Чтение онлайн

Еще несколько лет назад Юми спокойно обеспечивала себе скромную, но безбедную жизнь. Доходов с рисования вполне хватало — сетевые рукоблуды вечно хотят свежатинки, и многие готовы за это доплачивать. Со времен запрета «живого» порно художникам было раздолье. Юми даже туристические поездки себе позволяла. Побывала на трёх планетах — это в три раза больше, чем большинство людей. Видела столько всего нового и интересного, что до сих пор приятно было вспоминать.

А потом на неё свалился корабль. Так уж сложились обстоятельства. Художница буквально прыгала от счастья. Вот она, свобода! Лети куда хочешь! Это же во скольких местах можно побывать, сколько всего увидеть? Бессонными ночами Юми придумывала себе новые и новые цели, и не было предела полёту мечты. Тогда же родилось название — «Кицунэ», и появилась серия картинок с мифологической лисичкой.

Свидетельство пилота давно было на руках, практики тоже хватало. Юми уже начала было собираться в путь, как вдруг пришел Технадзор. У вас, говорит, орудийные установки, модель такая-то, общим числом две, закреплены снаружи. А надо чтобы полностью убирались в спонсоны. Переделайте, пожалуйста. А не то отзовём сертификат лётной годности, или вообще конфискуем корабль, и плакала ваша мечта.

Пришлось делать. На модификацию ушла вся заначка — приличная сумма денег, отложенная «на себя любимую». Потом оказалось, что топливо стоит денег, фильтры стоят денег, а стоянка на Хабе-3 стоит таких денег, что лучше и не вспоминать. Корабль съедал все финансы и просил еще. Пришлось искать работу, какой-нибудь груз куда-нибудь.

Но умные люди объяснили: девочка, ты тут не одна такая, с кораблём и глупыми мечтами. За место под звездами придётся бороться.

И Юми старалась. Как могла. Брала мелкие грузы по невыгодным маршрутам, непонятно откуда — непонятно куда. Совсем уж явным «контрабасом» брезговала, но в легальности пары рейсов сомневалась до сих пор, и старалась лишний раз о них не вспоминать. Даже купила пистолет, на всякий случай. Со временем появилось несколько маршрутов, которые принадлежали «Кицунэ» и только ей. Те же армкорповские шахты, например. Появились и деньги, баланс вроде бы выровнялся, но Юми все равно сводила концы с концами только потому, что не переставала рисовать — корабль отнимал кучу времени и едва обеспечивал себя.

Но бросить глупую мечту никак не получалось.

Потому и схватилась за несложную и вроде бы легальную подработку с этим Виктором. Отложить хоть пару тысяч. Потом может еще как-нибудь повезет — и еще пару. И может быть, когда-нибудь…

Юми поняла, что сейчас заплачет. И огромным, чудовищным усилием воли заставила себя переключиться на навигацию. Курс сам себя не проложит. Нужно работать, выбора нет.

* * *

Прыжок назначили на следующее утро — от планеты-гиганта лучше улететь подальше, его огромная гравитация на что-то там пагубно влияет. Виктор не стал вдаваться в детали, у него своих дел было по горло. С родной планеты он сбежал налегке, без сумки, чтобы люди Дона ничего не заподозрили. Взял только то, что можно распихать по карманам куртки. Носки, трусы, расческу и бритву. И на всём этом существовал уже больше недели. Сам, конечно, мылся каждый день, но одежда уже попахивала. Пора принимать меры — Юми вон уже нос воротит, а на станции придётся иди на встречу с богатым и уважаемым человеком. Они бывают куда вреднее, чем космическая художница.

Виктор безжалостно истратил всю воду в душе — отмылся, побрился и худо-бедно постирался. Штаны признал годными — не хватало еще голым ходить, пока всё сохнет. Носки и трусы проблем не вызвали. А вот со стиркой рубашки в микроскопическом рукомойнике пришлось повозиться. И всё без порошка, обычным мылом. Это единственное, что он смог опознать в душевой. Юми летала одна, и шкафчик под банные принадлежности был чисто женский — тысяча баночек непонятно для чего.

Разложил всё постиранное на кровати — пусть сохнет. И в одних штанах, босиком потопал разогревать обед.

