорее исповедью.
— И кто исповедовался?
— Ты сочтёшь меня чокнутым, но это факт. Этот старик представился ангелом. Сначала он назвался Неброэлем, а потом в разговоре выяснилось, что он архангел Гэбриэл.
Келли изобразила немое удивление, даже скорее скептическое молчание.
— Да, представь себе. Всё, что он мне рассказывал, было окутано мистикой. И я бы счёл его на самом деле сумасшедшим. Но! Он точно знал, что произойдёт 11 сентября. И я, пусть меня простят психиатры, склонен считать его самим дьяволом.
— Но что он хотел от тебя?
— Хотел, чтобы я написал о нём книгу, о том, какой он на самом деле хороший.
— Он? Это кто же? Архангел Гэбриэл? — осведомилась Келли.
— Люцифер. Или Иллюминус.
— Илюминат? Ты шутишь?
— Нет, нисколечки. И теперь я напишу о нём книгу, но под другим соусом. Я раскажу о нём то, что считаю правильным. И раз то издательство, что взялось за моё сочинение, больше не существует, то может быть ты…
— Я согласна, — не раздумывая ответила Келли.
— Что ж, тогда приступим к ознакомлению с имеющимся материалом. Здесь всё, что уже отпечатано. Ознакомься и выскажи своё мнение. Мы должны сделать убойную книгу.
— И мы её сделаем, — воодушевлённо и твёрдо заявила Келли.
17
Сейчас Стивен жаждал встречи с Неброэлем как никогда. Он намеревался закидать его вопросами, как гранатами.
Но вот теперь, когда ангел был так нужен человеку, он всё не появлялся. Стив уже с ног сбился, разгуливая по городу и расспрашивая всех встречных: не встречали ли они такого-то старика, так-то одетого. Но нет. Неброэля словно ветром сдуло.
И вот однажды Стиву всё же повезло, он заметил старика на набережной, одиноко сидящего на скамейке и смотрящего на заходящее солнце.
— Я искал тебя, — сухо сказал Стив, присаживаясь на скамейку рядом. В его голосе слышалась обида.
— Для чего? — безразлично спросил Неброэль, не поворачивая к человеку головы.
— Есть вопросы.
— А вот у меня к тебе больше нет вопросов. Ты свободен.
— Я не уйду без ответов.
— Твоё бы рвение да пораньше, — съязвил ангел.
— Откуда ты узнал о том, что должно было случиться 11 сентября?
Неброэль, наконец, повернул голову в сторону Стива и посмотрел на него скучающим взглядом.
— А не всё ли равно? Тебя же интересует совсем другое. Ты не хочешь знать правду, ты хочешь услышать то, что согласуется только с твоим мнением. Ты кричишь лишь о том, что волнует тебя, и даже не пытаешься услышать других. Как ты собираешься объективно писать об ангелах, если даже не пытаешься вникнуть в суть случившейся с ними трагедии?
— Пока что я так и не услышал о трагедии. Ты говоришь лишь о столь высоком, что я даже не понимаю тебя. Ты прикрываешься ангелами, хотя наверняка, являешься обычным человеком. Ну, возможно, не обычным, а весьма влиятельным и могущественным в нашем мире. Ты из иллюминатов.
— Из иллюминатов? — переспросил Гэбриэл. — Настаиваешь?
— Да. Если ты хочешь, чтобы люди поняли тебя, ты должен повествовать на нашем языке. Что ты хочешь, чтобы мы поняли? Как ты хочешь, чтобы мы оценили грандиозность прошлого, если я не понимаю тебя? Ты лишь отсылаешь меня к историческим ссылкам, лишь намекаешь на какие-то события, о которых я понятия не имею. А на мои прямые вопросы отвечаешь в стиле политиков — ни о чём сложнейшими терминами. Я тебя спросил: кто такой дьявол? Что ты мне ответил? Ты сказал, что дьявол — это человечество. И ты хочешь, чтобы после такого заявления это самое человечество тебя поняло и оценило, рукоплескало твоей правде? Ты серьёзно на это расчитываешь? Ты хочешь сказать, что люди — уроды, быдло и паразиты? Мы это и без тебя знаем. Нам постоянно напоминают об этом: наше правительство, банкиры, продовольственные корпорации, телевидение. Ты скажи то, что мы не знаем, открой нам глаза на наши беды и проблемы. Подскажи, как справиться с безысходностью и беспределом.
