Чтение онлайн

– Какую?

– Вы можете найти человека, убившего мою жену. Вы - частный детектив, помню, я про вас читал. Похоже, у вас в этом городе приличная репутация.

– Да, Ролланд, я частный детектив, но частный детектив не должен заниматься расследованием убийств, если не хочет, чтобы окружной прокурор отобрал у него лицензию. По крайней мере, он не должен принимать таких заданий. А если наткнется на убийство по ходу своего расследования, обязан тут же сообщить полиции.

– Я не настолько наивен, Шенд. Я могу вас нанять, чтобы вы изучили некоторые вопросы безопасности в моем бизнесе. Могу проинформировать всех, кого это касается, что нанял вас для консультации и расследования. В этом случае вы окажетесь в привилегированном положении и сможете встретиться со всеми, кто знал Мерилин, когда сами сочтете нужным, - по лицу его скользнула презрительная усмешка.
– Возможно, они назовут себя моими друзьями.

– Такое поручения я принимаю, - кивнул я.

– Спасибо, Шенд.

Он помолчал, потом сказал:

– Фактически уже есть дело, которым вы могли бы заняться. Сегодня днем из моего офиса были похищены сто тысяч долларов; ну, если быть точным, то вчера днем. Эти деньги предназначались для постановки на Бродвее мюзикла, которую я запланировал на осень. Не знаю, связано ли одно с другим. Но думаю, что это вполне возможно.

Неожиданно он наклонился и поцеловал холодное лицо жены.

– Не так легко украсть сто тысяч долларов днем из театра на Бродвее, заметил я.

– Это произошло не там, - возразил он.
– Это случилось в моем офисе в нижней части города на тихой улице близ Нижнего Бродвея - на Герц-стрит.

Мы уже выходили из квартиры, когда я вспомнил, что табачный киоск, в котором я покупал сигареты, находился именно на Герц-стрит.

Глава седьмая

На следующее утро я проснулся в девять часов и вспомнил, что накануне ночью попал в новый мир и теперь придется много потрудиться, чтобы доказать, что этот мир не хуже прежнего. Я обнаружил убийство и не сообщил о нем; что значительно хуже, я молча согласился с тем, что с орудия убийства стерли отпечатки пальцев, и ушел из квартиры с этим пистолетом в кармане. Правда, это был ложный след, попытка обвинить меня в убийстве, которого я не совершал... Но капитан Лу Магулиес может оказаться совершенно иного мнения... Если, конечно, он про это узнает.

Я втиснулся в свою миниатюрную ванную, побрился и принял душ. С высоких деревьев на углу сквера доносилось пение птиц. Потом я услышал шаги по коридору перед дверью; судя по ним, эти люди носили тяжелую обувь.

Шаги стихли, в дверь постучали. Вовсе не потому, что гости были воспитанными и вежливыми людьми: просто на этой стадии у них не было никакой нужды применять силу. Я вышел из ванной, даже не заправив в брюки новую белую рубашку, распахнул дверь, и они буквально внесли меня внутрь. Не слишком грубо и даже не очень меня заметив. Остановились они, только вытолкнув меня на середину комнаты. Я заправил рубашку и затянул пояс: не слишком хорошо себя чувствуешь, если на утро после убийства вас допрашивают полицейские из отдела по расследованию убийств, а подол рубашки торчит из штанов.

Их было двое: детектив в штатском и полицейский бульдог в форме. Детектив лейтенант Шоулс был молод, высок и костляв. Не будучи блестящим сыщиком, он отличался старательностью в работе и вполне мог представлять опасность. Полицейского в форме звали Макнолти; плотный седеющий мужчина лет пятидесяти слишком часто заглядывал в рюмку, чтобы приглушить обиду: в карьере он явно достиг потолка.

– Поздновато встаете, да?
– начал Шоулс. Говоря это, он толстым круглым ногтем большого пальца пытался добыть остатки завтрака, застрявшие между передних зубов. Зубы у него были крепкие, слегка торчащие вперед и желтые от никотина.

