Чтение онлайн

Краем глаза заметила, как побледневшего Дэйма сменил невысокий и крепкий мужичок, насколько я поняла один из тех, кого Крост должен был найти.

— Рыжая, ты только полог держи! Сейчас народ подтянется, мы полностью огонь отрежем! — скомандовал староста Лесной.

Это мой был план! Мой! Это я хотела так сделать и уважение жителей Лесной заслужить! А теперь вроде получалось, что я и не при делах вовсе… так, всего лишь распоряжения мужика с громовым голосом выполняю.

Господин Оларт до последнего держался, с другой стороны уже несколько человек сменилось, а он всё плетения из рук не отпускал. Безрассудное упрямство, Пока я уже не гаркнула на него, чтобы другим позволил героизм проявить, он бы до полного магического истощения себя бы довёл.

— Всё, рыжая, молодец! — хлопнула меня по плечу господин Брай, плетение из рук выскользнуло, а сама я в полог полетела. Я и так еле на ногах держалась, а хлопок, хоть и дружески-одобряющий был, но весьма ощутимый. Магическому контуру близкое знакомство со мной не понравилось, и он меня назад откинул, прямо на старосту Брая. — Ну ты чего? На ногах не стоишь, что ли? Чахлая ты какая-то, рыжая.

— Да хватит уже обзываться! Проявите уважение, — ткнула ему куда-то под нос родовое кольцо.

— Ты гляди, — ни на грамм не добивалось уважения в голосе господина Брая, — власть поменялась. Так вы сюда, ваша милость, сами решили пожаловать или вас благородная леди Саэра выперла, в надежде, что вас тут балкой какой случайно придавит?

— Воды принесите сперва, а после и поговорим, — недовольно прищурилась на слишком смелого старосту.

Господин Брай был высокий, широкоплечий, крепкий такой, как многолетний дуб, который своими корнями прочно в землю вгрызся и даже самая страшная буря его устойчивости не лишит. Крупные черты лица, взлохмаченные тёмные волосы — не уважаемый глава Лесной, а разбойник с большой дороги. Да и не старый он совсем, просто жизнь непростая свой отпечаток наложила и суровых складок около мужских губ и на лбу нарисовала.

Воду принесли. Мои сопровождающие, без чьей помощи я бы в жизни полог не установила, поближе ко мне уселись, и мы дружно любовались догорающими строениями, под рухнувшими крышами которых была похоронена надежда на сытую зиму всей Лесной.

Уставшие люди, которые не один час с огнём боролись, тяжело склонив головы, начали разбредаться. Один лишь господин Брай, не сломившийся под гнётом обстоятельств, рядом остался, но и разговор не спешил начинать.

— Что же вы, уважаемый, молчите теперь? — хотелось мне у него насмешливо спросить, но я настолько устала за этот день, что даже на ехидство сил не осталось. — Рассказывайте, как такое получилось? Охрана была?

— Так вы теперь, значит, главой рода стали? — вынырнул староста из своих мыслей, и во весь свой немалый рост надо мной навис, словно я в чём-то виновата была.

— А вы что-то имеете против? — с трудом с земли поднялась и с таким же трудом спину до боли выровняла. А то как-то не сподручно было с господином старостой разговор вести, подавлял он, и фигурой своей, и взглядом, и опытом ведения хозяйства, тоже легко меня за пояс заткнёт.

— А от моих слов что-то изменится? — устало растёр он лицо, а мне на мгновение совестно стало. Мужику и так досталось, вымотался весь, на нервах… а здесь очередная напасть в моём лице свалилась на его голову. Ну, ничего, он крепкий, сдюжит, меня же неприятности тоже не жалеют и по строго установленному графику не приходят. — Я не первый год должность старосты занимаю, как-нибудь и к новой хозяйке притрёмся.

— Надо не «как-нибудь», а ответственно и с душой, уважаемый. Работы у нас с вами до бездны просто.

— Работы всегда много у тех, кто с земли живёт, — хмыкнул Брай, — это вам теперь, милостивая госпожа, спину можно не гнуть, да вёдра тяжёлые не таскать, в бархат да шёлка нарядившись, в окошко смотреть и чай со сладостями пить, о принце вздыхая.

