Чтение онлайн

– Господа, добро пожаловать в мой маленький рай! – произнес Люсьен. – Мы всегда рады слугам короля. – вновь произнес он, глядя на кольчужные одеяния, валявшиеся на бархатных коврах. – Прошу, господа, выбирайте… Самые отменные девочки во всем Норгарде.

После своих слов Люсьен отошел чуть по одаль, чтобы воины смогли осмотреть местных куртизанок с ног до головы. Все они были великолепны, а их аромат заставлял члены подниматься, только почуяв его. Первая высокая брюнетка сняла с себя белоснежную накидку и оголила свои упругие сиськи, тряся ими перед солдатами, словно мячиками для гольфа. Вторая чуть пониже повернулась к смотревшим на нее стражникам задом и медленно отодвинула свои загорелые булочки, показав им аккуратно выбритую дырочку. Третья и четвертая слились друг с другом в поцелуе и, засунув руки друг другу в влажную промежность, принялись удовлетворять себя, засовывая нежные пальцы глубже во влагалище.

– Это у нас особый товар. – вдруг заговорил Люсьен. – Этих тигриц я привез из сестринской долины, и поэтому за них придется доплатить, если, конечно, вы выберете их, сказал он и широко улыбнулся гостям.

– Сколько!? – выкрикнул один из солдат, жадно смотря на сексуальных куртизанок.

– Сотня динаринов.

– Сотня, деньги большие.

– Уверяю вас господин, сотня за таких девочек самая щедрая цена которую я могу предложить, эти дьяволицы покажут вам что такое настоящее удовольствие и с полна отработают ваше золото.

– Что ж, беру. – сказал он и встал, положив на стол мешок со звенящими монетами, в котором как раз была нужная сумма.

– Они в вашем распоряжении. – произнес Люсьен и подошел к столу, положив мешочек в свою поясную сумку.

Пересчитывать он не привык, тем более еще никто не обманывал его в этих делах. В конце концов, крепкие связи с криминальным миром и личная охрана весомый повод исполнять свои обязанности перед таким авторитетным и влиятельным господином. Пятая претендентка облизнула свои губы и села на шпагат, чем изрядно удивила стражу. Шестая блондинка исполнила эротичный танец и, достав секс игрушку, напоминающую мужской пенис, вставила ее себе в промежность, играя ей то наружу, то внутрь.

– Мы берем всех. – единогласно решили солдаты.

– Что ж, господа стражники, ваше право, ваше право. – сказал Люсьен и хлопнул несколько раз в ладоши.

– Это все, кто есть у вас сейчас? – любопытно спросили войны.

– Остальные на заказах, вам эти не по душе?

– По душе, конечно. – улыбнулся один из солдат. – Но вдруг у вас припрятано что ни будь особенное.

– Какой проницательный молодой человек! – воскликнул Люсьен. – Да действительно, есть у меня особа, столь юная и невинная что плоды спелой вишни покажутся вам старыми гроздями.

– Ведите. – сказал стражник, куривший трубку.

– Никаких проблем, за доплату, разумеется.

– Сколько стоит ваша особа?

– Восемьсот динаринов. – улыбнулся Люсьен.

– Ого! – воскликнули они и принялись обсуждать.

Восемьсот динаринов, деньги по истине баснословные, если брать в расчет месячное жалование солдат на службе короля в триста пятьдесят динарных монет. На эту сумму можно приобрести хорошие доспехи или коня, поэтому, указывая цену, продавец наверняка знал, что продает не просто товар, а особый, с некой изюминкой, и многие были готовы доплатить за это. Спустя небольшой промежуток времени, посовещавшись, они, скинувшись монетами, отдали их в руки Люсьена и попросили привести им особу, заинтересовавшую их. Тем временем остальные девушки принялись ублажать стражу, пока Люсьен удалился из комнаты. Сначала двое солдат одновременно воспользовались блондинкой, засадив ей в два отверстия. Рядом с ними на столе брюнетка стонала от удовольствия, сидя на лице у стражника, игравшего со своим возбужденным пенисом. Вдруг подошедшая куртизанка убрала его руку и взяла его дружка в рот, принявшись ублажать солдата, доставляя ему небывалое удовольствие. Вскоре в комнату прошмыгнула милая девочка, которой на вид было лет шестнадцать. Детская проституция был весьма распространенным явлением современного мира, хоть и самым пагубным, и многих привлекал такой ход, заставляя их охотно отдавать свои деньжата, чтобы прикоснуться к юному телу. Малышка аккуратно прошла в центр комнаты и замерла перед случившейся оргией. Один из солдат вытащил свой член из шлюхи и направился к ней. Он принялся рассматривать ее, представляя себе то, как будет совращать ее в этой комнате через пару минут.

