Чтение онлайн

Сэм кивнул в знак понимания и с легким сердцем отправился в свое странствие.

Незадачливый джентльмен, ставший злополучной причиной необычного шума и суматохи, разбудивших обитателей целого дома и описанных выше, проведя ночь в большом беспокойстве и тревоге, покинул кров, под которым еще почивали его друзья, не зная, однако, куда ему направиться. Превосходные и деликатные чувства, побудившие мистера Уинкля решиться на этот шаг, достойны самой высокой оценки и самой горячей похвалы.

«Если Даулер, — размышлял он, — вздумает привести в исполнение свои угрозы (а я в этом не сомневаюсь), то мне придется вызвать его на дуэль. У него есть жена; жена к нему привязана, и ее жизнь зависит от него. И если бы я в припадке гнева убил его, боже, меня бы потом замучила совесть!»

Эти мысли так терзали сердце гуманного молодого человека, что колени его колотились одно о другое, а лицо перекосилось от внутреннего волнения. Побуждаемый указанными соображениями, он схватил дорожный сак, крадучись спустился по лестнице, как можно тише запер за собой ненавистную дверь и вышел. Он направился к «Королевской гостинице», где застал карету в момент отправки в Бристоль. Полагая, что Бристоль отвечает его целям не хуже всякого другого города, он занял место и отбыл.

В Бристоле мистер Уинкль остановился в гостинице «Кустарник» и, решив отложить письменные сношения с мистером Пиквиком до тех пор, пока мистер Даулер не перекипит, вышел обозреть город, который поразил его невиданной им доселе грязью. Осмотрев доки, порт и собор, он спросил, как пройти в Клифтон, и направился по указанной ему дороге. Но как тротуары Бристоля — не самые широкие и чистые на земном шаре, так его улицы — отнюдь не самые прямые и наименее путаные; и мистер Уинкль, сбитый с толку многочисленными поворотами и изгибами, остановился и стал искать глазами какую-нибудь приличную лавочку, где бы он мог получить надлежащую справку.

Взгляд его упал на нижний этаж заново окрашенного дома. Красный фонарь, висевший над входной дверью, ясно указывал на то, что здесь живет практикующий врач, подтверждением чему служили слова «Врачебный приемный покой», начертанные золотыми буквами над окном помещения. Сочтя, что это подходящее место для наведения справок, мистер Уинкль вошел. Первая комната представляла собой маленькую аптеку с рядами выдвижных ящичков с золочеными ярлыками и множеством бутылок. Не найдя в ней никого, он постучал полукроной по прилавку, чтобы привлечь внимание людей, которые находились в задней комнате, очевидно являвшейся святилищем этого учреждения, как можно было заключить из того, что над дверью ее повторялись слова «Врачебный приемный покой», на этот раз, во избежание однообразия, начертанные белыми буквами.

При первом же стуке монеты доносившийся из-за стены шум, словно там фехтовали каминными щипцами, внезапно прекратился. При втором стуке в аптеку тихо выскользнул ученого вида молодой джентльмен в зеленых очках с огромной книгой в руках и, остановившись у прилавка, осведомился, что посетителю угодно.

— Мне очень совестно беспокоить вас, сэр, — сказал мистер Уинкль, — но не будете ли вы так добры указать мне...

— Ха-ха-ха! — расхохотался во все горло ученый молодой джентльмен, подбрасывая огромный фолиант в воздух и с замечательной ловкостью подхватывая его в тот самый момент, когда он грозил обратить в атомы стоявшие на прилавке склянки. — Вот так сюрприз!

Без сомнения, это был сюрприз, ибо мистер Уинкль до того был поражен необычайным поведением джентльмена врачевателя, что невольно отступил к двери, видимо крайне встревоженный таким приемом.

— Как, вы не узнаете меня? — воскликнул джентльмен врачеватель.

Мистер Уинкль пролепетал, что не имел удовольствия знать его.

— А! Значит, дело мое не безнадежно! — сказал джентльмен врачеватель. — Бог даст, я смогу обслужить половину бристольских старух. К черту этого заплесневелого олуха!

Произнося это заклинание по адресу огромного фолианта, джентльмен врачеватель с необыкновенной ловкостью швырнул его в другой конец комнаты и, сдернув с носа зеленые очки, улыбнулся собственной улыбкой Роберта Сойера, эсквайра, прежде практиканта при Гаевском госпитале в Боро, проживавшего на Ленч-стрит.

— Вы не станете отрицать, что пришли повидаться со мной! — вскричал Боб Сойер, дружески потрясая руку мистеру Уинклю.

— Говоря по правде, я имел другую цель! — сказал тот, отвечая на рукопожатие.

— Чего доброго, вы не заметили моего имени? — спросил Боб Сойер, указывая на входную дверь, на которой тою же белой краской были начертаны слова: «Сойер, преемник Нокморфа».

— Действительно, не заметил, — признался мистер Уинкль.

— Ей-богу, если бы я знал, что это вы, — продолжал Боб, — то встретил бы вас с распростертыми объятиями. Но, честное слово, я думал, что пришел сборщик налогов, и я уже собирался было сказать, что меня нет дома, но если вам угодно что-либо через меня передать, то я к вашим услугам! Входите, входите!

Болтая таким образом, Боб Сойер втащил мистера Уинкля в заднюю комнату, где у горящего камина с кочергой в руках восседал не кто иной, как мистер Бенджамин Аллен.

— Вот это действительно неожиданная радость! — воскликнул мистер Уинкль. — Как мило вы устроились!

— Недурно! — ответил Боб Сойер. — Я сдал экзамены вскоре после той знатной вечеринки, и друзья мои сложились и дали мне возможность купить это дело. Я надел черную пару и зеленые очки и явился сюда в этом торжественном виде.

— И, наверное, уже имеете порядочные доходы? — осведомился мистер Уинкль.

— Немалые, — отвечал Боб Сойер, — такие, что по истечении нескольких лет можно будет уложить всю прибыль в рюмку и прикрыть листом крыжовника.

— Вы шутите! — не поверил мистер Уинкль. — Одни только медикаменты...

— Подделка, дорогой друг, — сказал Боб Сойер. — В половине ящиков ничего нет, а другая не открывается. Вряд ли тут есть хоть что-нибудь настоящее, кроме пиявок, да и те подержанные.

— Никогда бы не подумал! — воскликнул изумленный мистер Уинкль.

— Надеюсь, — подхватил Боб Сойер, — иначе какая была бы польза от видимости? Однако, что будете пить? На наше усмотрение? Это правильно. Бен, дружище, протяни руку к буфету и достань патентованное пищеварительное.

Мистер Бенджамин Аллен выразил улыбкою свою готовность и извлек на свет бутылку, до половины наполненную бренди.

— Вода вам, конечно, не нужна? — спросил Боб Сойер.

— Благодарю вас, — отозвался мистер Уинкль. — Час довольно ранний. Я предпочел бы разбавлять, если вы ничего не имеете против.