— На бархат и шёлк сначала заработать надо, а для этого у людей силы должны быть и уверенность в будущем, — мне совершенно не хотелось спорить со старостой, но приходилось. Как-то он совершенно недружелюбно настроен был, а мы ведь в Лесную на всех парах мчались, помочь спешили.

— Что? Уже всё запасы извели и вам на платье не досталось?

— Слушайте, уважаемый, вы не тот объект для своего сарказма выбрали! И разговор не с того начали! Простого «спасибо» для начала было бы достаточно!

— У Сорка всегда проблемы были с выражением благодарности, — пришёл мне на помощь в сложных переговорах Дарт, чёрной тенью появившейся на фоне стихающего пламени. — Ты язык-то свой придержи! Элька так за беду Лесной распереживалась, что с испуга лесную тропу открыла, чтобы на помощь вам успеть. У неё в Жемчужном гадюки под замком сидеть остались, да красавчик белобрысый, а она всё веселье бросила и сюда помчалась! Тебе, дураку, на помощь. Так что гонор свой убавил, хозяйке поклонился и от всей души поблагодарил! — для большего разумения Дарт ещё ощутимо так господина Брая по плечу своей палкой приложил.

— Господин Дарт, что с людьми? Много раненых? — спрашивать, есть ли погибшие мне страшно было. Да и разговор перевести тоже не мешает, а то уж больно сильно мы на старосту давить начали.

— Всем помощь оказана, леди Эллия, как вы и велели. Если бы вы не распорядились взять зелья и травы из замка, то пришлось бы туго, — непривычно почтительно Дарт ответил, умудрившийся в несколько предложений всё мои заслуги уместить. — Погибших, слава Богам, нет.

— Вот и отлично, отрадно это слышать, — качнуло меня в сторону, судя по всему, обещанные побочные эффекты от корня маргуса начали проявляться. — Итак, господин Брай, староста Лесной, раз с людьми всё в порядке, давайте поговорим о важных вещах…

— Давайте, ваша милость сначала поест, выпьет сладкого отвара, а заодно и поговорим, — нахмурился на моё состояние не изменяющий себе господин Сорик, то есть, извиняться он и не собирался. — Вы что-то совсем неважно выглядите, да и шатает вас, того и глядите, в обморок шмякнетесь, тогда уж точно не до разговоров будет.

Без всяческого уважения к моей персоне, он меня под руку подхватил и в сторону домов потащил. Господин Оларт с другой стороны поддержку оказал, и я буквально на руках у мужчин повисла, потому что странным образом у меня ноги отказались слушаться, а потом и руки чувствительность потеряли, и тело словно у тряпичной куклы стало.

— Дарт… — с ужасом на старика уставилась, который с беспечным видом рядом шагал.

— Я тебя предупреждал про откат, — зыркнул он в мою сторону, — до утра пройдёт.

Онемение до шеи добралось и остановилось. Страшно было до ужаса! В жизни больше этот корень есть не буду.

В самой большой комнате дома старосты, которая одновременно и кухней, и столовой была, меня на лавке удобно разместили, предварительно ту к стене подвинув, подушки по бокам подложили, считай, я на мягком троне восседала, только вот не чувствовала ничего. Светловолосая Мерья, жена старосты, меня заботливо напоила сладким отваром, и весь детский сад, который под её присмотром и ещё нескольких женщин был, из комнаты непреклонным тоном вымела. Дарт с господином Олартом что-то Браю втолковывали, потом староста из дома вышел и вернулся в сопровождении нескольких мужчин и женщин, если я правильно поняла, с самыми почётными жителями Лесной.

— Леди Гэррош, — вразнобой приветствовали они меня. — Нам Дарт всё рассказал, и мы хотим принести вам свою благодарность, что откликнулись на нашу беду.

— А как же иначе, уважаемые, мы же с вами в одной лодке, у нас и радость и горе общее, — милостиво кивнула на их слова и тяжёлым взглядом на старосту уставилась.

— Прошу меня простить за необдуманные слова, леди Гэррош, — склонил свою лохматую голову Брай, — я позволил себе наговорить лишнего и готов принять любое наказание.