– Как тебя зовут? – присев на колено, сказал солдат.

– Вилена, милорд. – мило ответила девочка.

– Ох, Вилена, прекрасное имя, а сколько тебе лет?

– Пятнадцать милорд. – тихим голоском ответила малышка.

– Ты такая юная, мы заплатили за тебя большую сумму.

– Знаю, милорд, и вы не пожалеете о потраченных деньгах. – словно по заученному тексту ответила Вилена.

Он аккуратно снял с нее темно синее платье и увидел ее оголенную детскую грудь примерно второго размера. Жадно вцепившись в ее соски своим языком, он принялся облизывать их, как младенец. Малышка от таких прелюдий сжала кулаки и закрыла глаза. Ей было весьма приятно от того, что делал солдат но сам факт такого вызвал бы у любого горожанина и простого местного жителя отвращение и гнев направленный в сторону распутной стражи короля. Неизвестно, как она попала сюда и вообще, откуда она была родом, но это еще больше возбуждало гостя. Затем он присел на свободный край кровати и раздвинул ноги. Вилена своей маленькой ручкой взяла его член и засунула себе в рот, принявшись насасывать его, меняя темп с быстрого на медленный. Закончив с другими куртизанками, они, проводив их из покоев и принялись за юную Вилену. Сначала двое из четверых трахали ее в промежность, затем, сменив позу, она впустила в себя их всех а затем принялась любезно предоставлять им свой рот. Изрядно наигравшись с ней, они залили малышку горячими струями своей семени, которую она с удовольствием сглотнула. Никогда прежде походы в бордели не вызывали у них таких эмоций. Это было что то новое и великолепное, твердили солдаты после прекрасного полового группового акта. Внутри они остались надолго, дорогое вино и еда манили их своими ароматами а мягкие перины и золотистые подушки твердили им о том что нужно остаться еще на небольшое время. Но вот спустя два часа, проведенных в стенах борделя, они вышли на улицу, увидев на дороге десять солдат, стоявших перед входом в один ряд, словно ожидающих их. На улице уже была глубокая ночь, и в кустах, растущих здесь, был слышен треск насекомых, проснувшихся от дневного сна. Из этой десятки вперед вышел один, чуть повыше остальных и по росту, и в плечах солдат. Из поясного кармана он достал свернутый и перевязанный бечевкой свиток и развернул его. Солдаты, прекрасно проводившие время в стенах городского борделя, собрались в кучу, пытаясь не делать резких движений. На их лицах проступил холодный пот, а ноги как будто бы обмякли, став ватными. Двое солдат из десятки вышли из строя и направились внутрь борделя, вероятно, для того, чтобы убедится, все ли солдаты покинули эти стены. Убедившись, что внутри было пусто, они вышли на улицу и встали обратно в строй.

– За нарушение приказа короля Райгара и неповиновение его воле, а так же самовольное поведение и покидание сторожевого поста крепости, вы приговариваетесь к высшей каре и будете повешены за измену… Схватить их! – крикнул сир Марин выступивший в роли командира ночной стражи и тут же солдаты, стоявшие в строю, попытались скрутить отдыхавшую в борделе группу.

