ЖАНРЫ

Последняя тайна Консорциума. Том 1
Шрифт:

— Это немного, — улыбнулся Виктор. — И по деньгам, и по шансам. Но всё же значительно больше, чем гарантированное «ничего».

Шульц хотел что-то ответить, но вдруг резко повернулся в кресле. Вернулась Юми. Не иначе насмотрелась на стеллажи и прибежала обратно задавать вопросы. С очками на носу вид у неё был немного смешной.

— Вас что-то интересует, юная леди? — спросил Шульц. Встал с кресла и чуть ли не выбежал из-за стола.

— Там есть такая… картина, — взволновано ответила Юми. — И я хотела спросить…

— О, конечно же. Я к вашим услугам, всё расскажу и покажу, — ответил Шульц. — Пойдёмте.

Они направились к стеллажам, прямиком к «куску стены». Виктор понял, что про него забыли, со вздохом встал с кресла и потащился следом.

Конечно же, художницу заинтересовал рисунок. С середины кабинета его было не разобрать — краска потускнела от времени, а освещение было излишне ярким — но вблизи на «куске стены» совершенно явно различался силуэт, похожий на человека, практически в натуральную величину. Он стоял прямо, раскинув руки. И рук было четыре.

— Я сначала подумала, это что-то вроде «Витрувианского человека», — торопливо объясняла Юми, поворачиваясь то к рисунку, то к Шульцу. — Тем более он довольно схематичный. Но потом увидела вот тут и тут…

Палец художницы указал куда-то в грудь человеку на рисунке. На почтительном расстоянии, артефакт всё-таки.

— Продолжайте.

— Видите, как мышцы расположены? — протараторила Юми. — Плохо прорисовано, но всё равно получается, что у него…

— … четыре руки, — закончил Шульц и улыбнулся. — Да, такими они были. Похожи на нас, только ростом выше. Взрослый мужчина около двух метров. И четыре руки, да. Удивительно, как вы сразу это разглядели, по одному рисунку.

Юми смущенно заулыбалась.

— Ах да, вы же известная художница, — вспомнил Шульц. — А художнику нужно знать анатомию.

«Художница, да» — подумал Виктор. — «Но ты-то откуда это знаешь?»

Он не стал ничего говорить вслух.

— Как интересно, — восхищалась Юми, снова глядя на рисунок. — А еще что-нибудь подобное есть?

— Была статуэтка из белого камня, тридцать шесть сантиметров, женская, — задумчиво ответил Шульц, быстро глянул на стеллажи, картинным жестом хлопнул себя по лбу и продолжил: — Но ушла с аукциона в прошлом месяце.

— Жалко…

— Должны были остаться фотографии из нашего электронного каталога. Мы делаем подробные описания каждого лота. Если разыщу — обязательно перешлю их вам.

— Это было бы замечательно, — захлопала глазками Юми. — Но у меня столько вопросов. Столько всего хочу узнать…

— Я к вашим услугам, юная леди, — ответил Шульц и изобразил лёгкий поклон.

— Даже не знаю, с чего начать, — задумалась девушка. — Целая цивилизация, а никто о ней ничего не знает. Нет, ну я где-то когда-то краем уха что-то такое слышала, но не более. И вообще, мы не одни во вселенной, это же…

— Главное открытие в истории человечества?

— Именно! — воскликнула Юми. — Это все должны знать! В школьных учебниках писать про это должны…

Виктор задумался. С «артефактом» он первый раз столкнулся уже на службе в полиции — в качестве объекта имущественного спора, и одновременно «тупого предмета», которым нанесли «средней тяжести вред здоровью». И по началу всерьёз думал, что это подделка, чтобы дурачить наивных людей с деньгами. Потом уже ребята из экспертного отдела рассказали, как оно есть на самом деле. А ни в школе, ни в университете «нечеловеческие цивилизации» не упоминались никак. Это Юми подметила верно.

— Ну что ж, я могу рассказать, — улыбнулся Шульц. — Но это длинная история, и боюсь утомить юную леди.

— Нет, что вы, я с удовольствием, — торопливо ответила Юми. — Это же так важно!

— О, это важнее, чем вы думаете. И связано с историей человечества гораздо теснее, чем принято считать. Давайте присядем…

Шульц указал на кресла. Виктор решил, что приглашение относилось и к нему, хотя было похоже, что Шульц обхаживает Юми, а про него уже почти забыл.

Все расселись.

— Я начну издалека, — сказал Шульц, удобно откинувшись в кресле и положив руки на подлокотники. — Начну с самого начала. С момента открытия.

Глава 8

Когда человечество, — начал Шульц, удобно откинувшись в кресле, — в виду различных причин, решило во что бы то ни стало стать «мультипланетным» и даже «мультисистемным» видом, от Старой Земли к разведанным экзопланетам, подходящим для жизни либо терраформирования, были отправлены транспорты с колонистами.

— Корабли поколений? — уточнила Юми.

Девушка смотрела на него с таким интересом, что Виктор аж поморщился. А Шульц продолжал:

— Использовались разные способы. Корабль поколений громоздок и невероятно дорог, а криогенный сон в то время был новаторской технологией с массой нерешенных проблем… Но это для нашей истории не важно. Все обитаемые системы были заселены именно тогда. Все кроме двух. И одна из них…

— Хаб, конечно же, — улыбнулась девушка.

— Вот видите, в каком интересном месте вам довелось родиться. Хаб заселили уже когда появились маяки. Именно ради маяка, ради логистики.

— А когда появились маяки?

— О, далеко не сразу. Сперва молодые колонии переговаривались между собой по сверхдальней космической связи. А потом на одной довольно удалённой планете, из числа самых ранних, совершили прорыв в понимании физики пространства.

— Открыли гиперпространство? — уточнил Виктор.

Просто вставил пару слов, чтобы о нём опять не забыли.

— Именно, — ответил Шульц. — И разработали маяк для навигации в нём. И даже испытали его.

— Но маяк же был всего один? — не понял Виктор.

— Улетели подальше и совершили прыжок обратно. Какая там минимальная дистанция, юная леди?

— Около трёх световых лет, — с готовностью ответила Юми.

Шульц поскрёб свой тщательно небритый подбородок и продолжил:

— И у них появилась великая цель. На той планете сформировалось достаточно странное технократическое государство. Сами себя они называли «Консорциум». Они верили, что технологии и научные знания приведут человечество к процветанию. Но увы, вся эта история — доказательство обратного. Гипермаяки настолько восхитили их, что они придумали себе великую цель — заново объединить разрозненное человечество, создать, как они говорили, «единое пространство»…

Поделиться с друзьями: