Чтение онлайн

— И что, по твоему мнению, может ей стать?

— Выслушать тебя, не набив прежде морду! Давай уже, отпусти меня! Не стану я бросаться. По крайней мере, в ближайшие минуты.

— Премного благодарен, — я снял заклинание, и тело тифлинга пошатнулось от обретения полного контроля над ним.

— Радуйся, пока добрый. Святые боги, как же всё затекло!

Меня удивило данное выражение. Не думал, что услышу про богов от тифлинга. Да… мир непредсказуем.

Аргондарион начал разминать шею. Затем привёл в порядок перевязь и надел её, поднял свою накидку, стряхнул с неё грязь и, закутавшись с ног до головы, стал удаляться.

— Я надеялся, мы договорились о том, чтобы ты меня выслушал! — крикнул ему вслед.

— Так не стой, как дуб посреди поля! Если я тебя правильно понял, тема нашего разговора не для посторонних ушей. Иди за мной. Только держись на расстоянии. Не хочу, чтобы нас видели вместе, некромант.

— Моё имя Магнус. Но тебе же всё равно.

— Ты прав. Мне безразлично, как тебя зовут. Не отставай, — мой проводник растаял в тени дома.

— За что угораздило так вляпаться… — я поднял глаза к небу, но не найдя ответа, двинулся вперёд.

[1] Замри

Магнус

Я следовал за тифлингом по пятам. Казалось, что мы уже раза три обошли квартал наёмников разными мыслимыми и немыслимыми путями. Он путает следы или хочет, чтобы я отстал? Не дождётся.

После получаса таких блужданий, когда у меня уже возникло желание окрикнуть его и спросить, чего он добивается, Аргондарион наконец остановился перед одноэтажным, совсем небольшим домом с парой окон. На деревянной вывеске над дверью было написано «Выделка шкур». Исчерпывающе.

— Люблю краткость и чёткость, — ответил владелец, заметив, мою ухмылку. — Во всём. Заходи и будь как в гостях.

— Почему-то я именно это и ожидал услышать. На большее и не рассчитываю.

— Вот и правильно.

Я зашёл в дом сразу после него и закрыл дверь, попав в помещение, совмещающее в себе мастерскую и спальню. Справа от входа стоял большой чан, где отмачивались шкуры; рядом с ним находился станок, при помощи которого удаляется мездра. Чуть дальше этого приспособления возвышалась стойка с разложенными на ней ножами разной формы и длины. У левой стены виднелись несколько шкур, растянутых на правилках. Чучел, как и говорил кузнец, я здесь не увидел.

В дальнем углу комнаты лежал покрытый одеялом широкий матрац. В метре от него стоял стул, придвинутый к круглому небольшому столу.

Тифлинг снял свою перевязь и аккуратно поместил её на стойке среди остального холодного оружия.

— Если ждёшь подноса с вином, сыром и прочими закусками, — пришёл не по адресу. Говори суть проблемы или убирайся восвояси. А если не знаешь, с чего начать, — начни с начала, — он отпил воды из кувшина, стоявшего на столе.

— Позволь, я расскажу основную часть очень длинной истории. Иначе мы с тобой просидим здесь пару дней точно.

— Чем короче, тем лучше для нас обоих. Я весь во внимании.

— То, что ты услышишь, — правда, без каких-либо преувеличений и приукрашиваний. Мне нет смысла врать, — я подошёл ближе и облокотился о колонну, стоявшую в центре помещения. — Много тысячелетий назад на Гераксисе появилась самая малочисленная раса во многих вселенных — фениксы. Известно всего о паре представителей. Один из них — Евангелис — дал о себе знать несколько столетий назад. Потом рассказал, что он не один, и где-то существует ещё женщина.

За ней начали охоту все, кому не лень, когда стало известно, в какой степени эта раса владеет огнём. Особенно демоны, каждый из которых хотел получить от неё ребёнка. Как понимаешь, это было бы дитя невиданной силы под управлением самого коварного и жестокого существа во вселенных.

Не так давно одному демону — Андору — всё же удалось поймать долгожданную добычу. Но тогда открылась самая необычная способность фениксов — перерождение. Грандиозные планы несостоявшегося захватчика миров рухнули, когда девушка сгорела в своём пламени. С тех пор прошло двадцать лет.

— Никогда не слышал об этом. Тёмный я, однако… мне не понравилось, как прозвучала фраза, — тифлинг сел на стул, откинулся на спинку, и та заскрипела. — Осмелюсь предположить, рассказ имеет продолжение, раз ты явился?

— Да. Всё сложилось так, что на днях я нашёл её. Сейчас она живёт у меня, набирается сил, обучается с нуля и вспоминает, кем была. Потому что, как оказалось, после перерождения фениксы всё забывают и становятся беспомощными. В данном случае всё осложнилось тем, что Евангелика…

— У них что, имена почти одинаковые? — Аргондарион негромко хмыкнул. — Как банально.

Я не стал комментировать это замечание.

— …Евангелика возродилась на Земле. Там никогда не было и нет магии, поэтому всё, что девушка узнаёт здесь, ей в новинку. Она, конечно, смелая и бойкая… — я вспомнил нашу первую встречу и не сдержал лёгкой улыбки, которую скрыл, повернув голову к окну. — Но пока не освоит хотя бы часть способностей, она в опасности. И я уверен, что Андор уже знает о её появлении на Гераксисе. Но ждёт удобного момента для нападения. А теперь, вкратце посвятив тебя, перейду к главной проблеме. Я попросил колдуна, владеющего огненной магией…

— Они же сумасшедшие! Почему я уверен, что как раз из-за этого ты в моём доме? У тебя мозги на месте?

— Он — мой друг. Мы с ним прошли через многое, и я ему полностью доверяю. Но недавно он поддался своему любопытству и совершил ошибку. Оказывается, что фениксы могут впадать в особый транс. Когда они погружаются в него, их тень отделяется от тела и может путешествовать по мирам. Но перед этим попадает на…

— Кхар’зоккс. Это мне известно, и, кажется, догадываюсь, что ты хочешь сказать. Она там застряла?

— Ты умнее, чем я считал.

— Попрошу не грубить, некромант. Не один ты читаешь умные книги. То, что тень или дух может самостоятельно не выбраться с того мира из-за избытка магической энергии, которую получило тело, написано много где. Но также знаю, что ты бы с этим справился в два счёта. Следовательно, есть иная причина, почему так вышло. Просвети, мне интересно.

— Страж того мира не отпускает тень и хочет, чтобы я пришёл за ней сам. Я был уверен, что это невозможно. Но мой учитель рассказал про вариант с кровью тиф… твоей. Сказал, что она открывает врата и позволяет пройти в них живому. Ещё от него я узнал, для чего этот мерзкий пожиратель духов поставил столь трудновыполнимое условие.