Из лифта появилась Юми. Прошлась оценивающим взглядом по голому торсу Виктора и выразительно фыркнула.

— Ну прости, — усмехнулся Виктор. — Со спортом у меня «пакт о ненападении» уже пару лет как. Я не трогаю его, он — меня.

— Зато с душем, похоже, подружился, — проворчала художница. — Опять истратил всю воду? Теперь целый день ждать, пока отфильтруется.

Вода на космических кораблях используется по нескольку раз. Даже из отходов жизнедеятельности выделяют воду, в том числе питьевую. На планетах так заморачиваются только в самом крайнем случае, а в космосе это в порядке вещей. На «Кицунэ» была вполне приличная система, но работала она как-то медленно. По прикидкам Виктора, полный экипаж был семь человек — три двухместные каюты и одноместная капитанская. Система должна быть рассчитана соответственно. А реально на борту двое, и вода постоянно кончается. Скорее всего, фильтры уже старые, а новые купить художницу жаба давит.

— Ну извини, — сказал Виктор. — Надо было привести себя в приличный вид, мне ж в люди выходить.

— И это ты называешь приличным видом? — усмехнулась Юми.

— Однажды одного крутого типа спросили — какой прикид самый крутой?

— И что он ответил?

— «Тот, в котором я рассекаю, конечно».

— Похвальная уверенность, — рассмеялась Юми. — Кстати, я тут придумала, как нам время сэкономить.

— В смысле? — удивился Виктор и замер с банкой консервов в руках.

— После прыжка отправим сигнал на станцию. По идее, мощности передатчика хватит. Можно даже видео, если ты так в себе уверен. Расскажешь, какое у тебя к этому богатею дело. А потом или пошлют, в чем я лично не сомневаюсь, или…

— Будем надеяться на лучшее, — вздохнул Виктор, и отправил банку в «разогревалку».

Он сам не был уверен в успехе. Но время уже нужно было экономить.

* * *

Со слов Юми, при прыжке самое главное — начало. Есть определенный период, когда все должно работать идеально, чтобы физика процесса не устроила локальный конец света. Для кораблей размером с «Кицунэ» это секунд тридцать. А потом хоть вообще электричество выключай — корабль всё равно выпадет куда нужно. Скорее всего, художница специально пугала Виктора космическими ужасами. Но проверять не хотелось.

Прыжок был не похож на предыдущий. Сначала долго висели без тяги — минут двадцать «ловили маяк». Потом дрожь, рывок… и полчаса неспешного покачивания, будто на большом судне в море. Организму Виктора это не понравилось. Совсем. Даже хуже невесомости. И хуже причаливания к станции, если что-то вообще может быть хуже. Не стошнило — и на том спасибо.

Как только корабль вывалился в новую систему, Юми принялась восстанавливать навигацию. Оказалось, что это длительный и муторный процесс. Виктора она отправила с глаз долой в каюту приводить себя в порядок. Хорошо хоть сила тяжести появилась — корабль временно нацелили всё равно куда и дали тягу. Космос большой, за пару часов ничего не случится.

Глава 6

В каюте царил беспорядок. Даже с минимумом вещей как-то получилось его создать. Одежда спокойно лежала на кровати сушились — на первый взгляд всё нормально. А потом случилась невесомость. Виктор об этом знал заранее, но «планетный» образ мышления не позволил связать одно с другим. В итоге минут пятнадцать собирал по каюте разлетевшиеся вещи. И всё равно из четырёх носков нашел три. Юми решил ничего не говорить — засмеёт.

Через полчаса Виктор в чистой, но слегка мятой рубашке сидел в кресле перед камерой.

— Рубашку мог бы и погладить… — ворчала Юми, копаясь в настройках записи на маленьком сенсорном экране.

— Высохнет до конца — сама обомнётся как надо.

— … и вообще, для таких случаев надо бы иметь пиджак…

Кажется, ответы её не волновали, она ворчала ради самого процесса.

— Пиджак я не носил ни разу в жизни, — сознался Виктор. — И страшно горжусь этим.

— А выпускной в школе? — наконец отреагировала художница. — В универе? Если ты там учился, конечно, а то по тебе не скажешь.