Чтение онлайн

Гордеев пообедал, принял душ и растянулся на постели.

Итак, что получалось? Убийство? Нет.

Это был несчастный случай. Даже не ДТП. Дурацкий несчастный случай. Ментов в тупик поставило, что, согласно свидетельским показаниям и тормозным следам, Малафеев сам был виноват в аварии. А почему уехал «мерседес», раз был не виноват, они в толк взять не могли. Вот и обратились за помощью в адвокатскую контору. Ситуация была щекотливая с юридической точки зрения. Нужна была квалифицированная независимая оценка происшедшего. Малафеев гнал на бешеной скорости. Сам виноват. И что теперь делать, чтобы спасти честь мундира, гадали местные перцы в погонах?

А «мерс» удрал потому, что в ДТП Малафеев виноват не был, потому что это была подстава, грамотно организованная и срежиссированная. Просто на этот раз они попали впросак. Во-первых, невольно убили человека, к чему конечно же не стремились. И во-вторых, если бы не убили, то нарвались бы на живого оперативника уголовного розыска.

Телевизор в номере не работал. Для разнообразия Гордеев включил радио.

Только-только закончилась очередная песня. Мужской голос сказал:

— Даже если вы ложитесь спать в девять вечера, просыпаетесь в семь, и так уже лет десять, нет никакой гарантии, что за окном не расцветет ядерный гриб, не пронесется огромная волна и коварные инопланетяне не ограбят вашу машину. А потому…

— Тьфу-тьфу, — тут же сказал Гордеев, вспомнив все недавние автомобильные приключения. И выключил радио.

Варенцов внимательно посмотрел на кровоподтеки на лице своего радиоведущего, но по этому поводу ничего не сказал. А может быть, он уже все знал.

— Поздравляю с первым эфиром. Слушал и впечатлен. Это не совсем то, чего мы от вас ждали, но мне нравится, когда меня удивляют. — И тут же пригласил Валентина поужинать. — За городом открылся французский ресторан, — объяснил он. — Я там еще не был, но мне нахваливали. Давайте съездим?

— Я не против, — сказал Валентин.

Они сели в серебристый «сааб», но уехать не успели, потому что возле машины вдруг появилась женщина лет пятидесяти со скорбным выражением лица, черными волосами и носом с горбинкой.

— Я к вам, — сообщила тетка с небольшим кавказским акцентом. В руках у нее была авоська, из которой высовывались яблоки и пучки зелени.

— Я понял, — несколько удивленно сказал Варенцов.

— Вы же из Москвы? — деловито спросила тетка.

Варенцов кивнул.

— Значит, так. Совсем недавно у меня произошло что-то в области живота.

— Не понял? — удивился Варенцов.

— Сильно болел, — объяснила тетка. — Моя кошка Пифочка весь вечер была рядом. Если я ходила, она ходила за мной, требуя, чтобы я села. Как только я садилась, она тут же ложилась на область живота, где болело. Наутро все прошло. Я потом в знак благодарности сшила Пифе домик. Вот.

— И что? — сказал совершенно обалдевший Варенцов.

— Я хочу, чтобы вы прописали об этом в газету. А еще лучше — по телевизору рассказали.

— Но я не журналист, — сказал Варенцов. — Я бизнесмен.

Тетка внимательно посмотрела ему в глаза.

— Вы из Москвы?

— Да…

— Тогда сделайте то, о чем я вас прошу!

Варенцов беспомощно посмотрел на Валентина.

— Мы постараемся, — пробормотал тот, презирая себя за то, что приходится так бессовестно врать. Объяснить что-то этой женщине было невозможно, да, наверно, это было и ни к чему.

— Ну я пойду, — сказала тетка, — еще увидимся.

— Рехнулась бедняга, — не без облегчения прокомментировал Варенцов. — Я ее знаю, местная сумасшедшая. В гостинице бесплатно живет. Песни поет. Она в Ингушетии в заложниках в какой-то больнице оказалась, ну и… Переехала сюда, вроде у нее тут какие-то родственники были, но никого не нашла. Одинокая.

— И много здесь таких?

— С десяток семей. Слава богу, для них работа нашлась — на химфабрике. Но это частности. Возьмем, например, Португалию.

— А что Португалия?

— Португалия находится на краю Евразии, она дальше от центра Европы, чем Прибалтика, Чехия, Венгрия. А значит, все их товары будут дороже, потому что приходится дальше везти. К тому же в ней уровень образования довольно низкий — там больше десяти процентов населения до сих пор не умеют читать, вдумайтесь! Но уже сейчас у них жизнь намного лучше, чем в России! Когда в семидесятых годах Португалия потеряла все колонии, оттуда бежали больше миллиона человек. Население у них тогда было девять миллионов. Но страна приняла всех этих людей и обустроила. И я не понимаю, почему Россия не сделает то же самое с теми русскими, которые хотят приехать из других республик?! С Северного Кавказа, наконец?! Ведь эти люди пережили войну и лишения, и теперь они будут работать с двойной энергией!

— У вас государственное мышление, — уважительно сказал Валентин.

— Возможно, — после паузы сказал Варенцов.

Через полчаса они сидели в укромной нише за столом мореного дерева, на скамьях с высокими спинками. Скатерть из толстой парчи тяжело спадала на колени. Поверх официант постелил другую — полотняную. Кабинет был тускло освещен красным стеклянным фонарем, свисавшим с низкого потолка на массивной цепи. Их окутывал теплый, влажный воздух, насыщенный ароматами сигар, крепкого кофе и жареного мяса.

— В нашем ресторане отличные улитки! — хозяин заведения поклонился.

— Да, вчера одна из них меня обслуживала, — кивнул Валентин, а Варенцов засмеялся.

— Так вы у нас не впервые? — растерянно спросил хозяин.

— Это шутка, — объяснил Варенцов. — Мы у вас впервые и рассчитываем на ваше гостеприимство.

Валентин вытащил смятую пачку сигарет, но передумал и сунул в карман.

— Знаете, я ведь был игроком, — сказал Варенцов несколько минут спустя. — Страшным игроком. Все деньги на блек-джек и покер спускал. До рулетки даже не добирался. Конченый человек. Так многие считали. Но я нашел выход. Угадайте какой?

— Наверно, сделали так, чтобы вас перестали в казино пускать. Например, въехали туда на машине.

У Варенцова вытянулось лицо.

— Кажется, я знаю вашу историю, — объяснил Валентин.

— Откуда?

— Магистр Роберт просветил.

— Вот как, — протянул Варенцов. — Кажется, я все-таки зря на это трепло деньги трачу.

— Не трогайте его, — вступился Валентин. — Он же безвредный.

— Вы полагаете? Ну что ж… Кое за что я ему, конечно, благодарен, не стоит забывать. Это ведь он надоумил меня купить радиостанцию. Пристал как банный лист — радио, говорит, сильная вещь, и все тут.

— А как вам удалось заполучить частоту?

— Ну, — широко улыбнулся Варенцов. — Почему вы не спрашиваете, как мне удается заполучить того или иного артиста? Вот скоро в Россию приедет один армянин — потрясающий скрипач. Виртуоз. Угадайте, где он будет первым делом выступать? То-то же.

Некоторое время они ели молча. Потом Варенцов сказал:

— Валентин, я хочу задать вопрос. Вам приходилось нарушать закон?

— Как и всем, наверно, — легкомысленно ответил Валентин.

— Ну так уж и всем.