– Вчера вечером я поздно лег, - ответил я.

– Совершенно верно, приятель. Именно об этом мы и хотели поговорить.

– Я слушаю.

– А у тебя и нет другого выбора, - дружелюбно заметил Шоулс.

– Послушайте, ребята, - сказал я, - не хотите кофе? А может быть Макнолти предпочтет хорошую порцию виски?

Толстая кожа Макнолти покраснела, но прежде чем он смог ответить, вмешался Шоулс:

– Это не дружеская беседа. Дело в том, что нас послал Магулиес. Он сейчас занят серьезным делом.
– Он издал горлом какой-то звук, давая мне понять, что он смеется.

– Ну, большой человек и должен заниматься большими делами, - сказал я.

Шоулс оборвал смех, вытащил из пачки мятую сигарету и приклеил её к нижней губе. На губах у него осталось несколько крошек табака.

– Ну и как тебе нравится, Шенд, вращаться в высшем обществе?
– спросил он.

– Что вы хотите сказать?

– Я имею в виду вчерашний вечер. Нет, не тогда, когда ты был в клубе, а немного позже. Что ты можешь об этом рассказать?

Я сунул сигарету в рот, чиркнул спичкой по ногтю большого пальца и несколько удивился, когда увидел, как она вспыхнула. Я довольно редко проделываю этот трюк.

– Послушайте, - сказал я, - я в своем собственном доме и собираюсь завтракать, а тут двое полицейских вламываются ко мне без приглашения и начинают говорить загадками. Вы полагаете, я должен это приветствовать? А теперь предположим, что вы расскажете мне, что хотите знать.

Шоулс выпустил дым из ноздрей, а потом и изо рта.

– Может быть, мы и не ждем, что вы будете все это радостно приветствовать... Но и не думали, что вы будете нам мешать.
– Он вытащил сигарету, облизал языком её кончик и снова сунул в рот.
– Мы работаем в отделе по расследованию убийств, приятель, - мягко продолжил он.
– Это что-нибудь тебе говорит?

– Ну, - заметил я, - последнее время я никого не убивал.

– Хорошо, мы расскажем тебе, как обстоит дело, - хмыкнул Шоулс. Вчера вечером миссис Мерилин Ролланд, жена Жюля Фентхольма Ролланда, выйдя из клуба "Заходящее солнце", села в твою машину. Мы это знаем со слов швейцара, который её видел. У неё была там своя машина, но она не смогла её завести. Позднее мы выяснили, что в ней просто нет бензина: такие вещи с женщинами случаются то и дело. Итак, она села в твою машину.

– Тут нет никакого секрета, - кивнул я.
– Я её просто подвез. Она попросила меня подбросить её к дому неподалеку от Сентрал-парк Вест, что я и сделал.

Шоулс потянулся за стулом, развернул его и уселся, обхватив костлявыми руками спинку. Лицо его оставалось непроницаемым.

– Продолжай, приятель, - протянул он.
– У нас масса времени, и мы любим слушать.

– Я её отвез, она пригласила меня зайти и чего - нибудь выпить.

Макнолти, который до того ходил по комнате, остановился и покосился на меня.

– Ну - ну...

– Пока мы пили и болтали ни о чем, зазвонил телефон. Какой-то её приятель, видимо, собирался к ней зайти. Я догадался, что мешаю, и ушел.

Макнолти презрительно хмыкнул.

– Тебе вчера здорово не повезло, приятель.

Шоулс игнорировал скрытый смысл его замечания и безразличным тоном продолжил:

– Давай насчет звонка. Возможно, он действительно был важен. Не знаешь, кто это мог быть?

– Она не сказала. А почему бы вам не спросить у нее?

Шоулс испытующе посмотрел на меня, потом сказал:

– Она мертва. Убита выстрелом в грудь. Почти в упор.

Я оставил его неподвижный взгляд без ответа. Макнолти прорычал: