Чтение онлайн

После обеда мистер Боб Сойер приказал принести самую большую ступку из своей аптеки и приготовил в ней дымящийся ромовый пунш, с ловкостью заправского аптекаря смешивая и растирая пестиком необходимые ингредиенты. Будучи холостяком, мистер Боб Сойер обладал единственным стаканом, который был предоставлен мистеру Уинклю, как гостю; хозяин воспользовался сосудом, стенки которого были испещрены каббалистическими черточками и цифрами и который аптекари обыкновенно употребляют для отмеривания жидких лекарств, а мистер Бен Аллен заменил стакан воронкой, узкий конец которой заткнул пробкой.

Пением не развлекались, потому что мистер Боб Сойер объявил, что это несовместимо с профессией, но зато говорили и хохотали так громко, что было слышно на другом конце улицы. Во всяком случае, их беседа существенно скрасила часы и усовершенствовала ум мальчика в серой ливрее, который, оставив свое обычное занятие, состоявшее в писании и стирании своего имени на прилавке, прильнул к стеклянной двери, так что в одно и то же время мог видеть и слышать.

Веселость мистера Боба Сойера уже перерастала в буйство, мистер Бен Аллен совсем раскис, и пунш почти иссяк, когда мальчик, вбежав в комнату, сообщил, что какая-то молодая женщина желает сейчас же видеть мистера Сойера, преемника Нокморфа. Это обстоятельство положило конец пирушке. Когда мальчик повторил свой доклад в двадцатый раз и мистер Боб Сойер понял, что от него требуется, он обвязал голову мокрым полотенцем, чтобы протрезветь. Несколько успев в этом, он надел зеленые очки и вышел. Невзирая на все мольбы дождаться его возвращения и убедившись, что завязать с мистером Беном Алленом разумный разговор на близкую его сердцу тему, как и на всякую другую, совершенно невозможно, мистер Уинкль попрощался и вернулся в «Кустарник».

Освежившись в буфете стаканом содовой воды с бренди, он прошел в общую залу.

Там перед камином, спиной к вошедшему, сидел довольно крупный джентльмен в пальто; никого больше в комнате не было. Вечер выдался прохладный, и джентльмен подвинулся, чтобы освободить вновь пришедшему место у огня. Каковы же были чувства мистера Уинкля, когда он увидел лицо и фигуру мстительного и кровожадного Даулера!

Первым побуждением мистера Уинкля было дернуть за шнурок колокольчика, но, к несчастью, тот находился как раз за головой мистера Даулера. Мистер Уинкль бессознательно шагнул к нему и только потом опамятовался. При этом его движении мистер Даулер отскочил назад вместе с креслом.

— Мистер Уинкль, сэр. Успокойтесь! Не бейте меня. Я этого не стерплю. Побои! Никогда! — говорил мистер Даулер, глядя более кротко, чем мистер Уинкль ожидал от джентльмена такой свирепости.

— Побои, сэр? — смущенно пробормотал мистер Уинкль.

— Побои, сэр! — ответил Даулер. — Успокойтесь! Сядьте! Выслушайте меня!

— Сэр, — сказал мистер Уинкль, дрожа всем телом, — прежде чем сесть возле или против вас, я должен выслушать ваши объяснения. Вчера ночью вы мне угрожали, сэр, страшной угрозой, сэр.

Мистер Уинкль побледнел как мертвец.

— Это правда, — согласился мистер Даулер, лицо которого было таким же белым, как и у мистера Уинкля. — Обстоятельства внушали подозрение. Все разъяснилось. Я уважаю ваше мужество. Ваше чувство законно. Сознание невиновности. Вот моя рука. Пожмите ее.

— В сущности, сэр, — проговорил мистер Уинкль, не подавая мистеру Даулеру руки из опасения, что это какой-то подвох, — в сущности, сэр, я...

— Знаю, чего вы хотите, — перебил Даулер. — Вы чувствуете себя обиженным. Очень естественно. Я чувствовал бы то же самое. Я был не прав. Прошу прощенья.