— Вы сами творите этот беспредел. Вы сами питаете эти банки и корпорации. Спросишь: чем? Я отвечу. Своей жаждой наживы, жаждой лёгких денег, жаждой еды и удовольствий. Вы погрязли в кредитах, в покупках ненужных товаров, в обжорстве, вы отупели и опустились. Почему? Потому что вашему богу нужно, чтобы вы были тупыми и инертными. Так вами легче управлять.
— И кто же этот бог, который нас создал, а теперь уничтожает? И прошу без общих фраз. Ведь 11 сентября уже случилось. Кто это организовал? Террористы Аль-Каиды, правительство США или ЦРУ? А может КГБ, МИ-6 или Моссад? Или это масоны?
— Ты мыслишь, как и все люди, категориями — добро-зло. И даже не понимаешь, что проблема глобальнее.
— Куда ж ещё глобальней? Намекаешь на всемирный заговор иллюминатов? То есть за всем этим стоит мировое правительство или инопланетяне? Скажи, наконец, какого бога ты называешь дьяволом? И почему ты не согласен с ним? Почему ты появился именно теперь? Откуда и зачем?
Неброэль продолжал молчать.
— Ты снова молчишь. Что я могу написать о тебе и твоих ангелах? Что я могу написать о Гэбриэле? Какова его функция? Кто он для человечества? И какое отношение к человечеству имеешь ты?
Старик устало выдохнул, но так и не проронил ни единого слова.
— Я не искал тебя. Это ты меня нашёл. Помнишь? — продолжал Стивен.
— Вы убиваете планету, вашего истинного Бога. И скатываетесь к технократии. Вы планомерно движетесь к глобальному правительству и объединению планеты под началом одного органа управления, одного тирана, которого именуете Антихристом. И поверь, вами скоро станут управлять не правительства ваших стран, а пищевые и сырьевые корпорации. Они будут решать: жить вам или нет, плодиться или нет.
— И что нужно, чтобы предотвратить это?
— А для этого не нужно брать кредиты, даже если вам очень хочется машину, яхту или новый телевизор. Нужно обескровить банки и корпорации. Не покупайте ничего лишнего, не покупайте искусственную еду и одежду, ездите на велосипедах, ходите пешком, вернитесь в природу. Банки питают войны. Корпорации зарабатывают на ваших смертях. Они сначала производят вирусы, а потом берутся его же лечить. Вы как были рабами, так ими и остались.
— Стало быть, взрывы башен, падения самолётов и другие теракты — продукт теории заговора против человечества? Я правильно тебя понял? И ты хочешь, чтобы я всё это написал в своей книге? Ты думаешь, эту книгу издадут, если уверен, что всё куплено этими корпорациями? И после выхода этой книги я останусь живым? Ты серьёзно? И где же здесь история об архангеле Гэбриэле? Я понимаю это иначе: это ты пришёл в наш мир, чтобы разрушить его. Ведь именно это ты озвучил сейчас. Ты хочешь, чтобы мы жили как дикие животные в лесах и горах.
— Можно жить в горах, но летать на вертолётах, можно работать на компьютерах, но не добывать нефть и газ. Можно летать в космос, но носить простую хлопчатобумажную одежду и натуральные меха, при этом выращивая в собственном огороде салат и овощи.
— А сейчас всё это не так?
— Нет, не так. Вы не свободны. А когда-то над вами не было ни налоговых, ни начальников, ни президентов и банкиров, ни других кровопийц. Вы когда-то были свободными. Над вами был лишь один бог, истинный Бог, это планета и её природа.