На свое удивление, они, испугавшись акта возмездия, обратились в бегство. Два убежали в темные переулки, а двое обратно в бордель. Тех, что на улице, быстро поймали. В городской темноте они забрели в тупиковые переулки, и стража быстро настигла их, взяв в плен. Внутри стен борделя солдаты продвигались все глубже и глубже. В комнате, где они отдыхали, было окно с видами на городскую площадь, быть может, от туда им удастся сбежать. Вдруг Люсьен, почуявший неладное, вышел в холл и увидел двух солдат, бегущих вдали.

– Что здесь происходит?! – крикнул он, как вдруг один из бежавших остановился и, достав из пояса кинжал, пригрозил Люсьену вспарыванием глотки, если тот не заткнется.

Он, послушно повинуясь им, умолк.

– Отсюда есть другой выход! – спросил солдат, державший на острие кинжала хозяина борделя.

– Есть, конечно, как раз на такие случаи. – ответил Люсьен.

– Ну так веди, живо! – крикнул солдат.

Люсьен, гонимый стремлением стражников поскорее скрыться от погони, помчался вперед, ведя за собой растерянных солдат. Они проходили комнату за комнатой, коридор за коридором и, наконец, дошли до чулана. Бордель был и впрямь большим, не зря он назывался большие просторы.

– Ну куда дальше?

– Вот за эту дверь и вниз по лестнице. – сказал Люсьен, как вдруг преследовавшая беглецов королевская гвардия ворвалась в комнату и принялась окружать их.

Один от неожиданности попытался вступить с ними в бой, обнажив свой меч, но был быстро обезврежен, получив несколько сильных ударов по ребрам и ногам. Второй в поднявшейся суматохе спрыгнул вниз по лестнице, толкнув Люсьена в толпу стражников. Спустя немного времени он спустился с лестницы и, пройдя по короткому коридору, очутился в одном из переулков под борделем. С двух концов переулка послышались крики подступающих стражников и свет факелов. В темноте он заметил тихо спавшую на земле бродяжку. Он подошел к ней и крепко схватил за волосы, разбудив ее. Тем временем стража перекрыла переулок и окружила дезертира, взявшего в заложники мирную женщину.

– А, ну назад! – крикнул он. – А не то я вспорю ей горло!

Вдруг с крыши борделя прилетела стрела, пробившая ногу дезертира насквозь. Он от сильной острой боли упал, выронив кинжал, а женщина благополучно убежала, скрывшись за спинами городской стражи. Его, обезоруженного и раненого, наконец таки удалось поймать. Теперь его ждет справедливый суд. Затем все закончилось, а войны, оставив несколько монет хозяину борделя за беспокойство, зашагали в крепость, уводя с собой пленных братьев по оружию. На следующее утро король Райгар казнил провинившихся солдат, решивших покинуть свой караул и поразвлечься в борделе.

По истине суровое наказание для всякого, кто осмелится не подчинится или ослушаться приказов короля, но это было необходимо. После начала войны правила, распространяющиеся на солдат, были изменены и усилены, превратившись в требовательные и суровые своды законов и присяг. Теперь оставление караула и неповиновение приказам короны расценивалось как измена родине и каралось тем, что было описано выше. Райгар был великодушным, но суровым правителем. Именно такой государь способен удержать власть и порядок в своем царстве, сжимая в одной руке крепкие розги, подгоняя ими иногда свое стадо, а в другой кусок мяса, давая его как награду за верную и хорошую службу. Вскоре после казни их тела были сожжены и закопаны за городскими стенами в безымянных могилах, о которых никто никогда не узнает. Этим утром город посетила делегация музыкантов из Алатаса, гастролировавших по всему Элситару и давая концерты в разных городах. Огни столицы, так называлась группа музыкантов, выходцев коллегии бардов из Дренадара. Их песни в основном позиционировались на свободе слова и агитации военных конфликтов, против которых выступали барды. На въезде в город им провели тотальный осмотр всего содержимого и привозимого ими с далеких земель. Стражник в прочной кольчужной рубахе с мечом на перевес направился к одной из шести карет и заглянул туда внутрь. Внутри сидел вытаращившийся на него бард в оранжевом одеянии и дама, которая, сидя за зеркалом, укладывала на себя макияж.