Тут мистер Даулер овладел рукой мистера Уинкля и, с силою потрясая ее, объявил, что считает его человеком высокого духа и думает о нем лучше, чем когда-либо.

— Теперь, — продолжал он, — садитесь. Расскажите мне все. Как вы нашли меня? Когда вы за мною погнались? Будьте откровенны.

— Это вышло совершенно случайно, — отвечал мистер Уинкль, крайне озадаченный странным и неожиданным поворотом дела, — совершенно.

— Как я рад! — вскричал Даулер. — Я проснулся, забыл о моих угрозах. Я хохотал над ночным приключением. Был к вам дружески расположен. И высказал это.

— Кому? — спросил мистер Уинкль.

— Миссис Даулер. «Вы дали клятву», — сказала она. «Да», — сказал я. «Это было опрометчиво», — сказала она. «Это верно, — сказал я. — Я должен извиниться. Где он?»

— Кто? — спросил мистер Уинкль.

— Вы, — отвечал Даулер. — Я спустился вниз. Вас не было. Мистер Пиквик выглядел мрачно. Он покачал головой. Выразил надежду, что до насилия не дойдет. Тут я все понял. Вы считали себя оскорбленным. Вы вышли... может быть, к другу, возможно, что за пистолетами. «Мужественный человек, — сказал я. — Я восхищен им».

Мистер Уинкль откашлялся и, начиная соображать, откуда дует ветер, приосанился.

— Я оставил вам записку, — продолжал Даулер. — Я писал, что огорчен. Но неотложные дела вызвали меня сюда. А вы — за мною. Вы потребовали объяснения. Вы правы. Теперь все окончено. Дела свои я устроил. И завтра возвращаюсь в Бат. Поедемте вместе.

Мистер Уинкль, уразумев наконец, что к чему, принял важный вид и объявил, что считает себя вполне удовлетворенным. Великодушие и снисходительность мистера Уинкля, по-видимому, произвели впечатление на мистера Даулера, и противники расстались на ночь после многократных заверений в вечной дружбе.

Около половины первого, когда мистер Уинкль уже минут двадцать пребывал в объятиях Морфея, его вдруг разбудил громкий стук в дверь; будучи повторен с возросшей силой, этот стук заставил мистера Уинкля подскочить в постели и спросить, кто там и что случилось.

— Прошу прощения, сэр, — отозвалась из-за двери горничная, — приехал какой-то молодой человек и непременно желает вас сейчас же видеть.

— Молодой человек! — воскликнул мистер Уинкль.

— Точно так, сэр, — отвечал другой голос в замочную скважину, — и если вы безотлагательно не впустите этого интересного юношу, очень вероятно, что его ноги войдут раньше его головы.

— Это вы, Сэм? — спросил мистер Уинкль, соскакивая с постели.

— При установлении личности джентльмена никогда нельзя полагаться только на слух, сэр, — назидательно произнес тот же голос.

Мистер Уинкль отпер дверь, Сэм Уэллер стремительно вошел в комнату, тщательно запер дверь на ключ и непринужденно положил его себе в жилетный карман. Оглядев мистера Уинкля с ног до головы, он сказал:

— Вы большой забавник, сэр!

— Это еще что, Сэм? — воскликнул мистер Уинкль с негодованием. — Убирайтесь отсюда, сэр, сейчас же! Что это означает, сэр?

— Что это означает? — переспросил Сэм. — А то, сэр, что всему есть мера, как сказала молодая леди, когда купила свиной паштет, а в нем оказалось одно только сало. Что это означает!..

— Отоприте дверь и сию же минуту убирайтесь отсюда, сэр, — повторил мистер Уинкль.

— Я уберусь из этой комнаты, сэр, аккурат в тот самый момент, когда вы из нее уберетесь, — ответил Сэм, степенно усаживаясь. — Если мне придется тащить вас на собственной спине, я, конечно, выйду чуточку раньше вас, но позвольте выразить надежду, сэр, что вы не доведете меня до крайности, как сказал один дворянин улитке, которую не удавалось вытащить из раковины булавкой, и он боялся, что придется раздавить ее дверью.